search Поиск Вход
, , , 10 мин. на чтение

Как я делал ремонт в Москве в 2022-м

, , , 10 мин. на чтение
Как я делал ремонт в Москве в 2022-м

Сервис Avito опубликовал список самых популярных товаров, продававшихся на его площадке в 2021 году. Семь из десяти наиболее востребованных позиций внезапно оказались связаны с благоустройством квартир и домов.

Спрос на мебель, бытовую технику, украшения и дизайнерские аксессуары рос как на дрожжах. Столы, например, подорожали за год на 11%, но покупали их все равно на 34% чаще, чем в 2020-м. Продажи диванов выросли на 22%, хотя и подорожали примерно на такую же величину (+20%). Телевизоры разбирали на 69% чаще, чем год назад, а холодильники — на 22%. Рекордный прирост продемонстрировали зеркала (+86% год к году). Россиян охватила эпидемия обустройства домашнего уюта. А в лидерах оказались жители Московской агломерации.

Поскольку холодильники, столы и зеркала, как правило, ставят в жилых помещениях, эпидемия благоустройства не могла не затронуть и сферу ремонта и строительства. По оценкам Национального объединения строителей, в 2021 году соответствующие товары дорожали рекордными темпами. Сильнее всего в цене вырос черный металл. Его стоимость поднялась вдвое. Пиломатериалы подорожали на 42%, кирпич — на 37,7%, кровельный материал — на 39,3%, бетон — на 15,4%. Сейчас на рынке стройматериалов наблюдается стабилизация цен, но предпосылок для снижения стоимости нет, считают эксперты.

Ремонтный зуд поднял расценки не только на материалы и товары, но и на труд мастеров. Хотя здесь темпы роста не были такими пугающими: в отличие от многих товаров электрики и сантехники не включены в глобальные цепочки добавленной стоимости. На них меньше сказываются колебания валютных курсов и логистические сбои, вызванные пандемией. Тем не менее средняя стоимость услуг частных мастеров за 2021 год выросла на 20%, подсчитали в сервисе YouDo. Сантехники подняли свои расценки на 25%, электрики — на 22%, а помощь с переездом стала дороже на 13%.

На первый взгляд массовое увлечение ремонтом и строительством выглядит парадоксально. «Хотя средние реальные располагаемые доходы россиян сегодня существенно ниже пикового уровня 2013 года, уровень потребления людей в натуральном выражении почти не снизился, а по многим позициям значительно вырос, — рассказывает экономист Михаил Дмитриев. — Количество холодильников, смартфонов, компьютеров и автомобилей продолжает расти. Выросли покупки предметов домашнего обихода. И при этом существенно выросло потребление жилья. Так что налицо парадокс: реальные располагаемые доходы в прошлом году упали, они еще не восстановились, они растут медленнее, чем ВВП. А уровень жизни устойчиво растет».

Объясняется этот парадокс несколькими причинами. Во-первых, пандемия изменила структуру расходов граждан. Резко упали траты на многие дорогие услуги. Например, почти коллапсировал внешний туризм. 2–2,5 трлн рублей, которые россияне тратили на поездки в Турцию, Египет и страны ЕС (почти половину из этих денег расходовали москвичи), нашли свое применение в том числе и в наведении домашнего уюта. Кроме того, кризис и пандемия заставили средний класс распечатать свои кубышки: статистика свидетельствует, что сбережения россиян стали быстро снижаться. Особенно этот процесс подхлестнула дешевая субсидируемая государством ипотека. Многих она заставила использовать накопления в качестве первоначального взноса на покупку квартиры (а квартиру нужно ремонтировать и обставлять). Наконец, сокращение доходов коснулось в основном бедняков. У верхних двух децилей (20%) доходы за время пандемии, наоборот, выросли. И именно они и стали локомотивом ремонтного ренессанса.

Частные обстоятельства людей отличаются, мешая им увидеть в своей индивидуальной судьбе отражение истории всей страны. Но это не освобождает их от зависимости от социального рока. Я оказался одним из тех, кого невидимые социальные и экономические процессы неожиданно втянули в совершенно неведомый мне прежде мир ремонта. Последние полгода этот увлекательный процесс съедал все мое свободное время и почти всю психическую энергию. Зато обогатил опытом, который может сгодиться кому-нибудь еще.

Диалектика рубля и метра

На старте я был уверен, что обойдусь малой кровью. На просторный дворец мне немного не хватило, и я потратил свои сбережения на студию 17 кв. метров. Вице-премьеру Игорю Шувалову казалось смешным, что люди покупают жилье по 20 «квадратов», но я не дотянул даже до этой шутки. Правда, мои метры оказались довольно близко к центру и с фантастическим видом на город. Как и многие новички, я был уверен, что обустроить такую маленькую квартирку будет легче простого. Это была ошибка.

— Чем меньше метраж, тем дороже обходится каждый метр, — объясняет дизайнер интерьеров Юлия Грязнова. — Ведь функционал помещения никуда не уходит. Будь это 40 кв. метров, 120 или 400 — набор один и тот же: кухня, санузел, спальня. Чем меньше метров, тем все плотнее. И если слишком маленький метраж не позволяет уместить стандартную мебель или кухню, приходится делать индивидуальные заказы, а это гораздо дороже.

В моем случае весь ремонт состоял из таких индивидуальных решений чуть больше, чем полностью. В комнату 3,4 метра в длину нужно было уместить и кухню, и спальню. Техзадание осложнялось тем, что нужно было предусмотреть два отдельных спальных места, из которых одно должно быть рассчитано на двух человек. Хотелось иметь полный комплект бытовой техники: посудомойку, холодильник, плиту, СВЧ, вытяжку, кофеварку. Когда я прикинул объем всего, что я хочу установить в своей новой недвижимости, сразу выяснилось, что я сам в нее уже вряд ли помещусь. Между диваном и холодильником придется пролезать бочком. Главным преимуществом моего крохотного помещения было окно во всю стену, у которого хотелось все время сидеть, рассматривая купола староверческой церкви внизу, панораму московских высоток от Университета до гостиницы «Украина» и сияющую громаду «Сити» вдалеке. Поэтому стояла задача сделать этот вид центральным элементом композиции, разместив вокруг него все сидячие и лежачие места.

Все эти пожелания казались противоречащими друг другу и отказывались воплощаться. Попытки сдвинуть процесс с мертвой точки заканчивались фиаско. Шкафы из «Икеи» не влезали в коридор по ширине, диван не помещался между кухней и подоконником. Второе спальное место можно было разместить только на стене под потолком. Я успел сообразить, что мне будут нужны розетки под бытовые приборы, и вызвал электрика с YouDo. Парень возился два дня, разворотил всю стену, а потом написал мне СМС: «Поймите меня как мужчина мужчину. Мне душно. Мне плохо. Я ухожу». К счастью, от гонорара он тоже отказался, оставив меня по колено в бетонной пыли и крошке. Исправлять допущенные на первом этапе ошибки пришлось еще несколько раз, переделывая работу, которая уже значилась в блокноте как сделанная. Я сдался и попросил о помощи профессионального дизайнера.

— В последнее время такого стало поменьше, но еще недавно участие дизайнера считалось какой-то неоправданной роскошью, — объяснила мне Юлия Грязнова. — От него ожидали каких-то чудес, чего-то совершенно невиданного, а значит, необязательного. В действительности задача нормального дизайнера — рационально потратить ваши деньги, тем самым их сэкономив. Первый вопрос — это не индивидуальный стиль или удивительное сочетание цветов, а удобство, эргономичность и комфорт. Люди все равно потратят кучу денег на это, наделают кучу ошибок, и им будет некомфортно жить. Дизайнер сразу спланирует пространство, в котором можно жить, а не только возобновлять ремонт. Если же ваш дизайнер хочет за ваш счет реализовать свои творческие амбиции — смело гоните такого дизайнера прочь.

Дизайн интерьеров стал одной из тех отраслей, которые точно выиграли от рыночных реформ. Спрос на индивидуальность жилища в избыточно типизированной советской застройке был огромный. Первые два десятилетия нарождавшийся средний класс набивал шишки. «Дизайн нулевых был просто кровь из глаз, — говорит Грязнова. — Это такой романтический капитализм во всей красе. Люди делали невероятный фиолетовый мерцающий цвет в спальнях, в котором жить невозможно. И считали, что именно этот трэш и есть дизайн». Она вспоминает про клиента, который работал в авиации и хотел отразить это в интерьере своего загородного дома: «Невозможно было ему объяснить, что взлетно-посадочная полоса в коридоре, ведущем в туалет, совсем не так уместна, как на аэродроме. Загорающиеся лампочки и бегущие светящиеся полоски на полу закончатся не взлетом, а посадкой. Причем посадкой на унитаз». Но постепенно индустрия набрала вес, статус и необходимый объем компетенций, и абсолютный приоритет внешней оригинальности уступил задаче организации самого пространства и коммуникаций для повседневной жизни.

В интернете легко найти предложения очень дешевых дизайнерских услуг. Они начинаются от 500–700 рублей за квадратный метр. «Это всегда риск, — пожимает плечами Юлия. — Новичок, стажер или просто самопровозглашенный дизайнер может выдать на-гора вполне сносный проект. А может, наоборот, создать проблемы, которые вы потом будете решать годами. Сколько раз мне приходилось переделывать за такими дешевыми дизайнерами — не счесть». Услуги профессионала, как правило, стоят от 3–3,5 тыс. за «квадрат». Хотя, конечно, цена не означает автоматической гарантии качества. Если «квадратов» мало, цена вырастет. Не все дизайнерские бюро возьмутся за такую маленькую жилплощадь, как у меня, или выставят ценник в 5–7 тыс. за метр.

Задачи поставлены, цели определены, за работу, товарищи!

Мой дизайн-проект удивительным образом решил все существовавшие проблемы. По крайней мере на стратегическом уровне. Оказалось, что при желании можно сэкономить пространство, к примеру, кухни за счет интеграции ее функций с другими объектами. Микроволновку я заказал встроенную в шкаф, который служит продолжением коридора. В итоге получилось очень стильно и удобно. Но главным новаторским решением стала нижняя плацкартная полка.

Советские конструкторы пассажирских вагонов некогда столкнулись с той же проблемой, что и я — дефицитом пространства. И совершили гениальное открытие — нижнюю боковушку плацкарты. Ту самую, где столик легким движением руки превращается в часть кушетки. Мой дизайнер сразу предупредил: решение нестандартное, и оно будет стоить мне больших усилий. Это оказалось сущей правдой. Я переписывался со всеми шестью вагоностроительными заводами России. Большинство из них отказывалось понять, зачем мне нужна плацкартная полка, если я не поезд и не депо. На двух заводах ответили, что готовы продать нужный мне предмет, если я зарегистрирую ООО. На одном даже выставили ценник — 73,5 тыс. рублей. Учитывая, что ее еще нужно было доставить, изменить под нужные мне параметры и, наконец, установить, получалось сильно за 100 тысяч. Но я пошел другим путем.

В одном из московских депо я нашел инженера по ремонту подвижного состава. За 30 тыс. рублей он вынес мне полку из аварийного вагона, шедшего под демонтаж. За 15 тыс. мебельщик, делавший мне диван, удлинил и расширил конструкцию, перетянул мягкое сиденье и вставил мне новую столешницу. Я носился с этим почти месяц, зато у меня теперь очень крутое и удобное решение: столик с двумя удобными мягкими сиденьями, когда нужно, превращается в комфортный диван. К тому же удалось разгрузить кухню от стола, и она наконец совместилась со спальной частью «апартаментов».

Благодаря усилиям дизайнера крохотное помещение приобрело собственную функциональную и стилистическую логику. Кухня, зона отдыха и рабочее место сочетаются гармонично, без эффекта «вырви глаз». Но история с полкой показала, что никакой дизайнер не избавит от необходимости тратить нервную энергию на бесконечно затягивающийся процесс ремонта.

Ремонт, который никогда не заканчивается

Самый дорогой и сложный элемент почти любой квартиры — кухня. Тем более это касается маленьких студий вроде моей. Когда все расчеты сантиметров и цветов были закончены, а рабочие выполнили спланированную дизайнером разводку коммуникаций, я отправился в кухонный салон и за день сверстал там проект кухни. Смета выглядела солидно, подбираясь к 10% стоимости квартиры, но я скрепя сердце решил, что делаю для себя и подписал макет и спецификацию. Договор устанавливал срок в 35 рабочих дней, и я уже принялся звать друзей на новоселье. Это вновь была ошибка.

35 рабочих дней — это больше 50 дней обыкновенных. В моем случае они растянулись на 60, потому что вклинилась ноябрьская нерабочая неделя, объявленная из-за очередной волны коронавируса. Но в какой-то момент и этот срок подошел к концу, а кухня не материализовалась. «Сложный у вас очень проект, мы едва уговорили технолога на производстве за него взяться», — объясняли мне кухонщицы, уже взявшие 50% предоплаты. Когда на горизонте замаячил Новый год, я полез в договор, чтобы посмотреть, какие пени за опоздание мне светят. Но меня ждал сюрприз. Если монтаж задерживался по вине изготовителя, штраф составлял мизерные 0,01% от суммы сделки в день. Получалось чуть меньше 3 рублей в сутки. Овчинка выделки не стоила. А вот если монтаж откладывался по моей вине, то пени рассчитывались уже исходя из 1% в сутки.

Я не боялся стать виновником задержки. От нетерпения я заказал все, что нужно для монтажа будущей кухни, заранее. Но сюрпризы все же начались. Больше всего хлопот доставил холодильник. Мне нужна была одна-единственная модель, которая встраивалась в мою кухню. Благо я нашел ее на «Яндекс.Маркете» и везти ее самому контрабандой из далеких стран было не нужно. Но в назначенный день холодильника мне не привезли. Вместо него пришла СМС, что вышел сбой, и технику мне привезут на неделю позже. Я был спокоен. Но через неделю сбой вновь повторился. Доставку отложили на две недели. Я еще укладывался в график. В назначенный день позвонил курьер: «Едем к вам». Через час он стоял у двери с озадаченным видом, вертя в руках какой-то конверт размером с ладонь: «Какой-то очень маленький у вас холодильник… » Вместо техники мне привезли бутылочку для детского вскармливания.

Я звонил в «Яндекс.Маркет», ругался, требовал исправить ошибку. «Пишите заявление, мы рассмотрим в течение месяца. И, возможно, вернем вам деньги», — отвечали мне усталые телефонистки из службы по работе с клиентами. Календарный срок уже поджимал, и нужно было срочно заказывать холодильник заново. Я, чертыхаясь, полез в интернет. «Товар закончился», значилось во всех объявлениях о продажах. Разрыв логистических цепочек в глобальной торговле, про который мне доводилось много раз писать, пришел ко мне самому. К счастью, выручили кухонщицы, у которых что-то опять сорвалось, и монтаж кухни мне отложили еще на две недели.

Ее собрали перед самым Новым годом. Я уже хотел вздохнуть с облегчением. Но не вышло. Примерно треть элементов было с дефектами. Декоративная панель из суперпрогрессивного материала, на котором не остаются отпечатки пальцев, была изогнута дугой словно лук первобытного охотника. На фасаде была большая царапина. Дверцы шкафчиков не подходили по размерам или пришли без механизмов и направляющих. Гнутую панель теоретически можно было заменить на четную зеркальную скинали. Но она стоила 25 тыс. рублей, и кухонщицы не хотели вычитать ее из сметы. Пришлось ждать, пока они оформят рекламацию на фабрику, пободаются с технологами, а потом снова ждать 25 рабочих дней, пока фабрика изготовит новые элементы взамен бракованных.

Когда я начинал ремонт в сентябре, почти каждый человек считал своим долгом пересказать мне народную мудрость про то, что ремонт никогда не заканчивается. Я твердо отвечал, что в моем случае состоится триумф воли над энтропией, и в ноябре будет новоселье. Истина оказалась посередине. Я сижу в уютной и полностью законченной студии с видом на засыпанную снегом Москву. Но на триумф воли ушло в три раза больше времени, чем было рассчитано (денег тоже больше, но не в три, а в полтора раза). В висках у меня стучит радостная мысль: больше мне не придется заниматься этим много, много, много лет вперед.

А на экране компьютера объявление о продаже соседней студии. Там такой же метраж, ремонт чуть проще моего. Но продается она ровно на 2 млн дороже, чем я отдал за свои метры полгода назад. И в голове сама собой скребется предательская мысль. Может, черт с ним, с этим фантастическим видом и тем полугодовым геморроем, взять бы и повесить такое же объявление? А потом просто начать все сначала.

Подписаться: