search Поиск Вход
, 14 мин. на чтение

«Мы обсуждали возможность мировой войны» — капитаны «Силы ветра» перед кругосветкой

, 14 мин. на чтение
«Мы обсуждали возможность мировой войны» — капитаны «Силы ветра» перед кругосветкой

Два молодых капитана Андрей Кипятков и Алексей Егоров отчалили 24 декабря из Валенсии в свою первую кругосветку. В преддверии дебюта они рассказали «Москвич Mag», как и за сколько покупали судно мечты, почему пойдут не под отечественным, а под польским флагом и обрисовали, каким видят грядущее путешествие с самым длительным переходом в 30 дней через Тихий океан.

Как вы искали лодку?

Андрей: Найти подходящую лодку сложно, многие кругосветчики ищут ее по несколько лет. Мы выписали кучу сайтов разных стран и мировых агрегаторов. Там примерно как на «Авито» висят и новые, и старые лодки. Есть аукционы, а есть и обычная покупка-продажа.

Основное ограничение — бюджет. Лодки штука дорогая. Сначала мы ставили планку в 50 тыс. евро. В этом бюджете мы могли смотреть только старые лодки, где часто бывает что-то сломано. Одна понравившаяся нам лодка оказалась деревянной — она была настолько гнилой, что ходить на ней можно было только вдоль берега, а сунуться через океан стало бы большим риском. Если бы наш бюджет не был ограниченным, то все равно были бы свое трудности: надо понимать, что на новой лодке тоже нельзя отправляться в кругосветку — на ней надо года три походить, пока не сломаются, не поменяются и не приладятся друг к другу вновь разные части — я говорю больше про механику и электрику, нежели про паруса.

У нас есть целая техническая команда, которая помогает отвечать на сложные вопросы, например, как проверить качество корпуса. Это такие люди — сюрвейеры: они оценивают каждую деталь яхты, досконально изучают ее и выносят экспертное мнение, нужен ли ремонт.

Есть куча хороших лодок, например в Доминикане. Но и сам поиск лодки — это тоже дорого. Ты что-то выбрал по интернету, приехал и заметил сломанные части, приходится начинать искать другую лодку…  Все это траты и время.

То, что мы нашли лодку за семь месяцев, на самом деле достаточно быстро. Мы выбирали, продолжая работать — часть поиска происходила на Курилах. Об этом у нас даже есть серия на ютуб-канале. Мы нашли не сказать что особенную, а скорее более классическую пластиковую лодку Jeanneau Sun Kiss. Но всем подписчикам она запала в душу из-за желтого цвета. Правда красивая! Французская верфь выпустила всего 315 таких лодок.

Какими характеристиками должно обладать судно, готовящееся отправиться в кругосветное путешествие?

Андрей: Наша лодка длиной 47 футов — приблизительно 14,5 метра. Это средний размер лодки, когда ты поехал на яхтинг в Средиземку кататься, ничего не зная о суднах. Но она подходит и для длительных путешествий. Что важно: есть некая пороговая скорость, которая зависит от длины судна — глобально чем лодка длиннее, тем она может быстрее идти. У нас достаточно легкая лодка с большим количеством парусов. Она легко набирает и поддерживает хорошую скорость. А мы, естественно, будем идти на парусах — в этом и смысл всей истории.

И, конечно, важно, где ты купил судно. Мы взяли лодку из Испании. Она находится в Валенсии, откуда мы, собственно, и будем стартовать. Это очень удобно. Изначально в качестве отправной точки мы рассматривали всю Европу.

А какой эксплуатационный срок у лодки? Грубо говоря, сколько путешествий можно будет на ней совершить?

Андрей: Мы очень надеемся, что она с нами навсегда. У нас нет конкретных планов после кругосветки — их вообще сейчас невозможно строить. Если эту лодку не ломать, ухаживать за ней, что мы и будем делать, то она прослужит долго.

Из кого будет состоять ваша кругосветная команда? Наберете матросов или пройдете весь путь вдвоем?

Андрей: Глобально яхта, на которой мы идем, управляется одним человеком. Есть куча кругосветок, пройденных именно в одиночку. Это тяжело: сила духа, много подготовки, — но возможно. Ничего нового мы не делаем.

Команда, которая идет от начала до конца, — это мы вдвоем: я и Леша. К нам постоянно будут приезжать друзья, с целью или без: одни обнять, кайфануть и потусоваться, пройдя маленький кусочек экспедиции с нами, а другие с глобальной идеей: желанием открыть плавающий бар на Бали — мы будем им помогать в этом.

Судно вмещает десять человек: точнее, находиться на нем может хоть тридцать, но спальных мест предусмотрено десять. Три каюты, приятная кухня — разница с кухней в квартире в том, что плита позволяет готовить при любом крене — для этого она качается. К слову, так в большинстве лодок. Одна мачта, три паруса…

Не боитесь надоесть друг другу?

Алексей: Принимаем это как данность. Вырабатываем алгоритмы кризисных ментальных ситуаций. Мы проверили нашу дружбу за последние два года, много где ходили двумя яхтами, иногда поочередно капитанили на одной. Мы достаточно месяцев провели в тесном кругу, знаем, что друг от друга ждать.

Проговариваем возможность нормального открытого диалога: если кто-то кому-то надоел, об этом стоит сказать и уединиться. Мы абсолютно точно понимаем, что каждому нужно бывать одному. Поэтому и искали лодку, где несколько кают.

Андрей: Для веселья хотим сделать карточки, на которые будем спорить. Это такие ставки. Например, я говорю, что мы дойдем до Бали за 20 дней, и ставлю на это желтую карточку. А Леша парирует: 30 дней — красная карточка. Цвет карточки — разные уровни сложности заданий. Белые — условно подойти стрельнуть телефон у девушки, а красные — прыгнуть с топа мачты в воду, крутанув сальтуху.

Как еще планируете развлекать себя? Какие книги и фильмы скачали?

Алексей: Сейчас голова больше забита сборами. Но мы определенно собираемся взять с собой один-два хард-диска каждый. Но пока они больше набиты обучающими видео и лекциями — тот срез знаний, к которому в случае потребности консультации в медицинской ситуации или в нужде починить что-то можно будет обратиться.

Я хочу освоить гитару, Андрей — снимать на пленку и организовать фотолабораторию для проявки прямо на борту. Хочется занять себя больше аналоговыми методами досуга: больше развиваться, чем тратить время. А Каверина и Жюля Верна достаточно увезти в памяти.

Будет ли у вас какой-нибудь Wi-Fi на борту?

Алексей: У нас будет связь Iridium — сама компания предоставит спутниковые гаджеты, за счет которых мы будем поддерживать контакт с сушей и, что еще важнее, получать актуальные прогнозы погоды.

А нет ли желания принять некую социальную аскезу и поаборигенить, не читая новостей?

Андрей: Очень хотим, но, как показывает опыт, не очень выходит. Учитывая, что у нас все-таки будет спутниковый интернет, мы так или иначе периодически будем заглядывать в новости и смотреть, что происходит.

Сколько времени закладываете на путешествие?

Алексей: Полтора-два года, все-таки ближе к двум.

А как же основная работа? Или вы будете работать на удаленке?

Алексей: Основная работа отошла на второй план. В начале этого года мы с Андреем позакрывали свои проекты и целиком переключились на подготовку к кругосветке. Последние полгода нашей работой было капитанство в «Силе ветра».

Двое мужчин, два года, длительное путешествие…  По старой армейской традиции плакат с Салтыковой в дорогу возьмете?

Алексей: Так мы не планируем запереться на яхте и существовать исключительно на ней. После Нового года к нам на борт должна, например, приехать моя сестра. Не сказать, что мы в сильном отрыве будем оставаться вдвоем. Думаю, примерно половина кругосветки пройдет в чьем-то обществе.

А за чей счет вообще весь банкет?

Андрей: Говоря про деньги, финальная стоимость лодки — 62,5 тыс. евро. Мы любим точность и открытость. У нас есть несколько спонсоров, которые нам помогают, это частично покрывает стоимость лодки. И частично — наши деньги: помимо самой лодки нужно еще кучу всего на нее закупить — это может доходить до половины, а то и целой стоимости лодки. То есть еще тысяч тридцать евро явно придется потратить на техническое и спасательное оборудование, которого нет на лодке; поменять паруса, купить инструменты…

Алексей: Еще мы рассчитываем откладывать на каждый месяц по 500 евро на расходы по яхте. Где-то тысяча — это потолок, включающий в себя резервные деньги для поломок. Не могу назвать конкретных цифр на каждый месяц путешествия, они очень зависят от места к месту: клюет ли рыба, не надоела ли она нам, вынуждены ли мы использовать топливо, встаем ли в марину, а не на якорь — переменных очень много.

Андрей: У нас выработана некая система. Первое — это НЗ, в рундуке лежит запас консервов, топлива, рома, плюс пауэрбанк и телефон с картами, опреснитель и рация на случай, когда все совсем кончится и сломается. Это некая экстренная мера. Второе — те же самые консервы, но в большом объеме; ими мы будем питаться, когда закончится свежее продовольствие. И третье: есть то, что мы постоянно пополняем в каждом городе, куда заходим, — заряжаем аккумуляторы, покупаем фрукты и воду.

Кто ваши спонсоры? Какой у них интерес в поддержании кругосветного путешествия?

Андрей: Например, фабрика дверей «София». Кажется, что это странная история: где кругосветка, а где двери. Но это те люди, которые поддерживали нас с самого начала — съездили с нами на яхтинг, услышали идею о кругосветном путешествии и предложили сделать вместе что-то прикольное. Так, они произведут кастомные двери, на которые мы нанесем отметки о странах, где были, и это впоследствии станет некой инсталляцией после нашего путешествия.

С каждым из партнеров у нас отдельная история: мы не просто обязуемся говорить, что это наш спонсор, а пытаемся придумать цель и историю. Двери помогают нам достроить интерьер яхты — она приобретет совершенно новый вид, а со вторым партнером, косметической компанией Weleda, мы будем делать экологические исследования на четыре разные темы. Это очень круто — мы никак не могли подступиться к вопросу экологии, а теперь он есть в нашей поездке. И, конечно, все будет интегрировано в наш ютуб-сериал.

Помню, в прошлом году вы собирались идти по классическому для кругосветных путешествий «бархатному» пути: Испания — Канары — Барбадос — Сент-Винсент — Кастри — Мартиника — Доминика — Гваделупа — Пуэрто-Рико — Доминикана — Колумбия — Панама — Галапагосы — Маркизские острова — Таити — Острова Кука — Фиджи — Порт-Вила — Вануату — Папуа-Новая Гвинея — Бали — Ява — Суматра — Шри-Ланка — Мальдивы — Сокотра — Египет — Большая Регата.

Андрей: Да, мы планируем идти именно по нему и сейчас. Это наша первая кругосветка — лучше по уже неоднократно кем-то проторенному, да и сам этот маршрут очень интересный — хочется посмотреть. Хотя его «бархатность» под вопросом — мы понимаем, что все будет хорошо, но, наверное, будут места, где мы столкнемся с плохой погодой — нам надо и на себя в этой ситуации посмотреть, и вокруг. Может, это не последняя наша кругосветка — для следующей выберем новый маршрут.

А какие участки пути самые сложные и неприятные? Где будут самые длительные переходы?

Андрей: Номер один — Тихий океан: и не то что он неприятный. У нас будет переход в 30 дней от Галапагос до Маркизских островов. Тридцать — это планово, а на самом деле может быть и 35 дней: зависит от ветра. В целом любой переход океана, что Атлантического, что Индийского — всегда сплошные вопросы: что-то на лодке может сломаться, но возможности дойти до берега починить не будет — придется делать в тех обстоятельствах, в которых находишься.

Алексей: И порядка трех недель планово мы проведем, переходя в январе Атлантику.

Какие в вашем опыте уже были длительные перегоны?

Алексей: Мой потолок — перегон яхты из Испании, с Майорки, до Канарских островов с посещением Мадейры. Трехнедельное путешествие, четыре дня в океане. Андрей дошел от Португалии до Исландии — это его самое масштабное путешествие.

Заслуги небольшие. Мы пока больше круизные капитаны. С туристами гоняем. Только в несколько более или менее серьезных перегонов ввязывались.

А были ли встречи с пиратами?

Андрей: За свой опыт мы ни разу не встречались с пиратами. И, надеемся, не встретимся. По рассказам, пиратство сегодня — это неприятное общение с громко кричащими на непонятном языке бедно одетыми людьми, тыкающими в тебя пистолетом. Как вечером приехать в плохой район.

В каких точках маршрута планируете сходить на землю?

Алексей: Хочется сойти на землю везде, где мы будем в какой-то близости. Так или иначе на наши планы влияет динамическая карантинная обстановка — кто-то открывает страны, а кто-то, напротив, вводит дополнительные ограничения. Будем решать по ходу маршрута.

Но из того, что мы для себя точно решили: очень хотим попасть на Острова Кука, просто потому что это Острова Кука! Галапагосы — уникальное место, находящееся в тропиках, где при этом живут пингвины и помимо этого есть еще разнообразная флора и фауна. В меньшей степени примечательны места, которые на слуху и которые мы уже посещали — условный Бали не вызывает восторга, но во второй половине пути мы там остановимся на месяц-два, чтобы набраться сил после Тихого океана перед Индийским.

Перед тем как отправиться в путешествие, должны ли вы с кем-то согласовать маршрут, заранее открыть визы, получить шенгены?

Алексей: Согласовывать его ни с кем не требуется. Та часть пути, которая проходит по океанам, пролегает в нейтральных водах, где не распространяются ничьи законы, а когда мы находимся в территориальных водах государств, то где-то требуется предоставить или получить визы. В большинстве островных стран визы проставляются по прибытии. А где-то, как во Французской Полинезии, занимающей большую часть Тихого океана, нужна отдельная виза Заморских территорий Франции, но туда же канает французский пятилетний шенген. То есть в большинстве стран нам достаточно прийти в порт захода — специальные официальные порты, где пересекают границы, — и там пройти таможенные процедуры. 

Нужны ли для вашего путешествия какие-то специальные физические навыки или владение языками?

Андрей: В физическом плане мы ничем не занимались. Но заодно, пока работали капитанами, решили освоить фридайвинг. Есть частая проблема, когда якорь где-то цепляется или ты роняешь телефон на стоянке в воду на глубину 15 метров — капитан вынужден сам это разруливать. Поэтому мы научились нырять на условные нужные 10–15 метров.

Специальная физподготовка не требуется. От нее лишь зависит время, за которое ты сделаешь поворот. Но в океане достаточно места, чтобы поворачивать долго. И опыт уже есть. Так как мы этим занимаемся, то постоянно тягаем веревки — это некоторый спорт. Не можем сказать, что мы в хорошей форме, но и не можем сказать, что в плохой.

Алексей: Андрей активно подтягивает испанский, а я с нуля осваиваю французский. Мне не нравится французский, но во всей Французской Полинезии это основной язык — на английском там неохотно разговаривают. Поэтому вынужден его учить.

Какое место в вашем путешествии занимает «Сила ветра»?

Андрей: Если честно, сложно описать весь объем поддержки — это близкие друзья, которые находят решение любой проблемы, к которой мы даже не знаем, как подступиться. В команде «Силы ветра» обязательно выискивается какой-то друг, который это делал или знает.
Сейчас ребята не только ведут информационную поддержку нашей экспедиции, но и активно помогают с оформлением яхты — это сложный международный непонятный нам юридический вопрос. А «Сила ветра» уже проходила этот этап. Они нам подсказывают, дают свои контакты.

А в чем специфика переоформления судна?

Алексей: Все яхты ходят под флагом определенного государства, у них есть порт приписки — судно подчиняется законам определенной страны. Смена владельца предполагает смену флага, а это подбор условий: надо перебрать кучу стран, сравнить стоимость постановки под флаг, размер поддерживающей оплаты и еще кучу юридических и бюрократических формальностей.

Андрей: Мы планируем пойти под польским флагом. Нам его рекомендуют те, кто помогает в осуществлении этого оформления. Во многих странах есть разные законы: с каким-то флагом ты можешь находиться на территории другой страны не более 30–60 дней. Учитывая, что мы потом планируем ходить на этой яхте и по Средиземке, то логично иметь, например, польский флаг.

У Польши низкие налоги, тем более что у нашей яхты уже уплачен налог на добавленную стоимость. Он может быть большим, доходить до половины стоимости яхты. Если мы уйдем из Евросоюза и сделаем регистрацию в Папуа-Новой Гвинее, то, решив переходить обратно в Европу, нам придется вновь платить этот налог.

А отечественные флаги — это комфортные для яхтинга условия?

Андрей: У нас есть несколько флагов, которые можно получить. Один из них — флаг Всероссийской федерации парусного спорта. Это очень удобный флаг: быстрая и легкая процедура оформления, но он нам не подходит исключительно по причине уплаты налога. Поскольку мы на этой лодке пока непосредственно в Россию не планируем приходить, то он нам и не нужен.

