«Сделано в Милане: история Армани и итальянской моды» смотрится как воспоминание о лучших временах

Итальянская мода в первую очередь ассоциируется с именами Armani, Versace и Dolce&Gabbana, но все началось с куда менее знаменитой фигуры Розиты Миссони. В начале 1970-х она решила не надевать бюстгальтер на модель, показывавшую ее платье-летучую мышь в палаццо Питти во Флоренции. Консервативная общественность возмутилась, и Миссони с мужем плюнули и переехали с бизнесом в Милан. Так этот североитальянский город стал со временем центром мировой моды, потеснив Париж, считавшийся после войны единоличной столицей кутюра (в фильме даже показан фрагмент с хозяином дома Yves Saint Laurent Пьером Берже, где он называет итальянских дизайнеров ремесленниками, противопоставляя их французским «художникам»). В документальной картине Джона Маджио, которая выходит в московский кинопрокат 1 октября, много таких инсайдерских подробностей — режиссер посадил перед камерой почти всех важных героев итальянской моды последнего полувека, от Джорджо Армани до Санто Версаче, и им есть что вспомнить. Плюсы: — главное достоинство фильма — явка главных героев описываемого предмета. Вынесенный в название Джорджо Армани (картина снята в 2023-м, когда знаменитый дизайнер еще был жив) довольно подробно рассказывает, как продал свою первую машину, чтобы основать компанию, и как вытаскивал себя из депрессии после смерти от СПИДа партнера по бизнесу Серджо Галеотти в 1980-х. Жизнь модной компании, какой бы знаменитой она ни была, показана как борьба за ее становление, несколько лет благополучия и после снова борьба, чтобы под влиянием меняющихся обстоятельств и моды удержать ее на плаву; — отдельные главы посвящены домам Gucci, Versace и Dolce&Gabbana. О первом рассказывают бывшие креативный директор Том Форд и исполнительный директор Доменико де Соле (оба с тех пор ушли делать именной бренд Форда), о втором — Санто Версаче, партнер по бизнесу и брат Джанни и Донателлы, о третьем — сами дизайнеры-основатели. Именно в итальянской моде в отличие, например, от американской есть некий мафиозный элемент — это почти всегда семейный бизнес, куда редко приглашают со стороны (та же Розита Миссони основала свой бренд еще в 1950-х с мужем). Когда после смерти Джанни Версаче его брат Санто начал вести переговоры с Томом Фордом о должности креативного директора, Донателла положила им конец, расплакавшись и сказав, что покончит жизнь самоубийством, если не останется на этом посту сама. Такие откровения приподнимают ценность журналистской работы в фильме сразу пунктов на тысячу; — итальянская мода стала всемирно известной в том числе благодаря голливудским звездам. Тот же Армани вышел на рынок США после того, как его костюмы для Ричарда Гира в фильме «Американский жиголо» показали всему миру, что мужская одежда может быть сексуальной. Поэтому в «Истории итальянской моды» наряду с дизайнерами и критиками говорят Шэрон Стоун, Сэмюел Л. Джексон и, неожиданно, Фрэнсис Макдорманд, обладательница трех «Оскаров», которая никогда не славилась как жертва моды, но невольно стала ею, увидев платье, придуманное специально для нее креативным директором дома Valentino Пьерпаоло Пиччоли. Звезды уже полвека рекламируют одежду итальянских дизайнеров на красных дорожках, но Стоун, Джексон и Макдорманд еще и выступают в фильме как эксперты, убедительно рассказывая на собственном примере, чем одежда итальянцев хороша, и это не скандалы и не маркетинг, а крой и хорошее знание строения тела, как и положено наследникам художников Возрождения; — герои фильма не скрывают, что лучшие времена итальянской моды остались позади. Армани жалуется, что в наше время маркетинг затмил качество, а Дольче и Габбана — что, в общем, остались в Милане одни, имея в виду, что в других модных домах давно работают не их основатели, а нанятые дизайнеры. Кажется, что Милан переживает сейчас те же трудности, которые настигли еще в прошлом веке Париж после смерти или ухода на покой Сен-Лорана, Живанши, Баленсиаги и других великих. Минусы: — помимо фрагмента, где Фрэнсис Макдорманд рассказывает о Пьерпаоло Пиччоли, влияние Валентино Гаравани на мировую моду в 1960–1970-х пропущено, и это так бьет в глаза, что выглядит как сознательное игнорирование. Понятно, что нельзя рассказать одинаково обо всех, но если вы уж назвали фильм «Историей итальянской моды», сделайте одолжение; — самое интересное противоречие итальянской моды все же касается не прошлого. Сейчас все эти бренды богаче, чем когда-либо, благодаря продажам ароматов и растущему китайскому рынку, который приближается к 50% от мирового потребления предметов роскоши. И все же от экрана веет грустью тем больше, чем дальше то время, когда один уверенный в своих силах талантливый человек продал первую машину и запустил авантюру, которая могла не сработать. Фото: Sipa Press Russia/East News, видео: «Пионер»