Московская красавица: Наталья Кустинская

В конце жизни она была неузнаваема. Грузная, одутловатая, в огромном парике набекрень, нелепых черных очках и с жирно накрашенными губами, Кустинская мелькала в телешоу, делилась рассказами о временах, когда была молода и прекрасна. Причем делала это с таким видимым удовольствием, что воспоминания казались каким-то детским бахвальством, а истории из жизни других, на которые она тоже была щедра, грязными сплетнями. Наблюдать за всем этим было неловко.

Наталья Николаевна прославилась после редкой для советского экрана глянцевой комедии «Три плюс два», в которой сыграла саму себя — актрису Наташу. И партнер по фильму Геннадий Нилов подтверждал: «Какова она в “Три плюс два”, такая была и в жизни». Через несколько лет, в июне 1966-го, французский журнал Candide постановил: «Русские старлетки больше не похожи на доярок, а модели — на тяжелоатлетов». Обложку того номера украшал портрет Кустинской с выносом «la Russie sexy».

Всего актриса сыграла два десятка ролей, самую известную — в народной комедии «Иван Васильевич меняет профессию». С каждым годом она снималась все реже, а в какой-то момент и вовсе пропала. Но жила так насыщенно и витиевато, что мало кого в ее кругу так не любили. Наталью Николаевну называли женщиной, в которой не было ничего святого. Порицали за алчность, «змеиный характер» и «патологическую страсть» к чужим мужьям. В первую очередь речь шла о космонавте Борисе Егорове, которого Кустинская увела у подруги Натальи Фатеевой. И вообще она была слишком легкомысленна и, как заметил Евгений Жариков, «рассредоточена». При этом бездумно, как будто напоказ, радовалась жизни. Когда Наталье Николаевне перевалило за пятьдесят и на нее посыпались горести, было сложно удержаться от морализаторства: ты, мол, все пела, теперь попляши.

Больше других цветов Кустинская любила гиацинты. Они неприхотливы и прекрасно пахнут, только цветут с каждым годом все тускнее и от чрезмерного полива начинают подгнивать луковицы. А Наталья Николаевна с детства купалась во всеобщем обожании. Она родилась в благополучной семье артистов эстрады. Марина Вдовенко была певицей, Николай Кустинский — куплетистом-чечеточником. Николай Андреевич обладал еще и менеджерскими талантами. Знал в Москве всех и мог достать все, за что даже попадал под суд. Он часто работал с Марией Мироновой и Александром Менакером, с их сыном Андреем Мироновым маленькая Наташа ждала родителей за кулисами. С ее слов в доме собирались, музицировали и играли в карты «по маленькой» Клавдия Шульженко, Изабелла Юрьева и Леонид Утесов. Наталья Николаевна хранила фотографию, на которой Вадим Козин поет на ее дне рождения. Кому другому такого детства хватило бы на целую биографию.

Наташа с отличием окончила десятилетку при Гнесинском училище по классу рояля. К поступлению ее готовил приятель семьи Владимир Зельдин. Во ВГИКе курс набирала Ольга Пыжова. На экзамене абитуриентка решила улучшить впечатление и исполнила песенку из материнского репертуара «Может быть, он некрасивый — может быть». Пыжова скривилась: она эстраду презирала. Но Кустинскую зачислили.

Ее сразу прозвали Кустей. Она была обворожительна и непосредственна. В перерывах между занятиями вместе с еще одной пианисткой Натальей Защипиной («Первоклассница») устраивала совместные музицирования. Но некоторым Кустинская уже тогда казалась чересчур легкомысленной и совсем недалекой. Так, еще одна однокурсница Тамара Семина вспоминала: «Наташа была непосредственная, шумная. В институте идет: “Ой, здравствуй, хорошо выглядишь, как поживаешь?” А сама мимо: “Ой, пока”. До фени ей, как ты поживаешь…  И так всю жизнь. Зачем спрашивала?» Ко всему прочему, Наталья лучше всех одевалась, девочки завидовали. А она даже Семиной без вопросов давала поносить свое пальто.

