search Поиск Вход
, 4 мин. на чтение

Это мой город: продюсер «Архстояния» Юлия Бычкова

, 4 мин. на чтение
Это мой город: продюсер «Архстояния» Юлия Бычкова

Об уютных уголках Шаболовки и Китай-города, тоске по паблик-арту и предстоящем фестивале «Архстояние» в арт-парке «Никола-Ленивец», участники которого будут искать ответ на вопрос «Счастье есть?».

Я родилась…

В Москве, в роддоме им. Грауэрмана на Арбате. Детство провела на Мосфильмовской, в доме напротив киностудии «Мосфильм», где работали мои бабушка и дедушка. Дедушка, Владимир Бычков, был режиссером, снял фильмы «Город мастеров» и «Достояние республики», а бабушка, Наталья Богородская, работала на киностудии художником по картинам.

Сейчас живу…

На Шаболовке. По мне, это один из самых комфортабельных и тихих районов столицы, с развитой инфраструктурой, интересной средой, откуда рукой подать до всех главных культурных институций.

Мы с детьми живем в очень спокойном месте, в геометрическом центре территории между тремя кладбищами — Донским, Даниловским и Мусульманским.

Люблю гулять…

В Нескучном, парке Горького, по Бульварному кольцу. Очень люблю Коломенское. Красивейшее место, с богатой историей и шикарным рельефом. Бюро «Никола-Ленивец» разрабатывало для Коломенского программу новой культурной повестки, новых туристических маршрутов, но пока это все зависло. Надеюсь, в будущем проект разморозят.

Любимый район…

Кроме Шаболовки это Китай-город и Ясенево. Китай-город невероятно уютный, с застройкой человеческого масштаба, классными кафе, но главное — там обитает куча друзей, у кого-то здесь квартиры, у кого-то мастерские. Все здесь наводит на мысли об имперском величии России XIX века.

А Ясенево, где я провела юность, это такой градостроительный памятник соцмодернизма, среда здесь довольно-таки гомогенная. В районе много зеленых зон. С юга он ограничен Битцевским парком, который щупальцами вторгается в панельную застройку. Между домов есть пруды, озера, живописные овраги, рощи с перелесками. Когда мы там жили, у меня всегда было ощущение, будто я на курорте. Жить по соседству с крупным природным массивом — большое счастье.

Стресс от посещения…

У меня вызывает весь северо-восток столицы, где много промышленных зон и однообразных проспектов с устрашающей архитектурой. Я не очень понимаю, как там можно жить. Эта часть Москвы для меня какой-то другой, не очень приятный и понятный город.

Все время хочу доехать…

В Мещерский парк, который бесконечно люблю, но никак не получается. Впрочем, меня притягивают все парковые зоны. А Измайловский парк и Сокольники, куда тоже вечно стремлюсь, для меня объекты бесконечных исследований. Мне как директору арт-парка «Никола-Ленивец» и эксперту в области развития территорий очень интересно, чем московские парки живут и как они меняются с течением времени.

Сокольники, например, местами выглядят довольно дикими, но при этом там все строится на веерной, относящейся еще к екатерининским временам системе планировки, когда от центральной части расходятся лучи дорог. Знаю, что к реконструкции Сокольников несколько раз подступались разные известные проектировщики, но чем это все закончилось, не знаю. Тоже никак не могу туда доехать.

Измайловский парк — это пример соединения регулярного и пейзажного парков. Там рядом есть довольно странное место — это ярмарка-вернисаж с «палатами царя Гороха», кульминация псевдорусского китча. Мне как исследователю очень интересен этот феномен. Любопытно, в какой момент бутафория становится частью культурного кода.

Хожу в рестораны…

Remi Kitchen на Лесной или Малой Бронной — там потрясающе вкусно и уютно, Винный бар 13° в районе Маяковки и чудесное кафе «Просвет» на улице Фадеева, рядом с Бурденко.

Москвичи отличаются от жителей других городов…

Своей скованностью. Москвич в отличие от немца, француза или британца почти никогда не знает, на что он имеет право. Зато всегда в курсе того, что ему запрещено. А в плане бытовых привычек я затрудняюсь дать какой-то сравнительный анализ. Уровень жизни у нас в столице долгие годы был довольно-таки высоким. Москвичи привыкли сидеть в кафе и ходить в театры не меньше, чем европейцы.

В Москве больше, чем в Нью-Йорке или Париже…

Размах, здесь много неба, много воздуха. Для меня это главное преимущество Москвы перед другими столицами. Планировка города сложилась таким чудесным образом, что здесь ты никогда не чувствуешь себя зажатым, при том что плотность застройки в Москве довольно высокая.

За последние десятилетия изменилось…

Многое. Город совершил мощный рывок в сфере благоустройства. В Москве появились приличные парки, скверы, прекрасно оформленные пешеходные улицы, уникальные сооружения вроде «Зарядья». Сегодня я выхожу из дома и больше не вижу разбитую мостовую, мусор на обочине дороги, хаотичную парковку, разрушающиеся старые здания. В Москве появилось много мест, которые наполняют и удивляют.

Не нравится, что столица по-прежнему остается без качественного паблик-арта. Но команда «Архстояния» делает все, чтобы он наконец появился — вспомните наш проект прошлого лета ГУМ Red Line на Красной площади рядом с ГУМом, когда перед великолепным фасадом Померанцева были выставлены в ряд восемь больших арт-объектов известных художников — Николая Полисского, Рината Волигамси, Дмитрия Жукова и других. Мы сами протаптываем эту дорожку и надеемся, что спрос на паблик-арт вскоре возрастет.

Хотелось бы…

Чтобы Москва из «города ни о чем», по выражению нашего блестящего критика Григория Ревзина, превратилась в «город об искусстве». Москва существенно отстает от других столиц с точки зрения популяризации и распространения паблик-арта. Хорошая архитектура у нас есть, хорошего благоустройства — выше крыши, а публичного искусства днем с огнем не сыщешь. При слове «паблик-арт» все только и вспоминают что «Большую глину» Урса Фишера. Это неправильно. Развитие паблик-арта многое могло бы дать городу, в том числе насытило бы его новыми смыслами.

Кроме работы и дома…

Меня можно застать на всевозможных выставочных площадках, на вернисажах, финисажах. То и дело куда-нибудь зовут. Для меня это и среда общения, и источник вдохновения, и инструмент для самообразования и саморазвития. Среди таких площадок — галерея «ГРАУНД Солянка» (ныне — музей АСК), ММОМА на Петровке, ГМИИ им. Пушкина, МАММ, «Винзавод», «Артплей», «Хлебозавод», где представлено большое количество нашего предметного дизайна и фэшна.

Любой цивилизационный кризис, в том числе тот, который мы все сейчас переживаем, несет с собой как издержки, так и новые возможности. Очевидно, что интенсивность культурной жизни в столице заметно снизится. С другой же стороны, это повод взять небольшую паузу и все переосмыслить. В ситуации неопределенности и нестабильности надо продолжать взбивать «культурную пену», разве что делать это, быть может, чуть более осмысленно.

Если жить не в Москве, то…

В Никола-Ленивце, где мы ежегодно, с 2006-го, проводим фестиваль «Архстояние». Там так спокойно…  Это место, где моя душа отдыхает.

В этом году «Архстояние» пройдет с 29 по 31 июля. Тема грядущего фестиваля изначально звучала как «Счастье» — именно за счастьем к нам и приезжают. Но 24 февраля мир изменился. Однако счастье — оно все равно где-то есть, я верю, что оно достижимо. Поэтому мы придали девизу фестиваля вопросительную интонацию: «Счастье есть?».

Участники будут объявлены позже, однако я обещаю насыщенную фестивальную программу — с перформансами, музыкальными выступлениями, дискуссиями. До 1 мая включительно идет прием конкурсных заявок на проекты временных инсталляций в рамках фестиваля.

Фото: из личного архива Юлии Бычковой

Подписаться: