, 3 мин. на чтение

Мой Теодор Шанин

, 3 мин. на чтение
Мой Теодор Шанин

Во вторник 4 февраля ушел из жизни удивительный человек, которому Москва обязана очень многим. Прежде всего — Шанинкой, или Московской высшей школой социальных и экономических наук, которую он основал в 1995 году.

Родившийся в Польше, проведший детство в сибирской ссылке, он учился и работал в Израиле и Британии, однако 25 лет назад приехал в Россию, где основал небольшой исследовательский вуз. Шанинка стала поставщиком идей и кадров для всех перемен, которые происходили в управлении городом в последнее время. Здесь готовили экономистов и культурологов, специалистов по частному праву и креативным бизнесам, урбанистов и менеджеров культуры. Словом, сюда шли за самым современным образованием в области гуманитарных и социальных наук; достаточно сказать, что еще пять лет назад многие московские чиновники проходили здесь курсы повышения квалификации. Теодору Шанину было 89 лет. «Москвич Mag» собрал воспоминания о нем коллег, соратников и знакомых.

Александр Механик, журналист

За время своей долгой жизни Теодор Шанин успел побывать гражданином по меньшей мере пяти государств, стал свидетелем и участником нескольких войн, крупным ученым, чьи научные интересы оказались накрепко привязаны к истории и социологии России, русской революции и многострадального российского крестьянства.

Николай Кононов, писатель, публицист

Умер Теодор Шанин, счастливый человек, оставивший после себя не только свои работы, но и мощный, долговечный институт — Шанинку, которая стала чем-то большим, чем физически определимое место с адресом и зданием, где учатся социальным наукам.

Зарема Заудинова, театральный режиссер

Хочется сказать спасибо Шанину за Шанинку — место, где чувствуешь себя свободным и счастливым, где понимаешь, что делать то, что ты хочешь — это и есть главное, смыслообразующее. Я читала две его работы — книги «Революция как момент истины. Россия 1905–1907 гг. — 1917–1922 гг.» и «Неудобный класс. Политическая социология крестьянства в развивающемся обществе. Россия, 1910–1925». Они работают примерно так же, как сама Шанинка — переворачивают мозги. Это удивительное внимание к миру и к тем, мимо кого обычно проходят мимо. Очень жаль, что я уже не смогу сказать великому человеку спасибо за то, что его Шанинка оказалась настоящим спасением, убежищем и, как недавно стало понятно, домом.

Наталья Петрова, координатор «Международного мемориала»

Я впервые увидела Теодора дома у Алексея Береловича и Маши Ферретти (оба известные историки и публицисты. — «Москвич Mag»), они жили тогда в Москве, на Ордынке. Сколько же в этом доме было встречено людей и всего важного переговорено. И одна из таких встреч — Теодор. Сидит напротив меня старик, ест, пьет, смеется, а потом начинает вдруг рассказывать всю свою жизнь, не просто рассказывать — заново ее жить, и снова смеется, и плачет, и сам себя перебивает. Великий Теодор, он и тогда смотрел на нас на всех откуда-то сверху, а теперь улетел навсегда.

Александр Архангельский, публицист, автор книги «Несогласный Теодор»

Не хотел бы я писать это, но что делать. Теодор Шанин чуть-чуть не дожил до своего 90-летия, которое было для него каким-то важным стимулом, символической целью. Когда мы — года три уже назад — задумывали с ним книгу и совместный с Татьяной Сорокиной фильм и обсуждали, о чем они будут, я предложил сквозной темой сделать счастье. Он сначала изумился: как же можно назвать счастливой жизнь, где столько потерь, гибель сестры и деда, две войны, разрывы, страдание. Но потом согласился — да, нужно будет пересмотреть представление о счастье. «Я — действительно счастливый человек». Счастливый потому, что всегда жил, как считал нужным. И до последней минуты оставался внутри исторического потока, а не на его обочине, на духовной пенсии.

Книгу «Несогласный Теодор», вышедшую в декабре, он внимательно читал на всех стадиях подготовки, вплоть до подписей под фотографиями. Среди прочего он выбросил из нее несколько слишком личных кусков, сказав: «Это при жизни не надо. Потом». Теперь можно. Увы. Лучше бы по-прежнему было нельзя.

Григорий Юдин, доцент факультета социальных наук Высшей школы экономики

Шанин.
Как всегда, похожий на бульдозер.
— Вы не боитесь смерти?
— Нет, не боюсь. У меня вообще проблемы со страхом.

Фото: @msses.ru