search Поиск Вход
, 5 мин. на чтение

Это мой город: режиссер Дмитрий Волкострелов

, 5 мин. на чтение
Это мой город: режиссер Дмитрий Волкострелов

О московской реновации, похожей на махинацию, о Кирилле Серебренникове и о том, что питерские рестораны — лучшее, что есть в России.

Я родился…

На Чистых прудах в огромной — ведь в детстве все кажется больше, чем на самом деле — пятикомнатной коммуналке, где были высоченные потолки с лепниной и мраморные подоконники. В квартире, занимавшей первый этаж бывшего доходного дома, был подъезд в метлахской плитке, изрядно загаженной при СССР и закрашенной той самой краской, которая иногда весной напоминает о себе своей «свежестью».

Четыре из пяти комнат коммуналки поделили мы и еще одна семья, а в пятой жил одинокой дед Михалыч. В первую волну постперестроечных продаж квартиры на первых этажах активно скупались, и за нашу давали большие деньги. Но дед Михалыч уперся и ни в какую не хотел уезжать. Говорил, что здесь прожил всю жизнь, здесь и хочет умереть. Так и случилось через несколько лет. К этому времени спрос на первые этажи упал, и мы долго не могли найти хоть какого-нибудь покупателя. А когда он все же появился, мы переехали на «Водный стадион» в отличную кирпичную пятиэтажку. В отдельную квартиру.

К сожалению, сейчас наш крепкий дом пойдет под снос, при голосовании с перевесом в две квартиры победила реновация.

Реновация в Москве…

Похожа на большую махинацию, еще это прямой путь в гетто. Возможно, кому-то надо заработать быстрые и большие деньги, а что будет дальше — их не очень волнует. Прекрасные и зеленые московские районы могут превратиться в гетто с циклопическими домами, в которых невозможно будет жить. В нашем городе такое многоэтажное строительство кажется неоправданным, мы же живем на Манхэттене, где действительно нет места, поскольку это остров. Пройдет несколько лет, и цены на недвижимость в таких новых районах в разы упадут вместе с качеством жизни.

Перемены к лучшему в столице…

Есть. Сейчас ставлю спектакль в театре «Мастерская Петра Фоменко», и мне очень нравится МЦК, за 25 минут я доезжаю до театра от «Водного стадиона».

В московские рестораны…

Не хожу, только в питерские. Ситуация в Питере с гастрономией и особенно с барами, может быть, лучшее, что есть в России, невероятно вкусно и недорого, много небольших интересных мест, бары, кафе, да и просто столовые, где можно поесть хоть на 100 рублей. А в Москве пока все больше сети, которым лучше пару одинаковых заведений открыть рядом на улице и работать себе в убыток, лишь бы не пустить конкурентов.

Хотя, кажется, все-таки ситуация начинает меняться.

Москвичи и питерцы…

Отличаются. Я живу сейчас на два города: в Москве и в Петербурге, где мы сделали и продолжаем делать театр post. Иногда, когда иду по Петербургу с друзьями, говорю: «Пожалуйста, давайте пойдем по-московски», то есть примерно в два раза быстрее. В Москве совсем другие скорости и ритмы. Может, в Питере так много отличных баров как раз потому, что у людей есть время.

Театры в Москве…

В отличие от гастрономии несколько разнообразнее, чем в Питере. Больше воздуха благодаря фестивалям и музеям современного искусства чуть больше опыта, публика чуть более открыта. И наш театр post принимают в Москве, как правило, с большим интересом, чем в Питере. Но, может быть, потому что срабатывает фестивальный формат, в Москве мы на гастролях. Театр — наименее контролируемый вид современного искусства с возможностью прямого диалога со зрителем, и создается ощущение, что именно в поле театра сегодня аккумулируется мощнейшая энергия (и поэтому сейчас мы все пребываем в сложном состоянии, пока рассматривается дело Кирилла Семеновича). Современный театр может быть местом, где на какой-то момент собираются не знакомые друг другу люди, хоть на пару часов, и возникает некое сообщество, которое живет по неким иным законам, чем все остальные жители страны или континента, все остальные люди какой-то нации или какой-то планеты.

Самое важное в театре…

И в искусстве — честность. Я очень не люблю, когда мной пытаются манипулировать или обмануть. Тогда хочется сказать: «Перестаньте, я же вроде бы умный человек, зачем вы со мной так поступаете».