Студентов растаскивали по кино. Пыжова сниматься не позволяла, но, конечно, сделала исключение, когда лауреат двух Сталинских премий Григорий Рошаль утвердил первокурсницу Кустинскую в картину «Хмурое утро» — экранизацию третьей части «Хождения по мукам». Режиссер искал сказочную Аленушку, олицетворение революционной мечты. Еще на пробах кто-то сказал: «Да ее снимать невозможно, все приборы в глазах отражаются». Дебютантка перепугалась, Рошаль  объяснил: «Глаза слишком большие. Господи, какая ты смешная. Совсем ребенок!» И когда Кустинская явилась на площадку накрашенной и со взрослой прической, вмиг отправил ее умываться и заплетать косички. Партнеры по фильму Борис Андреев и Николай Гриценко всячески ее опекали. По вечерам водили в ресторан — «исключительно “для красоты”». Гриценко будто бы прелестнице симпатизировал, а Андреев шутил: «Наташка, выходи замуж за Кольку. Он мужик хороший. Я буду ходить к вам в гости, а ты наливать нам по рюмочке. Благодать!»

Студентка уже заканчивала учебу, когда режиссер Юрий Чулюкин проводил на их курсе что-то вроде мастер-класса. «На экранах с триумфом шел его фильм “Неподдающиеся”, — вспоминала Наталья Николаевна, — и мы смотрели на Чулюкина во все глаза. Я опешила, когда он обратился ко мне: “Артисткой хочешь стать? Это профессия волевых, выносливых людей. У тебя не хватит сил”». Время показало, что Юрий Степанович был прав. Но студентка, конечно, обиделась. Тем более что она уже получила первую главную роль — у знаменитого белорусского режиссера Владимира Корш-Саблина в фильме «Первое испытание».

А через пару дней Чулюкин позвал старлетку замуж: «Поедешь сниматься в свой Минск, став моей женой». И Кустинская согласилась. Позже она расскажет, что сделала это назло еще школьному воздыхателю. Ну и Юрий Степанович был, конечно, жених перспективный. Молоденькая актриса захотела стать женой успешного режиссера — кто за это осудит? Чулюкин слыл сердцеедом, до брака встречался с Татьяной Бестаевой. Шептались, что он внебрачный сын знаменитого актера Вахтанговского театра Михаила Астангова. Мать Чулюкина, режиссер Большого, училась у него в ГИТИСе. Однажды Наталья Николаевна с мужем случайно столкнулись с Астанговым в магазине «Армения» на Тверском бульваре: «Чулюкин замер и долго-долго на него смотрел. Одно лицо! Но Юра и свекровь со мной никогда не говорили на эту тему, она была закрыта… »

Надежды на то, что режиссер поспешит снимать жену в своих фильмах, не оправдались. Кустинская очень хотела сыграть повариху Тосю в «Девчатах». Юрий Степанович заворчал: «Если бы такая девушка появилась в леспромхозе, все мужики сошли бы с ума». Но, член КПСС с 1956 года, он дал честное партийное слово, что роль будет Натальи Николаевны. Она готовилась, репетировала. А потом узнала, что фильм уже в производстве с Надеждой Румянцевой. Вины за собой Чулюкин не чувствовал: «Мне нужна жена, а не актриса». Он, правда, предложил Кустинской сыграть красавицу Анфису. Тут уже отказалась она: посчитала, что персонаж второго плана как-то мелковат.

В прославившую актрису комедию «Три плюс два» она попала без всякой мужней протекции. Парадом командовал Сергей Михалков: в основе картины лежала его пьеса «Дикари», он же настоял на режиссере Генрихе Оганесяне. Тот был человек с юмором. Пробы проходили в Риге, и он заставлял всех актеров без запинки произносить название одной из местных деревенек — Клапкалнциемс. На главные женские роли претендовали балерины и манекенщицы, но выбрали все же профессиональных актрис Кустинскую и Наталью Фатееву, Беляночку и Розочку. Кстати, о том, что она утверждена, Наталья Николаевна узнала не сразу. Она в то время снималась в фильме «После свадьбы» на «Ленфильме», и на студии опасались, что импульсивная артистка — репутация, выходит, уже сложилась — все бросит и умчится в Крым. Она и сорвалась, какое-то время летала туда-обратно.

Натурные съемки проходили в поселке Новый Свет. Группа жила во дворце князя Голицына, на территории завода шампанских вин, где выпускалось шесть сортов шампанского. Ведро стоило в районе двух рублей, так что работалось в охотку. Мужская троица Андрей Миронов, Евгений Жариков и Геннадий Нилов обязались быстро загореть и всюду ходили в шортах, а то и в плавках. При тогдашних пуританских порядках их часто забирали в милицию, пришлось каждому выдать справку: «неподобающий» внешний вид необходим для производства фильма. А актрисам долго не могли подобрать подходящие купальники. В итоге один реквизировали у жены режиссера, второй сняли с какой-то отдыхающей. Приезжавший на съемки Чулюкин счел кинообраз своей жены слишком фривольным. Так разнервничался, что даже опрокинул два ведра шашлыка, который Оганесян мариновал на пляже к своему дню рождения. Но Наталья Николаевна, по мнению окружающих, была вполне безмятежна. Премьера прошла 3 июля 1963 года. Успех был такой, что в стране начался рост «дикого» туризма.

Совсем другие настроения раздирали актрису спустя три года, когда муж все же взялся снимать ее в своем фильме «Королевская регата» (1966). Кустинская играла красавицу-стюардессу, влюбленного в нее спортсмена-байдарочника — Валентин Смирнитский. Он вспоминал: «Они с Чулюкиным в тот момент явно двигались к разводу. На площадке постоянно чувствовалось какое-то напряжение, искры летали».

К чести Натальи Николаевны, в каждом своем браке она старалась быть хорошей женой. Юрия Степановича, скажем, выхаживала во время серьезных проблем с почками: отбили в юности, когда он попал в тюрьму, вроде как за компанию. Они прожили вместе около семи лет. А потом, со слов Кустинской, ей донесли, что муж изменяет с какой-то медсестрой, которая якобы поселилась у его матери.

Впоследствии Чулюкин на той «простушке из Краснодара» женился, снимал ее в своих фильмах. Он много работал, причем в разных жанрах, но успеха молодых лет не повторил. А в 1987-м полетел на неделю советского кино в столицу Мозамбика Мапуту и там погиб. Ранним утром 7 марта его тело нашли в шахте гостиничного лифта. Расследования не проводилось, возможно, по политическим причинам: СССР не захотел ссориться с местными властями, «уверенно вступившими» на социалистический путь развития. Годы спустя в одной телепрограмме Инна Макарова заявила, что режиссера убили. Он, дескать, заступился за актрису Ирину Шевчук, к которой приставали местные. Вот его и столкнули.

Середина 1960-х — время, когда Кустинская, по ее собственным словам, была «любимицей удачи»: «Из полудевушки-полуребенка я неожиданно превратилась в советскую Брижит Бардо». В 1969-м этот статус был залитован: актриса озвучила француженку в фильме «Большие маневры» (1955). А известный фотограф «Советского экрана» Георгий Тер-Ованесов выпустил смелую фотосерию, где она позирует в неглиже на домашнем диване. В новом статусе, как сказали бы сейчас, секс-символа актриса нисколько не зазвездилась. Конечно, она хотела монетизировать свою известность и ездила по стране с концертами. Как правило, в паре с Георгием Вициным. У каждого было по отделению, плюс совместные сценки. Позже Кустинская участвовала уже в сборных концертах. «В любой аудитории ее воспринимали как свою, — рассказывал Андрей Харитонов. — Наташа выходила на сцену с открытым забралом, не делала вид, что умнее других, и юмор у нее был доступный. Однажды, в начале 1980-х, мы выступали то ли в колхозе, то ли на заводе. Я тогда имел неосторожность сделать себе фарфоровые зубы. Их поставили на временный цемент, и несколько я прямо на сцене потерял: катастрофа! Кустинская не моргнув объявила залу: “Товарищи, артист потерял зубы!” Встала на карачки и все нашла. Как же ей аплодировали!»

В старости актриса любила подчеркнуть свою былую востребованность. Она, мол, только успевала уворачиваться от предложений. Эти ее рассказы, в которых впору увязнуть, многие считают россказнями. Но это не так. Наталья Николаевна действительно претендовала на Наташу Ростову в «Войне и мире» Сергея Бондарчука (1967), сохранились ее фотопробы и на главную роль в «Кавказской пленнице» (1966). Другое дело, что участие в рядовых пробах Наталья Николаевна подавала как свои победы. Утверждала, например, что это она предпочла Леониду Гайдаю Владимира Мотыля. Снималась в его фильме «Женя, Женечка и “катюша”» (1967) два месяца, но серьезно заболела, режиссер не смог ждать и был вынужден заменить ее Галиной Фигловской. А вот по словам самого Мотыля, Кустинскую ему навязали: «Она хорошая актриса…  в опереточно-водевильном плане. Но она была бесконечно далека от задуманной мною фронтовички. Кустинская не могла с ходу отшить неугодного кавалера, в ней не было органической грубости воюющей связистки. Отсняв всю летнюю натуру, я категорически заявил: “Или я убираю Кустинскую, или не снимаю картину”». Но на общих планах Наталья Николаевна осталась.

