search Поиск Вход
, 7 мин. на чтение

Почему вы должны нас знать: основатели бренда Ping Tablet Максим Толстиков и Сергей Финкель

, 7 мин. на чтение
Почему вы должны нас знать: основатели бренда Ping Tablet Максим Толстиков и Сергей Финкель

Сережа: Я родился и всю жизнь живу в Москве, после девятого класса ушел в колледж, а потом поступил в институт.

С Максом мы познакомились благодаря настольному теннису, которым оба занимались в школе, еще задолго до появления проекта. Мы играли в разных секциях, но заочно друг друга знали, пересекаясь на соревнованиях. И однажды наш общий друг Леня предложил мне сходить на суперфинал клубного чемпионата России, и Макс тоже поехал. Мы посмотрели матч, погуляли, поели в «Макдоналдсе» — в общем, классно провели время. После этого я загорелся идеей сформировать свою команду, чтобы ездить на турниры по городам и развиваться в теннисе. Решил предложить Максу — вроде парень хорошо играет и открыт к движухе. Он согласился, мы нашли еще ребят, и начались соревнования: были в Чебоксарах, Нижнем Новгороде, Ярославле, Питере. В этих поездках мы с Максом стали довольно близкими друзьями, сошлись в интересах и темпераментах. А остальные парни до сих пор поддерживают наш проект.

Макс: Я тоже родился и учился в Москве, поступил в РАНХиГС на маркетолога, где не особо ходил на пары, а целыми днями занимался теннисом. Я тренировался и выступал за сборную университета, мы получали награды, и это часто спасало от учебы. Потом я поступил на магистратуру в Вышку, на направление «Маркетинг в моде», проучился два месяца и понял, что все эти знания я уже приобрел на практике благодаря нашему проекту.

Изначально мы создали бренд одежды. На первом курсе я поехал работать в Ханты-Мансийск: работал в гостинице, ресторане, фитнес-центре и в какой-то момент понял, что хочу что-то свое. Мы с Сережей тогда довольно много смотрели ютуб, и волна рекомендаций видео на бизнес-тематику не могла пройти мимо нас. Так мы, находясь в разных городах, начали задумываться о собственном бизнесе. Сережа мне звонит: «Макс, хочется что-то сделать, но не знаю, что». А мне всегда нравились вещи: я следил за брендами и дизайнерами, еще в школе придумывал принты для футболок. И я предложил Сереже делать одежду. Хотелось какой-то свободы в работе, отсутствия творческого контроля.

Сережа: На самом деле мне одежда не была тогда интересна: я ходил в сандалиях, и это было как состояние души. Был далек от моды, не парился по поводу своего внешнего вида. Моим увлечением номер один был теннис, а мир одежды меня не особо манил. Наверное, поэтому в проекте Макс больше отвечал за творческую и дизайнерскую часть, я же контактировал с производствами, поставщиками и отвечал за реализацию.

Макс: Я думал, как можно совместить теннис и одежду, и стал делать наброски принтов, связанных с теннисом, скидывал варианты названий Сереже. Мы игрались со словами table tennis, «пинг-понг», и в результате получилось Ping Tablet. Стали печатать футболки и кепки — поначалу их покупали друзья, чтобы нас поддержать, а потом стали носить рэперы на своих концертах, что было для нас просто «вау».

Сережа: Чтобы сделать бренд более узнаваемым, мы стали делать мероприятия. В то время большинство российских брендов стритвира (уличной одежды. — «Москвич Mag») устраивало собственные вечеринки, на которых люди тусовались и могли купить одежду. И Максу пришла в голову идея, что мы можем организовать свою такую тусовку, но еще разнообразить ее теннисным столом, чтобы люди могли не только танцевать и пить, но и играть. И это зашло: тогда, в 2019 году, Москва была уже перенасыщена ночными рэп-тусовками, и пинг-понг с 10 до 12 вечера органично вписался в разгоняющийся темп вечеринки.

Макс: Наши мероприятия начались с довольно странной тусовки в лофте, куда пришли наши знакомые, но, как ни странно, никто не понимал, что за одежда висит на стене и почему тут показывают теннисные матчи. Но дальше все пошло лучше: мы стали делать вечеринки на «Бумажной фабрике» — проекте от основателей «Зинзивера». Первые «турниры» во вьетнамской сети Lao Lee, запустили «теннисные среды». Одну из вечеринок мы организовали вместе с исполнителем Шувалом (Shooval) — моим другом детства. За три дня до мероприятия составили лайн-ап, назвали все это «Сетка» и собрали около 350 человек. Мы с Сережей были в шоке, а спустя месяц пришли уже 700 человек. На следующий день после этого мы поехали на Bosco Fresh Fest, куда нас пригласили сделать свою теннисную зону, провели турнир под дождем и промокли. Это был первый опыт двух мероприятий подряд, что тогда для нас было очень круто.

Сережа: Просто на тот момент мы были обычными чуваками, которые занимаются брендом всего полтора года и до этого не устраивали тусовки и офлайн-ивенты. У нас было около двух тысяч подписчиков в соцсетях, то есть мы были суперлокальным комьюнити, что не сравнится с узнаваемостью сейчас (хотя нужно признаться, что количество подписчиков растет не так быстро).

В первые месяцы все делалось на энтузиазме: конечно, мы зарабатывали какие-то деньги с продаж одежды, но много ее дарили и приходилось докладывать свои средства. Не было налаженного процесса, но было понимание, что все делается в правильном направлении и нужно продолжать.

