, 5 мин. на чтение

Почему вы должны меня знать: инструктор по выживанию Михаил Ярин

Я занимаюсь вопросами безопасности человека в природной среде. Что бы было понятнее, назовем это модным словосочетанием — инструктор по выживанию.

И сразу в голове возникает что-то среднее между Беаром Гриллсом и Лео ДиКаприо, то есть чувак с ножом, круто, холодно, медведи, надо съесть змею. И обязательно тот, кто связан с выживанием должен быть одет в армейский камуфляж, когда-то служить в спецназе и разговаривать отрывистыми фразами. Про российских телевизионных деятелей я просто скромно умолчу. Никто из них к специалистам по выживанию в природной среде никаким боком не относится.

На самом деле выживание в природной среде к спецназу и прочему вышеперечисленному отношение имеет опосредованное. Просто потому что задачи другие.

Выживание — это процесс, задачей которого является сохранение и поддержание физического и психического здоровья человека, попавшего в чрезвычайную ситуацию. Обусловливается он несколькими факторами, их всего четыре, и усугубляется различными стрессорами, их около восьми.

А самая основная задача — сделать так, чтобы тебя нашли быстро и живого. И тут можно провести сравнение с специальной подготовкой военнослужащего. У попаданца или потеряшки, назовем их так, основная задача — максимально ярко и громко просить о помощи, чтобы нашли быстрее. А у спецназовца совсем наоборот: надо сидеть и ходить тихо, чтобы враг не обнаружил, а то погибнешь и боевую задачу не выполнишь.

Я занимаюсь выработкой алгоритмов действий людей, попавших в чрезвычайную ситуацию в природной среде, составляю комплектацию носимых аварийных запасов для пилотов малой авиации и мобильных групп и обучаю людей.

У меня есть несколько курсов для различных потребителей. Самый простой называется «Выживание для чайников». Я рассказываю о том, что должен делать обычный человек, потерявшийся в лесу. Даю простые и понятные алгоритмы действий. Потому что человек в состоянии стресса, а заблудившийся человек находится именно в этом состоянии, способен воспринимать только такие алгоритмы.

Почему я этим занимаюсь. Я вырос в поселке на хребте Сихотэ-Алинь, в Приморском крае. Поэтому все то, что вы считаете экстремальными и приключенческим, с младенчества было моей естественной средой обитания. В 1984 году, после того как попал в Москву, начал заниматься пешим и водным туризмом. Потом горным туризмом, альпинизмом и ледолазаньем. Потом армия, войсковая разведка в Закавказье. Уже в сознательном возрасте увлекся охотой и постепенно стал охотиться в одиночку в труднодоступных районах Дальнего Востока России. Работал четыре полевых сезона на Камчатке в составе международных и российских вулканологических экспедиций. Был в Арктике с военными. Профессионально занимался экипировкой и снаряжением для путешествий. Есть в моей биографии реальные чрезвычайные ситуации, когда жизнь висела на волоске, но, слава богу, я вышел из них победителем. Опыт, который я получил в этих ситуациях, очень сильно помог мне потом при составлении рекомендаций для других людей.

А когда почувствовал, что груз знаний достиг необходимого веса, появилась потребность делиться. Чем, собственно, я сейчас и занимаюсь.

Ежегодно, как только потеплеет, жители нашего мегаполиса устремляются в окрестные леса за дикоросами и просто погулять. И ежемесячно, начиная с мая, дежурный телефон добровольного поискового отряда «Лиза Алерт» разрывается от заявок на поиск. В воздухе висят вертолеты поискового отряда «Ангел», выискивая в ночи усталых грибников, не могущих найти путь к дому, да и вообще, не могущих идти. Я это все знаю из первых рук, так как работаю с этими поисковыми отрядами, консультирую и обучаю некоторым навыкам.

А еще я вам открою страшную военную тайну — никто вас искать не будет. Никакое министерство по чрезвычайным ситуациям. Потому что силы и средства не следует распылять направо и налево. Улетят все вертолеты искать грибников, уйдут все вездеходы в леса за ягодниками, а тут раз — и катастрофа вселенского масштаба. И что делать? Ни сил, ни средств. Все в лесу ищут грибников с ягодниками. И да, еще вот такое: по закону поисками пропавших людей занимается полиция. А спасатели обеспечивают поиски.

Такие дела. Так что вся надежда у простого горожанина на себя и волонтеров поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт».

Вот для того, чтобы простой горожанин смог с честью выйти из поединка с природой, я и придумал свой курс «Выживание для чайников». В его основе — набор простых и понятных алгоритмов действий и начинается он с того, что надо взять с собой в лес. Нож, фонарик, компас, плитку шоколада, бутылку воды. Хотя по порядку факторов выживания экипировка стоит на последнем, четвертом месте, сразу за знаниями и навыками. На первом месте — физическое и психическое состояние человека. Были в моей практике случаи, когда полностью экипированный человек, с палаткой, спальным мешком и рюкзаком, полным снаряжения и еды, устав и промочив ноги, падал духом и не мог сделать элементарный костер, чтобы согреться. Плохое самочувствие давило на психику, хотелось забраться в мокрый спальник и, свернувшись калачиком, уснуть. В тот раз спасатели успели. А были случаи, когда не успевали, и человек погибал от переохлаждения.

На своих лекциях я рассказываю, как надо себя вести с самого первого мгновения, когда вдруг пришло осознание того, что путь впереди неизвестен, лес дремуч и враждебен, а день световой клонится к закату. Все действия, от первого ощущения ужаса до радостного момента спасения, описываются понятными алгоритмами.  Внимание слушателей акцентируется на простых действиях, не требующих тренировок и специальных навыков. Например, как ориентироваться на звук, внезапно услышанный вдалеке. Или как сделать временное убежище, не затрачивая на это много сил.

Как показывает статистика поисков, чем меньше человек суетится, тем быстрее и целее его находят.

Очень часто спрашивают про детей. Как их научить не теряться, как сделать так, чтобы ребенок остался жив, если уж произошла чрезвычайная ситуация в природной среде. Дети, кстати, лучше, чем взрослые, адаптируются к подобным ситуациям, зачастую воспринимая их как некую игру на природе и лучше обучаются основам выживания именно поэтому. Это связано с особенностями детской психики.

Руководствуясь простой логикой и здравым смыслом, используя полученные навыки и знания, любой среднестатистический горожанин в состоянии существенно понизить риски попадания в чрезвычайную ситуацию в природной среде и с минимальными потерями выйти из нее.

Постскриптум.

Пока готовился этот материал, на мир напал вирус, и мир впал в шок.

Что делаю я и что вам рекомендую:

Я соблюдаю протокол изоляции и по возвращении из очередной экспедиции в Москву я уехал в пустую квартиру, где нахожусь уже десять дней. После окончания самоизоляции я вернусь к семье, и мы дальше будем решать, как действовать в данной ситуации. План самоизоляции был готов и согласован еще до моего возвращения домой. В квартире все было приготовлено к моему приезду: сделан запас продуктов, согласована связь и проверены коммуникации. Я поддерживаю порядок, занимаюсь отчетами об экспедиции, читаю информационные материалы по проблеме, размышляю. Все деловые вопросы обсуждаются по скайпу или по телефону. Все то же самое. Простые алгоритмы, целевые действия. Нет повода для впадения в уныние или в панику.

Стать героем рубрики «Почему вы должны меня знать» можно, отправив письмо со своей историей на ab@moskvichmag.ru

Фото: Александр Лепешкин