Актриса вспоминала, что в разные годы к ней неровно дышали Сергей Михалков, Иннокентий Смоктуновский, Алексей Баталов и Святослав Федоров. Марианна Стриженова так ревновала к мужу Олегу Стриженову, что в Театре-студии киноактера, где все работали, созывали собрание месткома. Николай Крючков настолько влюбился на фильме «Годы девичьи» (1961), что даже приходил свататься к отцу Николаю Андреевичу, и это при живом муже Чулюкине. Чаще других Кустинская вспоминала Муслима Магомаева. Они встретились в 1967-м, когда оба выступали в Минске. Певец настолько увлекся, что отменил запланированные гастроли в Прибалтике. Они не расставались, однажды он даже аккомпанировал на ее выступлении на радость публике. Красавицы склонны переоценивать свои чары — словам о том, что следующие три года Магомаев зазывал Наталью Николаевну замуж, можно не доверять. Но тогдашняя его гражданская жена Людмила Карева о встречах знала и даже специально приезжала в Минск.

Так или иначе, в те годы Кустинская вновь была замужем. Похоже, оставаться одной она просто не умела. Со вторым мужем Олегом Волковым они встретились на каком-то приеме. Он имел отношение к Внешторгу, только вернулся из длительной командировки в Индию и понятия не имел, кто она такая. Тем и подкупил. А еще у него была талия 46 сантиментов — такая же, как у актрисы.

Это был самый короткий брак, но именно Волков стал единственным из ближнего круга, кто ее пережил. Хотя всегда был нестабилен: отец покончил с собой, во время расставания с Натальей Николаевной его самого вынимали из петли. Возможно, в печальной судьбе их с Кустинской сына Дмитрия проявления этой наследственности. Митя родился в январе 1970-го. А когда младенцу было всего несколько месяцев, жизнь матери круто переменилась: на горизонте появился летчик-космонавт Борис Егоров.

Сын академика и директора института имени Бурденко, Егоров стал первым в мире врачом, побывавшим в космосе. Полет продолжался 1 сутки 00 часов 17 минут 03 секунды. В стране как раз сменялась власть: стартовал «Восход-1» 12 октября 1964-го, при Никите Хрущеве. Доклад об успешном выполнении задания принимал уже Леонид Брежнев. Егоров вернулся на Землю Героем Советского Союза и завлабом Института медико-биологических проблем (в 1984-м он возглавит новый НИИ биомедицинской технологии).

Слава первых космонавтов была безмерной, Борис Борисович обладал кучей возможностей и привилегий и жил широко. Так, он был одним из первых советских граждан, у кого появилась личная иномарка — Buick Electra. Еще студентом космонавт женился на однокурснице, что не мешало ему считаться известным московским плейбоем. А когда он познакомился с актрисой Натальей Фатеевой, то стал еще и первым космонавтом, кто решился на развод. В 1966-м они с Фатеевой поженились, через три года родили дочь. И тут вмешалась «разлучница».

По Наталье Николаевне было так. Егоров с Фатеевой напросились к ней праздновать Новый год. Хозяйка играла гостям этюды Шопена и «Элегию» Рахманинова. Оказалось, это любимые произведения космонавта. Потом они с ним столкнулись 8 Марта в Доме кино, потом был забытый у Кустинской зонтик и приглашение в ресторан у Речного вокзала, где официантка при виде двух знаменитостей так опешила, что упустила тележку с шампанским. За объяснением в любви последовала длительная осада. Актриса летала в Белоруссию сниматься в роли Елены Прекрасной в «Весенней сказке» (1971) — Егоров спешил следом. Наталья Николаевна уезжала во Львов с концертами — Борис Борисович прилетал ежедневно, чтобы наутро вновь вернуться в Москву. Короче, не давал продыху, чуть ли не дежурил под дверью. Конечно, она сдалась: «Каждая женщина посчитала бы за счастье выйти замуж за Егорова, быть его любимой. Красивый, мужественный, с тонким юмором — словом, широкой души человек».