Макс: Было очень прикольное чувство, как будто все это какой-то бред (с коммерческой точки зрения), но у нас просто дух захватывало от того, что люди приходят, отмечают нас в соцсетях, тусуются. После «теннисных сред» на «Флаконе» с нами связались ребята из «Ровесника», и мы провели довольно много мероприятий у них. Нужно пояснить, что мы не только привозим теннисный стол и ракетки, как думают многие, но отвечаем за всю организацию, начиная от активностей и заканчивая лайн-апом диджеев. За вечер и ночь нужно очень много всего проконтролировать, поэтому для нас это не отдых, а настоящая работа.

Ночной формат давал много стресса, а к тому же это конкуренция с другими вечеринками. Поэтому мы придумали дневные турниры под диджей-сеты в приятных локациях. Устраивали их на совершенно разных площадках: в кофейне «Антипа» при храме, в МАММ, Музее Москвы и театре «Практика», барах и ресторанах; о нас стали писать СМИ и интернет-медиа. В общем, мы попали в волну успеха, когда практически каждые выходные были заняты мероприятиями.

Не всегда нас приглашают площадки, иногда мы связываемся с ними сами, и большинство реагирует на нашу инициативу положительно. Я думаю, ключевой фактор в этом — харизма Сережи, у которого быстро получается расположить к себе. Я иногда бываю тяжелым на подъем, но Сережа с первых слов ведет себя с новым человеком просто и открыто.

Сережа: Да нет, тут Макс, конечно, преувеличил. Наши успехи в контактах с площадками отчасти, конечно, связаны с моими коммуникабельными способностями, но мне кажется, что основной фактор, насколько площадке интересен наш проект и сама активность. У некоторых людей еще остались старомодные взгляды, что теннис — это спортивное мероприятие. Это только в последнее время пинг-понг в Москве стал чем-то чилловым и прикольным, раньше он был чем-то зажатым и локальным.

Макс: Да, настольный теннис в 2014–2016 годах считался довольно закомплексованным видом спорта, в который играют какие-то задроты: потеют в зале, за пределами которого теннисной жизни будто не существует. Наши мероприятия — это дружелюбные встречи, которые больше не про теннис, а про общение. Мы любим людей и взаимодействие с ними, поэтому идея была в создании нужного формата, подходящего для общения. Но есть и обратный эффект: приходя к нам, кто-то захотел по-настоящему научиться играть в теннис, и тогда мы запустили тренировки. Все-таки мы профессиональные спортсмены в прошлом, сами до сих пор тренируемся для поддержания формы, поэтому предложили людям такую возможность.

Сережа: Изначально мы сторонились тенниса как профессионального вида спорта, потому что хотели быть простыми и понятными для всех. Ведь наша одежда не для игры, как думают некоторые, а что-то максимально повседневное. Но когда появились турниры, мы пришли к выводу, что наша вовлеченность в мир настольного тенниса — это некое преимущество. Макс — кандидат в мастера спорта, я тоже играю на хорошем уровне и могу быть полезен людям. Поэтому запрос от аудитории и наши знания и навыки, которыми глупо не пользоваться, дали старт платным тренировкам. Но ключевым как на тренировках, так и на турнирах остается общение с человеком. Мы находим подход к каждому, показываем, объясняем, смеемся, даем интерактивные задания — это что-то более живое и прикольное, чем занятие у узкопрофильного тренера по теннису.

Ping Tablet, можно сказать, работа с полной занятостью для нас, потому что в субботу и воскресенье проходят сами мероприятия, а за остальные пять дней мы делаем очень многое. Нужно найти новые площадки, встретиться с людьми и рассказать им о проекте, утвердить все условия, потому что это все-таки коммерческое дело, на котором мы зарабатываем, снять анонс, открыть регистрацию и записать всех участников. На самом мероприятии мы тоже вроде бы работаем, но на время выключаемся из всех процессов и ловим состояние здесь и сейчас.

Макс: Каждое утро понедельника у меня хорошее настроение от того, что мы провели классные мероприятия в выходные. А после 4 часов дня накрывает волной мыслей о том, что делать дальше. Долго отдыхать не получается, потому что внутри как будто огонь горит, все делается в состоянии нескончаемого потока. Недавно я был в четырехдневной поездке и уже не мог удержаться — писал Сереже, просил скинуть новости по нашим делам.

Не все всегда идет гладко: могут возникать сложности из-за того, что мы зависимы от площадок. Они владеют пространством и могут отменить или перенести мероприятие, а у нас уже график расписан на недели вперед и бывает трудно все поменять. Сильно влияет погода: ты постоянно чекаешь циклон, дожди, направление и скорость ветра — кажется, все это мелочи, но иначе никак.

Сережа: Мы с Максом уже не учимся и нигде не работаем, так что проект — наш основной вид деятельности в жизни. Сейчас мероприятия расписаны практически на все лето, по крайней мере до августа.

Макс: В планах у нас теннисный фестиваль в конце лета — ивент с большим количеством столов, чтобы все играли и тусовались. Глобальных планов мы не строим — ковид научил поменьше планировать и побольше делать что-то в настоящем, а сейчас все меняется еще быстрее. Плюс в творческом проекте все зависит от настроения, новых знакомств и спонтанных идей. Рing Tablet для меня — это то, чем хочется заниматься каждый день и в любое время.

Сережа: А для меня Ping Tablet — это теннисный проект, который занимается мероприятиями, одеждой и тренировками.

Фото: Александр Лепешкин

Подписаться: