search Поиск Вход
, 6 мин. на чтение

Это мой город: правозащитник Марина Литвинович

, 6 мин. на чтение
Это мой город: правозащитник Марина Литвинович

О районе, куда отказываются ездить таксисты и где нельзя парковать каршеринг, и о запуске школы муниципальных депутатов совместно с Юлией Галяминой.

Я родилась…

В Москве. Корнями ухожу в этот город — я москвичка уже в четвертом поколении. Мой прадед по линии отца был смотрителем Арсенала Кремля. Его семья жила в полуподвальном помещении Манежа, где в 1910 году родился мой дедушка, Георгий Михайлович Литвинович. Он хорошо помнил и часто рассказывал, как царская семья выезжала кататься на лошадях. Дед прожил сто лет и полгода, пережив не только царя, но и Советский Союз. С юбилеем его поздравлял тогдашний президент Дмитрий Медведев.

Георгий Михаилович Литвинович был связан с авиацией, всю жизнь он проработал в конструкторском бюро Ильюшина, друга нашей семьи. Дед проектировал двигатели всех самолетов, от Ил-2 до Ил-76. Знал три языка. Человек он был уникальный, совершеннейший оптимист, несмотря на прожитую жизнь, далеко не простую. Был очень скромным, отказался от Сталинской премии.

Помню, что московские улицы он всегда называл по-старому, например Божедомка.

Первые свои годы я жила на Соколе, в районе Песчаных улиц. Это был тихий зеленый район, но утративший былую прелесть, особый флер, когда появился стадион «ВЭБ Арена». Теперь там стало довольно шумно, и в дни спортивных мероприятий публика ходит не всегда трезвая.

До 14 лет я пела в хоре «Радость», который находился в ДК МАИ. Ездила туда несколько раз в неделю. На Соколе жила моя бабушка по линии мамы, Елена Ивановна Шумилова, солистка Большого театра, до конца жизни преподававшая в Московской консерватории. Ее имя можно найти на доске, где перечислены консерваторские выпускники — золотые медалисты.

Часть детства я прожила в районе Водного стадиона и Речного вокзала. Тогда это была московская окраина с пустырями, множеством парков и даже болотцем на улице Ляпидевского, где потом построили спорткомплекс «Динамо».

Хорошо помню универсам на улице Флотской, где продавали самый вкусный молочный коктейль и томатный сок. Помню гематоген в аптеке и пятикопеечные витаминки.

Сейчас живу…

В районе Цветного бульвара, Трубной, Сухаревской. Обожаю эти переулки, где каждый дом имеет свою историю. С удовольствием изучаю то, что здесь раньше происходило, исторические знаки, которые оставляет город. Москва для меня вообще очень дорогое, семейное место.

Рядом, в районе Сретенки, была типография, где работал один из моих прапрадедов. Очень люблю Сретенку. Там есть две церкви: одна ближе к Садовой, Живоначальной Троицы в Листах, другая, Успения Богородицы в Печатниках, у бульвара. По их фундаментам хорошо наглядно видно, насколько в Москве с XVII века вырос уровень земли.

Совсем недавно на Трубной еще оставался такой кусочек зелени, с кустами черной смородины. Вырубили. Кусты смородины пали жертвой плитки и благоустройства.

Люблю гулять в Москве…

Часто с детьми гуляем в Екатерининском парке. Иногда ездим в парк рядом ВДНХ.

Мой любимый район в Москве…

Конечно, Сокол. Все, что вокруг него, хорошо сохранилось в моей памяти. Мне часто снится сон о доме на Песчаной улице. У меня есть проект — сделать там мемориальную доску моей бабушке. Думаю о такой же памятной доске дедушке, Георгию Михайловичу Литвиновичу, на Тверской-Ямской улице, где он жил. В детстве часто бывала там, особенно на каникулах. Самое яркое воспоминание — демонстрации по улице Горького, которые наблюдала прямо из окна квартиры. И, конечно, гул машин, который не прекращался ни днем, ни ночью.

Мой нелюбимый район в Москве…

Улица Верхние Поля. Капотня. СИЗО №7, куда я езжу как член Общественной наблюдательной комиссии, проверяю соблюдение прав людей. СИЗО находится прямо рядом с Московским нефтеперерабатывающим заводом. Там огромный факел, наверху постоянно горит огонь, нечем дышать, разбитые дороги, пустыри, где бегают стаи диких собак. Думала, что это явление давно побеждено в Москве, но нет. Говорят, в этот район даже отказываются ездить такси и в этом угрюмом углу Москвы нельзя парковать каршеринг. И еще из Капотни стартуют нелегальные автобусные перевозки в другие города. Какие-то люди садятся в раздолбанные автобусы…

Офис в московских кафе…

В 2010 году, когда у меня закончилась офисная работа, я начала заниматься самостоятельными проектами, и все мои «офисы» были в кафе. Очень долго это был «Кофеин» на Сретенке, куда я приходила ранним утром, включала компьютер, проводила какие-то встречи, смотрела в окно на улицу, по которой проходили люди. Чувствовала себя прекрасно.

Место в Москве, в которое все время собираюсь, но никак не могу доехать…

Давно хочу прокатиться по канатной дороге над Москвой-рекой на Воробьевых горах. Недавно там же, в Лужниках, с детьми посетили новый аквапарк, найдя скидки для многодетных семей. Были дико рады. Хотя потом с нас содрали огромную сумму за то, что мы запарковали машину на несколько часов. Где найдешь, там же и потеряешь.