Не поставил бы никогда спектакль…

Возможно, про холокост. Для меня средствами театра об этом говорить, наверное, невозможно. Хотя зарекаться сложно. Все меняется со временем. Несколько лет назад, в начале нашей работы, мы написали манифест театра post, в котором декларировали, что будем работать с только с современными текстами.

И вот смотрите, к чему мы пришли: ставим спектакли по берестяным грамотам («Хорошо темперированные грамоты». — «Москвич Mag») и дневникам художника Возрождения Якопо да Понтормо («Художник извне и изнутри». — «Москвич Mag»). Три наших последних спектакля напрямую с современной реальностью не связаны, возможно потому, что про тот застой, в котором мы сейчас оказались, говорить мало интересно.

Но скоро планируем к постановке современный текст, так или иначе попробуем вернуться к диалогу с современностью, без нее все же никак нельзя.

Номинанты «Золотой маски»…

В этом году на премию номинированы целых три наших спектакля, за эксперимент выдвинуты две постановки театра post и как спектакль малой формы —  «1968. Новый мир». Спектакль «1968. Новый мир» мы сделали к 50-летию Театра на Таганке, в рамках проекта Группы юбилейного года, и показали его всего четыре раза, в 2014 году. В прошлом году мы возобновили этот спектакль в Музее современного искусства «Гараж», и в рамках фестиваля «Золотая маска» 15 апреля будет всего один, последний, показ. Это совсем не попытка возобновить спектакль таким, каким он был на Таганке, так как новое пространство (ресторан «Времена года», где сейчас находится «Гараж», был построен в 1968 году) задает другие смыслы, и в нем наша история звучит точнее и прозрачнее, спектакль оказался вне того, достаточно скандальнее контекста, который сопровождал всю деятельность нашей группы в Театре на Таганке. Мне нравится и очень важно, что в спектакле есть возможность эпилога и зрители сами могут решить, хотят они увидеть эпилог или нет. В эпилоге спектакля за возможность его посмотреть голосуют зрители, звучит трек группы Daft Punk «Giorgio by Moroder», в котором пионер электронной музыки Джорджио Мородер рассказывает, какие идеи у него возникали, когда он начал заниматься музыкой в 1969 году, как хотел сделать альбом со звуком будущего и не знал, что делать, но вдруг понял, что все достаточно просто: «Once you free you mind you can do everything you want». Эти его слова — это то, о чем этот спектакль может быть сегодня, чем он по-прежнему важен для нас.

Другие наши номинанты на «Маску» — два совершенно разных спектакля. В основе спектакля «Художник извне и изнутри», который мы сделали в театре post с Дмитрием Ренанским, лежат дневники Якопо да Понтормо, художника XVI века (когда я их впервые прочитал, то мне показалось, что это пишет очень радикальный и, возможно, в хорошем смысле сумасшедший драматург), опубликованные в книге Аркадия Ипполитова, который сопоставил и прокомментировал текст дневников и жизнеописание Понтормо, сделанное первым в мире искусствоведом Джорджо Вазари («Жизнь Якопо из Понтормо, флорентийского живописца»).

Совсем другая история — текст современного драматурга Павла Пряжко «Диджей Павел», который представляет собой трек-лист из дюжины песен советской эстрады 1980-х, Пугачевой, Леонтьева и других. Но эти песни драматургически так выстроены автором, что прослеживается некая история человека, с его взлетами, падениями, разочарованиями. До того как я не услышал этот текст впервые, я никогда не думал, что буду плакать под песню «Дельтаплан». И текст, и спектакль посвящены Михаилу Угарову, о чем мы сообщаем зрителю в программке.

Снять кино…

Конечно, думал. Я даже снял короткий метр, но в силу ряда причин не могу смонтировать, он так и лежит. Чтобы сделать свое, отличное от всего кино, нужен какой-то новый, другой язык, свой язык. Чтобы найти его, нужно сделать большую паузу, мне надо, наверное, где-то год-два-три не заниматься театром. Думать только о кино. И больше ничего не делать.

Вот Кирилл Семенович — удивительный: человек одновременно многих задач и действий, у него все получается, и кино, и театр одновременно. Даже сейчас, в той ужасной и несправедливой ситуации, в которой он оказался. А я так, кажется, не могу.

Спектакли «Художник извне и изнутри» состоятся в Электротеатре Станиславский 2 апреля.

Спектакль «1968. Новый мир» состоится в Музее современного искусства «Гараж» 15 апреля.

Фото: из личного архива Дмитрия Волкострелова