search Поиск Вход
, 4 мин. на чтение

Это мой город: писатель Евгений Чижов

, 4 мин. на чтение
Это мой город: писатель Евгений Чижов

О людях окраин, московских барахолках и соседях с Сухаревской, не переживших 1990-е.

Я родился…

В Москве, причем в центре. Но когда мне было пять лет, родители переехали в Кузьминки. Так что я человек московской окраины.

Сейчас живу…

В Зеленограде, потому что отсюда моя жена. А в самом начале 1990-х я три года снимал комнату на «Сухаревской», в Ананьевском переулке. Она была в огромной десятикомнатной выселенной квартире в доме, принадлежавшем до революции купцам Шах-Пароньянц. При мне там обитала разношерстная публика, иногда довольно опасная. По первой профессии я адвокат, тогда как раз работал в московской адвокатуре по уголовным в основном делам, и мне было забавно наблюдать вблизи моих подзащитных, жить с ними бок о бок. Хотя забавным этот опыт кажется уже сейчас, тогда это было довольно напряженно и непросто. Достаточно сказать, что из всех многочисленных обитателей нашей квартиры пережил 1990-е кроме меня только один человек. Остальные навеки остались в том времени. Правда, судьбы некоторых мне неизвестны, может, они тоже живы где-нибудь, но не дают о себе знать, не знаю…  Большую роль в том, что так много знакомых умерло в 1990-е, сыграли, конечно, наркотики. Москва 1990-х была сильно криминализованным городом, это не легенда, но мне было едва за двадцать, мне все было интересно и все нипочем. Позже этот опыт вошел в мой роман «Персонаж без роли», где я пытался взглянуть на людей, о которых обычно пишут детективы, другими глазами, увидеть их во всей человеческой сложности и причудливости, избежав стереотипов бульварной литературы. Может, мне не все там удалось, но эта книга по-прежнему остается у меня любимой из моих четырех романов.

Люблю в Москве…

Домашнее армянское кафе «Парос» на «Бауманской». Его хозяйку Сусанну Христофоровну. Люблю бывать в знаменитой чебуречной «Дружба» на «Сухаревской». Люблю «Тургеневскую», но сейчас там стало очень уж людно. Люблю Котельническую набережную и Замоскворечье — между «Иностранкой», где я часто бывал, и «Третьяковской» — там я когда-то работал.

Совсем не люблю в Москве…

Я нынешнюю Москву в целом не очень люблю. Мне не нравится, что город стал страшно дорогим, не нравится сусальное лицо, которое ему усердно рисуют. Скорее, как исключение, есть еще места, которые мне дороги.

Место в Москве, куда все время собираюсь доехать и не могу…

Постоянная экспозиция «Искусство XX века» в Новой Третьяковке. На временные выставки стараешься попасть именно потому, что они ограничены сроком, а постоянная, казалось бы, никуда не денется, вот и откладываешь из года в год. А когда-то бродил по ней целыми днями…  Но это уже сто лет назад было. Недавно заглянул мимоходом с выставки Репина, увидел, как там все с тех пор изменили, но как следует осмотреть уже не успел — время было под закрытие.

В Москве лучше, чем в других больших городах мира…

Я не очень усердный путешественник, но жил несколько лет в Мюнхене, в Аугсбурге, подолгу бывал в Нью-Йорке. Москва мне, конечно, гораздо ближе, я чувствую не только ее настоящее, но и прошлое — хотя бы то недавнее прошлое, которое сам успел застать. Когда значительная часть твоей жизни срастается с жизнью города, ты смотришь на него уже совсем другими глазами. Внутри общего для всех города образуется твой персональный, каким-то образом хотя бы отчасти заменяющий тебе жизнь, прошедшую на его улицах, которой больше нет. И, конечно, мне интересней в Москве, чем где бы то ни было. Мне важно, чтобы вокруг меня что-то происходило и это было мне хотя бы отчасти понятно, чтобы жизнь обладала определенным градусом остроты, чтобы я мог заглянуть за туристический фасад и увидеть его изнанку. Скажем, в Мюнхене у меня было впечатление, что годами ничего существенного не случается, а в Нью-Йорке случается, конечно, все на свете, но остается для меня абсолютно непостижимым. Если пестрота уличной толпы в Москве меня веселит и интригует, то в Нью-Йорке подавляет и вгоняет в депрессию, я не могу себе представить, что может быть у этих людей общего, кроме тяги к большим американским деньгам. Наверное, дело в том, что в Москве я принадлежу к постоянным обитателям города, а в Нью-Йорке я всегда в гостях. Хотя настоящим хозяином города я себя и в Москве даже в сравнении с приезжими не чувствую, нет, я человек окраины.

В Москве за последнее десятилетие изменилось…

Очень многое. Есть симпатичные моменты, связанные с новым раскованным поколением, которое норовит прилечь везде, где есть лужайки, и радовать глаз прохожих своей даром доставшейся свободой. Что касается украшений бульваров и центральных улиц — они кажутся мне крайне китчевыми, похоже, что этим занимаются люди, начисто лишенные вкуса, озабоченные только тем, чтобы насовать повсюду побольше лампочек.

Хочу изменить в Москве…

Я политически довольно индифферентный человек, но когда перекопали весь центр Зеленограда, дошло даже до меня: в очередном ремонте тротуаров не видно никакой нужды. При этом в поликлиниках не хватает врачей — из-за того, что у них низкая зарплата, они не хотят там работать, а гигантские деньги выбрасываются туда, где нельзя проконтролировать их расходование, на работы, ненужные никому, кроме производителей плитки.

Мне не хватает в Москве…

Москва настолько разнообразна, что достаточно свернуть в переулок — и найдешь все что душе угодно. Разнообразие мест только увеличивается, и это радует: в этом смысле всего хватает. Жалею, что закрылась сеть кафе «О.Г.И.» — это были симпатичные заведения.

Москва в моем новом романе «Собиратель рая»…

С одной стороны, это глухая окраина, где главный герой Кирилл по прозвищу Король ищет зимней ночью свою потерявшуюся мать, забывшую дорогу домой, с другой — это центр, где мать ищет улицу и дом, где она выросла. И, наконец, это блошиный рынок, где Кирилл заработал свое прозвище, будучи известным коллекционером, собирателем всякого старья. Прообразом барахолки была знаменитая Тишинка, которую я еще застал и любил там бывать, но ко времени действия романа — вскоре после миллениума — она давно уже прекратила существование. Поэтому я и пишу, что все герои и места действия романа выдуманы автором.

Роман Евгения Чижова «Собиратель рая» вышел в «Редакции Елены Шубиной». 21 августа в Московском Доме книги состоится встреча с Евгением Чижовым. Новый Арбат, 8, начало в 19.00.

Фото: из личного архива Евгения Чижова