search Поиск Вход
, 3 мин. на чтение

Почему вы должны меня знать: основатель бренда глазастой керамики Incense Анастасия Гаврилова

, 3 мин. на чтение
Почему вы должны меня знать: основатель бренда глазастой керамики Incense Анастасия Гаврилова

Я родилась в Москве и все детство провела в районе Левобережный, Химки.

Так совпало, что в школе и университете я училась на «Водном стадионе». Вообще не планировала поступать в МГТУ ГА, но было забавно ездить шестнадцать с половиной лет на одну и ту же станцию метро и все свое взросление провести в одном районе.

О чем я мечтала в детстве, уже и не вспомнить, а в подростковом возрасте трансформировала свои запросы к работе под потребности. Я много кем успела поработать, от продавца-консультанта до учителя английского языка в Китае. И везде мне этого хотелось, и все всегда нравилось. Но я точно помню свою первую работу мечты: мы с подругой делали украшения из полимерной глины и продавали их в «ВКонтакте». С 15 до 18 лет я этим горела, а далее началась взрослая жизнь, «серьезные» профессии, и я отложила handmade как способ заработка.

Собственно, очень забавно, что сейчас я керамистка и зарабатываю на жизнь своими руками.

Керамикой я начала заниматься год назад, во время пандемии. Я вернулась из Китая для продления визы, но начался карантин, и я застряла в Москве. До Китая у меня была легкая апатия: я окончила университет и не хотела работать по специальности, меня бросил парень, мне негде было жить, деньги кончались, были кредиты. Решением стала подработка в Китае, куда я уехала учить детей английскому. Но жизнь — интересная штука. По приезде в Москву я отправилась в Исландию, где встретила своего мужчину, и желание вернуться в Китай отпало само собой. С ним я вдохновилась на новую жизнь в Москве.

Работать на кого-то после Китая мне не сильно хотелось, поэтому начала придумывать свое. Я обожаю благовония. Жгу их часто, пробую разные ароматы, но всегда было одно большое «но»: я не могла найти красивую подставку под благовония. Шло время, я тыкала палочки во фрукты, в деревянные подставки из индийских магазинов, что-то мастерила. На карантине я поняла, что могу слепить подставку сама, сделать ее такой, какой захочу. Так я сузила выбор тематики своего дела до подставок под благовония в виде ладошки. До истории с карантином я побывала на нескольких мастер-классах, ходила в керамический коворкинг и поняла базу, а после нашла свое место на Новослободской, скромный подвальчик с классными единомышленницами-керамистками. Сейчас мы переезжаем в Дом художника на Профсоюзную.

Идея глазастой керамики появилась потому, что символ «глаза» — неотъемлемая часть моей жизни. Я обожаю символизм, и глаза для меня уже давно являются символом идентичности. Благодаря им в связке с мозгом мы видим только то, тот мир, который хотим видеть. Это так здорово, что нет ни одного человека такого же, как ты. Лично меня в свое время это сильно впечатлило.

Также уже несколько лет я стараюсь ходить по городу не только ногами, но и глазами для того, чтобы развить насмотренность. Еще я смотрю на Запад и Восток. Там в керамике уже что только не изобрели и очень интересно подсматривать у них какие-то идеи, трансформировать их под себя и добавлять уже свои смыслы. Мне кажется, важно смотреть на других (природа, люди, здания, керамика, Pinterest, кино, кафе, искусство), но не менее важно и внутрь себя. Делать микс из идей: своих и чужих. Без этой коллаборации нет развития.

В своем деле сложность всегда одна — твое отношение к себе и творчеству. Излишняя самокритичность, строгость мешают идеям реализовываться. Другим идеям мешает внутренний самозванец, знакомый многим. Проблемы с самим собой решаются в диалоге и через искреннее желание помочь себе. Психотерапевт, медитации, бег по утрам и ведение дневника «6 минут» очень помогают наладить с собой контакт и не выгорать (хотя в любом случае усталость от работы есть). Без хобби очень тяжело, поэтому я занимаюсь английским, читаю художественную литературу и стараюсь забить свободное от работы время новыми активностями, чтобы мозг перезагрузился.

Если говорить про физические сложности моего дела, то самое сложное в керамике — мастерская и своя печка, которых у меня пока нет. В карантин я сидела дома и работала на коленках по три-четыре часа в день — больше не удавалось, было больно. По независящим от меня обстоятельствам я не могла оборудовать стол и стул, так что приходилось выкручиваться. После карантина надо было найти студию, в которой можно было бы проводить обжиг изделий, а их еще надо было аккуратно довести, не разбив. Керамику невозможно обжигать в духовке, для нее нужна специальная муфельная печь, а для такой печи желательно отдельное помещение, мастерская.

Пока я только набираю обороты и говорить про успех рано, но это интервью уже признак больших достижений. Каждый месяц растет аудитория, приходят новые идеи. В целом прошел только год, и у меня еще все впереди!

Очень хотела бы поучиться и поработать в другой стране, иметь свою мастерскую и не зависеть от чужих людей и печей.

Фото: Даниил Овчинников