Собираюсь летом в открытый бассейн, там же, в Лужниках…

В Москве летом очень не хватает моря, воды. К сожалению, сейчас Москва-река грязная, хотя бабушка мне рассказывала, как в свое время они там устраивали заплывы.

В Москве лучше, чем в мировых столицах…

Последние лет пятнадцать часто бывала в Барселоне. Этот город мне очень нравится. Но не нравится то, что он разделен на какие-то гетто, куда не советуют заглядывать туристам. Хорошо, что в Москве таких гетто нет, разве что вокруг рынков, оставшихся на окраинах. Это неправильная история.

В Москве за последнее десятилетие изменилось…

В Питере есть понятие «линия домов». Там не возводят высотных зданий в районе низкой застройки. В Москве об этом не думают, от чего город теряет обаяние. Меня расстраивает, что на углу проспекта Сахарова и Садового кольца растет огромный небоскреб футуристического вида, который позиционируют как первый небоскреб на Садовом кольце. Хотелось бы, чтобы исторический центр Москвы оставили в покое и сохранили в нем кварталы небольшой этажности.

Вот так на Трубной площади на месте Дома политпросвещения появилась эта стекляшка «Легенда Цветного». Тяжело было к ней привыкнуть. Каждый раз смотришь и думаешь: лучше бы не было. Когда «Легенды» не было, из моего окна был виден Кремль.

Хочу изменить в Москве…

В первую очередь дала бы больше полномочий местному самоуправлению.

Власть сегодня отдана структурам, не избираемым гражданами. В Москве живут образованные, разумные люди, люди с интересными идеями о том, как обустроить жизнь вокруг себя. Однако система управления не предполагает их участия. Сначала Лужков отобрал у людей много полномочий, потом и Собянин, что для такого прогрессивного и продвинутого города, как Москва, я считаю, просто неправильно.

Мне не хватает в Москве…

Тишины и хорошего воздуха. Вынашиваю планы сбежать из центра, который стал очень шумным. Хотя жизнь в центре очень удобна с точки зрения того, что все близко, до всего можно дойти пешком, что я часто и делаю.

Но мои прежде тихие переулки превратились в объездные дороги. Под окном бесконечно едут машины. И я знаю, что это люди, которые так объезжают пробки.

Не хочу, чтобы у меня под окнами было такое движение, поэтому я превратилась в сторонника введения платного въезда в Москву, внутри Садового кольца.

Социология показывает, что только половина жителей Москвы родились не в Москве. Москва легко отрывается от корней. Сегодня это совершенно другой город, другие люди принимают решения. Например, многие москвичи совсем не печалятся по поводу того, что в нашем городе теперь нет троллейбусов. Мои дети печалятся, троллейбус был для них особым транспортом. Да и вообще на всех фотографиях старой Москвы всегда присутствовал троллейбус.

Фонтан на Песчаной…

Год назад мы с инициативной группой активно боролись против того, чтобы на 2-й Песчаной улице на месте прекрасного фонтана, который снимался в десятках кинофильмов, не поставили громоздкий памятник ополченцам, погибшим во время войны. Я все понимаю: в первые месяцы войны погиб брат моего деда. Но мне непонятно желание в тихом сквере, где деревья дают тень, все гуляют с колясками, установить огромный памятник, осветить его прожекторами, рядом смонтировать панель с патриотической музыкой. К счастью, фонтан отстояли. Там же, на Песчаной, уже взятая в трубу, протекает речка Таракановка. Когда-то рядом с речкой стояли деревянные двухэтажные бараки. В одном из них жила моя бабушка, которой потом дали квартиру в этом районе. Мне хотелось бы сохранить это место.

Раздражает в Москве…

Раздражает обман, когда на информационном щите написано «реконструкция», а по факту — снос. Раздражает само желание все снести под ноль.

Раздражает огромное количество вот этих Проектируемых проездов с трехзначными номерами. Странно, что до сих пор они существуют, там живут люди, по ним ездит транспорт. Это какое-то издевательство.

И еще в Москве, оказывается, нет улицы Чехова. Зато есть станция метро «Стахановская».

Если не Москва, то…

Петербург, несмотря на депрессию и серое небо.

На днях была в Ростове-на-Дону. Вижу, как города растут, меняют свое лицо, появляется много интересных мест, где можно погулять, заметно, что жителям все же удается креативить, открывать кафе или небольшой магазин. Если бы и политические проблемы у нас решились, было б совсем хорошо.

В Москве меня можно чаще всего застать кроме работы и дома…

Я абсолютная домоседка. Хожу плавать в World Class. Для тех, кто сидит целый день за компьютером, плавание очень важно.

Мои планы…

Мы с муниципальным депутатом района Тимирязевский Юлией Галяминой задумали школу для активных людей. Всех, кто хотел бы стать муниципальным депутатом в Северном округе, будем совершенно бесплатно обучать коммуникации, навыкам публичных выступлений, подготовки к выборам, анализа ситуации в районе. Ждем людей любого возраста, главное, тех, кто хотел бы что-то менять к лучшему.

Фото: из личного архива Марины Литвинович