Кустинскую поспешили обвинить в «змеином характере». Ей было не впервой уводить чужих мужей, семью Волкова она тоже разрушила. Но тут речь шла о Наталье Фатеевой. После фильма «Три плюс два» актрис привыкли числить рядом и бесконечно сравнивать. Хотя задушевными подругами они, кажется, не были. За глаза Фатеева называла Кустинскую профурсеткой, а Кустинская Фатееву — солдатской красоткой. Если Наталья Николаевна была безалаберна и общительна, часто не в меру, то Фатеева куда более замкнута и скорее рассудочна: по отношению к кинокарьере, собственному благополучию, сохранению молодости и красоты. Как сказал однажды режиссер Вячеслав Спесивцев, «Фатеева — это красота и изящество, а Кустинская бесконечно милая. На одну хочется смотреть, другую — обнимать».

И еще одно. Как раз в то время у Фатеевой был роман с популярным румынским певцом Даном Спэтару, с которым она снималась в фильме «Песни моря» (1969). И Егоров об этом знал. Он крепко дружил с будущим ведущим «Клуба путешественников» Юрием Сенкевичем. Они работали в одном институте, жили в одном доме и девушек на знаменитом «бьюике» тоже кадрили вместе. Развод и последовавшую женитьбу космонавта на Кустинской Сенкевич комментировал так: «Досталось тогда Боре здорово: из обманутого мужа он превратился в монстра, который опять бросил семью. И не просто бросил, а еще и поссорил близких подруг. Хотя, с моей точки зрения, повод для развода дала сама Фатеева: ее роман с румынским певцом Егорова очень сильно расстроил. Однажды я, проезжая по набережной, лично видел, как Боб, сидевший в машине, палил из пистолета в воду… »

Уйдя от Фатеевой, Егоров не стал делить имущество. Кустинская, надо отдать ей должное, оставляя мужей, покидала и их квартиры. Первое время космонавт с актрисой жили у Сенкевича. Тот просил постояльцев вести себя потише, однако через несколько дней об их романе узнали все вокруг: Наталья Николаевна не собиралась скрывать свое новое счастье. За год до этого, в 1969-м, Сенкевич по протекции Егорова попал в экспедицию норвежца Тура Хейердала. И Кустинская не моргнув рассказывала, что за неимением в квартире Сенкевича лишнего одеяла они с Борисом Борисовичем укрывались флагом от папирусной лодки «Ра».

Брак с Егоровым продлился без малого 20 лет. Спустя годы Наталья Николаевна мечтала о еще хотя бы одном дне той сказочной жизни. В конце концов Борис Борисович получил пятикомнатную квартиру в Спиридоньевском переулке. К счастью для супругов, у них оказались схожие вкусы: гостиная — 60 метров, обтянутые шелком стены, золоченая антикварная мебель, зеркала под потолок. Они умудрились выстроить даже настоящий бассейн, и это не говоря о камине. Юлиан Семенов уверял, что другой такой шикарной квартиры в городе нет. А Георгий Гречко называл ее самой гостеприимной. Наталья Николаевна любила и умела принимать гостей: в Спиридоньевском вечно обмывали чьи-то ордена.

Борис Борисович много ездил по заграницам, привозил жене бесчисленные наряды, белье, серебряные и золотые чулки. Просил, чтобы даже в постель она ложилась в парике и гриме. Тут, правда, Кустинская не выдержала, запросила пощады. Но и в этот свой брак она вкладывалась. Завтрак мужу подавала только при полном параде: накрасившись и на каблуках. Затем принималась за уборку огромной квартиры, ходила на Палашевский рынок, сегодня уже закрытый, вставала к плите. Домработниц актриса не признавала, помогала ей только старенькая няня Маруся.

Когда космонавт заинтересовался мотокроссом, Наталья Николаевна научилась ездить на мотоцикле. Егоров обожал скорость, в семье всегда было несколько машин, в том числе гоночные: «Боря привязывал меня к сиденью машины в 4 утра, а уже к вечеру мы с ним были в Крыму». Отдыхать они предпочитали в Форосе, на элитной даче Тессели. «Мы повсюду были вместе, — вздыхала актриса. — Борис бывал на всех моих спектаклях, и не по разу. Если выступал на каких-то конференциях, пускал по залу мои фотографии. Обычно жен космонавтов не допускали на какие-то спецмероприятия, но для меня Боря добился зеленого коридора на все их пленумы». А когда Кустинская в компании космонавтов появлялась на кремлевских приемах, по залу пробегал шепоток: «Вон, смотри, Белоснежка и ее семь гномов пришли». Неудивительно, что с женами космонавтов Наталья Николаевна особой дружбы не водила, хуже всех к ней относилась Валентина Терешкова. Зато партийное руководство рассыпалось в комплиментах.

В 1973-м актриса сыграла свою самую известную роль — любимую женщину режиссера Якина в комедии «Иван Васильевич меняет профессию» Леонида Гайдая. Сегодня кажется, что эта блондинка в перьях не что иное, как самопародия, попытка высмеять свой публичный образ. Но это вряд ли. Не похоже, что Кустинская была способна взглянуть на себя со стороны.

Между тем главные роли актрисы остались в прошлом, и предложений с каждым годом становилось все меньше. Временем оказался востребован совсем другой типаж, оставалось довольствоваться эпизодами. Хотя Наталья Николаевна сыграла, например, опереточную певичку в фильме Владимира Бортко «Мой папа — идеалист» (1982). Наталья Варлей, снимавшаяся в главной роли, вспоминала: «В Ленинград мы обычно ехали вместе — в “Красной стреле” в СВ. Наташа была уже не так юна и прелестна, как когда-то, но все равно, как сейчас сказали бы, очень сексуальна. В рыжей лисьей шубе в пол, в длинном блондинистом парике, с ярким макияжем, с бутылкой шампанского в одной руке, с огромным букетом цветов в другой, она подходила к вагону в сопровождении мужа-космонавта Бориса Егорова, который привозил ее на вокзал в роскошной иномарке. Все взгляды были прикованы к ним. Несмотря на внешнюю помпу, Наташа поражала детской трогательной непосредственностью в общении, подкупающей откровенностью и искренностью. Так ведет себя всеми любимый ребенок — у него нет тайн от окружающих, потому что он всем доверяет и не ждет от людей зла или подвоха… »

Судя по всему, профессия Наталью Николаевну давно не волновала. Ей хватало внешнего лоска. А любым съемкам она предпочитала заграничный вояж с мужем. Но случались и исключения. Например, когда ее позвали в европейскую экранизацию «Волшебной горы» Томаса Манна: режиссер увидел ее портрет на стене кабинета друга Егорова. Ради роли русской княжны актриса полгода ничего не ела, не выходила из бассейна и похудела до 44 килограммов. Оказалось, зря. А в 1983-м на телеэкраны вышел второй сезон многосерийного фильма «Вечный зов». Режиссеры Владимир Краснопольский и Валерий Усков долго не могли определиться с актрисой на роль жены главного злодея. Его играл Юрий Смирнов, ему и предложили выбирать. Актер предложил Нонну Терентьеву: «Мне ответили: “Хорошо”. Через две недели прихожу на съемку и вижу Наталью Кустинскую, которая не участвовала в пробах! Говорю режиссерам: “Выбор ваш, просто не понимаю, зачем ко мне-то обращались?” Объясняют: “Старик, она со своим мужем-космонавтом Егоровым пришла к директору “Мосфильма”, Борис его за жену попросил. Взамен Николай Сизов пообещал нам зеленый коридор для любого актера со всего Союза”».

Эта история сразу стала общеизвестна. То, что сыграла Кустинская достойно, уже никого не волновало. С годами ее «детскость» начала раздражать. Непосредственность уже не умиляла, а казалась нахальством, за нарочитой доброжелательностью считывалось откровенное равнодушие, а простодушие обернулось простодырством. В представлении Кустинской все восхищались ее элегантностью и платьями на бриллиантовых бретельках. На деле многие считали ее наряды чересчур вычурными и удивлялись, как режиссер Валерий Усков, их нелепостью. Говорили даже, что красота актрисы всего лишь антураж, без париков и косметики она самая обыкновенная. Наталья Николаевна приглашала в гости коллег из Театра-студии киноактера, на 8 Марта дарила артисткам косметику. Но за этим видели лишь желание покрасоваться. Кустинская проживала идеальную жизнь со своим «королем», а в Москве сплетничали, что она начала слишком много пить, Егоров ее побивает и время от времени спускает с лестницы.