Слышала, что вы собираете на борту специальную медицинскую библиотеку, чтобы в случае чего под рукой всегда был справочник. Как еще собираетесь себя обезопасить — делаете ли какие-то специфичные прививки?

Алексей: На всякий случай планируем привиться европейской вакциной от коронавируса, чтобы у нас не было проблем в местах, причастных к Евросоюзу — на европейских Заморских территориях. Продолжаем ресерчить вопрос, какие именно ковид-прививки принимаются — это тоже динамично развивающаяся история.

Отдельных прививок от гепатита или тропических заболеваний делать не планируем. Не проходим через зоны, где есть опасность подхватить такие заболевания, но при этом у нас помимо библиотеки есть расширенные аптечки.

Существует ли какой-то негласный морской этикет? Знаю, при швартовке друг другу всегда помогают.

Алексей: В целом яхтсмены — достаточно отзывчивая каста людей: я и правда не встречал случая, чтобы кто-то прошел по пирсу мимо и не помог при швартовке.

Базовое правило: взаимовыручка и взаимоуважение. Часто яхты стоят вплотную — практически квартирное соседство. Все стараются думать о чужом покое. Например, когда суда проходят мимо друг друга, то все поднимают руку в качестве приветствия — это есть практически в каждой субкультуре, завязанной на путешествиях: у байкеров, автомобилистов…

Также, например, нельзя без спроса зайти на чужое судно — сам капитан обязательно должен дать разрешение. Если лодки стоят рядом и одна вынуждена обходить другую, то это всегда делается через нос, чтобы не беспокоить отдыхающих людей.

Андрей: Да, это абсолютная правда — в яхтинге уважение друг к другу возведено в культ. У меня была ситуация, когда мы с другой лодкой шли курсами на столкновение в Атлантике, но это было абсолютно безопасно, потому что моя система предупредила меня за полчаса. Мы с тем капитаном вызвали друг друга по рации, согласовали маневры, обсудили возникшую проблему — максимально вежливо, нарочито учтиво.

Если все пойдет по плану, ваше путешествие закончится в конце 2023 — начале 2024 года. Как думаете, в какую Россию вернетесь?

Алексей: Мы обсуждали возможность зомби-апокалипсиса или мировой войны, пока будем пересекать один из океанов. На самом деле мне искренне кажется, что не изменится абсолютно ничего.

Андрей: Мы уже неоднократно подолгу отсутствовали дома во время яхтенных приключений или собственных путешествий. Опыт показал, что год и даже три — небольшой срок, чтобы все кардинально изменилось.

Близкие вас спокойно отпускают в двухлетний заплыв?

Алексей: Мамы и папы, несмотря на сожаления и опасения, поддерживают что Андрея, что меня. Понятное дело, переживают. Но вполне благосклонно относятся к этой идее.

Чтобы смазать серьезность происходящего, предлагаю рассказать курьезный случай, который произошел с вами в акватории.

Андрей: У нас есть куча баек про яхтинг! Нам обоим свойственно переваривать все через юмор: то, как мы смотрим на сложные ситуации, одна из главных причин, почему мы идем вместе.

Как-то в Турции мы с Лешей были вдвоем на одной яхте. По ощущениям кончилось топливо: нет ветра, заглох двигатель, лодка не едет, мы рядом со скалами. Часа четыре у нас ушло на решение проблемы. Оказалось, что забит топливный фильтр. Нам пришлось придумывать способ, как перекачать топливо из одного бака в другой. В целом это длинная история. Смех в том, что мы оба практически пили дизель — откачивали его, как это показывают в старых фильмах, когда воруют из баков чужих машин. Вынуждены были несколько часов в качке внутри душной каюты переливать его, по очереди создавая давление ртом. Надышались дизельными парами, были оба зеленые, немного под кумаром. Это было максимально смешно, хотя ситуация развивалась на грани фола.

Алексей: Хорошо, что Андрей увлекался автомобильным спортом: он хорошо и компетентно разбирается в двигателях — зачатки инженерной мысли есть. Для меня это более далекая тема — я абсолютный гуманитарий, работал журналистом, а потом дизайнером.

Моряки люди суеверные?

Алексей: Вообще да, но не мы. Нам бы в целом выйти в этом году — такая примета.

Фото: Даниил Овчинников