Борис Борисович был авторитарен, любил подчеркнуть, что он «государственный человек». Скажем, он категорически запретил сыну Кустинской креститься. Егоров Митю усыновил, дал ему свою фамилию и, очевидно, любил. Наталья Николаевна оттого и не стала больше рожать: боялась, что появление общего ребенка изменит эту идиллию. Космонавт выступал и против того, чтобы сын имел отношение к кино. К счастью, когда Ролан Быков утвердил Митю в свой фильм «Чучело», Борис Борисович был в командировке в Америке. Наталья Николаевна съемки тоже не приветствовала, но Быков легко ее заткнул: «Тебя вообще не спрашивают!»

Картину не сразу выпустили на экраны, сочли излишней жестокой. Актриса обратилась к другу мужа Юлиану Семенову. Он воспользовался своими связями, а после премьеры смеялся: «Кустинская, что ты наделала? Теперь меня просит о помощи весь Союз кинематографистов». Но когда аналогичные проблемы возникли у Владимира Меньшова — «Любовь и голуби» обвиняли в обилии сцен с алкоголем — и он попросил Наталью Николаевну посодействовать, она отказала. Кустинская сама хотела играть Раису Захаровну, и пробы были удачные, и Меньшов уже хватал ее за коленки. Кандидатуру зарубил худсовет студии: какая, мол, из актрисы кадровичка леспромхоза? Вообще при всех своих возможностях Наталья Николаевна не спешила помогать другим, разве что в 1971-м пробила для нуждавшейся Изольды Извицкой главную роль в новом спектакле. Вот только Извицкая до начала репетиций не дожила.

Безмятежная жизнь Кустинской растрескалась в середине 1980-х. Началось с того, что она упала с высоты на репетиции в Театре-студии и сильно расшиблась: большая берцовая кость была раздроблена на осколки. А когда восстановилась, получила перелом основания черепа на лестнице в собственном подъезде: не смогла удержать любимого сенбернара Дина, 120 килограммов чистого веса.

По словам актрисы, еще в больнице она узнала, что у Егорова появилась любовница. Она не умела прощать предательства и подала на развод. Злые языки утверждали, что Егоров, как и другие мужья, изменял актрисе всегда — это был еще один камень в ее огород. Борис Борисович вновь женился, на этот раз на зубном технике. Когда слава героев космоса окончательно померкла, он оставил свой институт и пробовал заняться бизнесом, но скоропостижно умер в 1994-м прямо на переговорах. Ему было всего 55 лет.

После развода Наталья Николаевна осталась одна в 50 с хвостиком лет без стабильного заработка и каких-либо надежд на будущее в стремительно менявшейся стране. Мать, которая не смогла этого пережить, сказала ей перед смертью: «Без Бори ты погибнешь, тебя сожрут».

Плохо же она знала свою дочь. Кустинская быстро увела себе очередного мужа, на этот раз у актрисы Риты Гладунко. Говорят, случилось это чуть ли не на его дне рождения, куда ее позвали из жалости. Геннадий Хромушин не имел отношения к кино, преподавал в Академии общественных наук при ЦК КПСС, затем в РУДН и МГИМО. На последние в жизни Натальи Николаевны съемки в Крым они летали вместе. Это был 1990 год, фильм режиссера Олега Богданова назывался «Светик». Рассказывали, что сразу с самолета актриса с мужем отправились праздновать прибытие. Ее узнавали на улицах, просили автографы, в ресторанах присылали шампанское. И вела она себя как звезда. Играла Кустинская по сути эпизод, но на площадку приходила не в форме и сцену не могли снять три дня.

После развода с Егоровым Наталья Николаевна выменяла малогабаритную двушку во Вспольном переулке. О былой роскоши напоминали лишь ветшающая кожаная мебель да сменивший сенбернара огромный дог. Из МГИМО Хромушина в какой-то момент уволили, вроде как за пьянку. Через 12 лет совместной жизни Наталья Николаевна его похоронила.

А в 2002-м не стало единственного сына Мити. Еще в 1984-м, когда ему было 14 лет, Ролан Быков записал в дневнике: «И снова чрезвычайное огорчение; Митя Егоров выпивает. Я заметил что-то в его лице на “миллионном зрителе” в “Ударнике”, спросил, как он себя чувствует. Он твердил: все в порядке. Сегодня Леня Бердичевский позвонил мне и рассказал, что летом его уже пьяного вытаскивали из канавы и т. д. Что делать? Как помочь? Если бы напугать Бориса, что я пожалуюсь в его партийную организацию, он сдрейфил бы. Но Борис со страху сейчас способен на любую идиотскую выходку. А чтобы Митька не пил, это может сделать только Борис. Поговорить с Кустей? Вообще глупость, она давно ненормальная, с ней разговаривать нечего».

После развода 18-летний Дмитрий остался с Егоровым, но не ужился с его новой женой и вернулся к матери. Все, что он успел, это окончить экономический факультет МГИМО. Работать толком не работал, женился-разводился, похоронил сына, который умер в младенчестве. Много пил, а в какой-то момент всерьез подсел на наркотики. И умер в 32 года, вскрытие показало сердечную недостаточность. Финал судьбы Дмитрия Егорова исчерпывающе описала Наталья Варлей в мемуарах «Канатоходка».

Кустинская знала о проблемах сына, но категорически отказывалась признавать их фатальность. Жила, будто зажмурившись. Она так и не научилась терпеть одиночество, в доме поселились друзья сына и какие-то случайные люди, окружение становилось все более маргинальным. В этот последний и темный период своей жизни Наталья Николаевна оставалась верна себе и еще дважды выходила замуж. За соседа Володю, которого называла богатым бизнесменом, физиком в анамнезе. Увы, но его фотографии красноречиво указывают на совсем другой и затяжной недуг. Беда в том, что после смерти Володи был еще и шестой муж. С неким Станиславом актриса пробыла в браке несколько месяцев. Он взял ее фамилию, а потом исчез. Уже прикованная к постели Кустинская привычно зажмурилась. Она и слышать не хотела, что связалась с аферистом, всполошилась, подала заявление в милицию. Стараниями подруг был возбужден бракоразводный процесс, к делу подключалась Гильдия актеров кино России. К счастью, удалось добиться развода.

Наталья Николаевна умудрилась сохранить какую-то удивительную наивность. Она искренне считала, что никогда и никому не делала дурного. А что до чужих мужей, то не она же виновата, все и всегда хотели на ней жениться. Во всех своих несчастьях Кустинская винила Наталью Фатееву, о которой наговорила много нелепостей. Она вообще много чего наговорила и нафантазировала.

Актриса до последнего красилась и носила парик. Верила: «Когда я здорова, когда я красиво оденусь, я опять все та же, какая была». Она бесконечно жаловалась на безденежье, на то, что не хватает на хлеб. А если кто-нибудь помогал, приглашала маникюршу и заказывала еду из соседнего ресторанчика. Когда после нескольких падений окончательно слегла, подарила медсестре, которая приходила делать уколы, свою норковую шубу. Все это время за ней ухаживал медбрат Андрей из патронажной службы, которую возглавляла ушедшая в монахини актриса Ольга Гобзева.

В фильмографии Кустинской есть телефильм «Авария» по одноименной повести Фридриха Дюрренматта. Крошечная, в несколько кадров, роль обозначена в титрах как «странная дама в автомобиле». Но любому понятно, что эта молодая женщина в выбеленном парике не кто иная, как Смерть. Удивительно, как режиссер Витаутас Жалакявичюс разглядел в Наталье Николаевне нечто инфернальное. Сама она ни в какую смерть не верила. Напротив, уже прикованная к постели, мечтала о будущем: «Мы поедем в Петербург. Хорошо бы, чтобы нам подарили машину с открытым верхом, чтобы ветер в лицо». Эта женщина до последнего дня жила с самоощущением победительницы.

В начале зимы 2012-го Кустинская была госпитализирована с пневмонией, в больнице перенесла инсульт и, не приходя в сознание, скончалась. Умирать она не собиралась и завещания не составила. После череды судов в наследство вступили дальние родственники из провинции, седьмая вода на киселе.

Фото: Андрей Князев/открытые источники, Persona Stars, Георгий Тер-Ованесов/РИА Новости, Александр Коньков/Фотохроника ТАСС, открытые источники

Текст: Юнна Чупринина