search Поиск Вход
, , 4 мин. на чтение

Любовь к оборотню и другой Пелевин: как прошел первый день работы non/fictio№22

, , 4 мин. на чтение
Любовь к оборотню и другой Пелевин: как прошел первый день работы non/fictio№22

«Друзья мои, я вот автор этой книги, посмотрите, — медленно, с расстановкой выговаривает женщина в кофточке с кошками, обращаясь к людям возле стенда одного из издательств исторического профиля. — Если что, если автограф будет нужен, подходите, я вон там сижу».

«Гостиный двор», где проходит книжная ярмарка non/fictio№22, сквозь стеклянный потолок заливает ярким солнечным светом, люди гуляют вдоль книжных стендов. Мужчина с длинной бородой начинает громко чихать, но на удивление никто не отбегает от него в стороны, буднично желают быть здоровым. Солнце светит так, будто уже полноценная весна, а люди ведут себя словно эпидемии больше не существует. Хотя ни то ни другое пока не совсем правда, на улице еще морозно, а на входе просят надеть маску.

— Ты понимаешь, у нее все про себя, про себя, про себя, про себя…
— Да, поняла!
— Я такую поэзию не очень люблю.

Молодой человек кладет новую книгу Веры Полозковой на место на стенд Livebook и тянет свою подругу за руку в сторону стенда «Независимого Альянса». Строго говоря, это не один стенд, а много сгруппированных прилавков. Благодаря похожим на флаги табличкам с названиями группа независимых издательств похожа на маленький несокрушимый флот в неспокойном море российского книжного дела.

Возле него неизменно ажиотаж. Если новинки крупных издательств можно пачкой купить в любом сетевом книжном, то книги Libra, «Яромира Хладика», «Все свободны», «Носорога» и других пришлось бы долго собирать в разных местах.

На non/fiction в отличие от других крупных книжных ярмарок ассортимент более или менее предсказуемый и выверенный, хотя исключения случаются.

— Это китайский детектив, классика, — рассказывает женщина за стендом двум дамам средних лет с пышными прическами. — Я даже списалась с сыном этого автора, представляете? Он мне так вежливо ответил…
— Нет, китайский не хотим, — в один голос отвечают дамы.
— А это стим-панк, эротический детектив, может, заинтересует?
— О-о-о, интересно, — дамы переглядываются и хихикают.
— Главная героиня воспылала роковой страстью к оборотню.
— Нет, оборотни — это не мое!
— Зря вы так, любовь зла, полюбишь и…  волка.

В стеклянных «аквариумах» готовятся к лекциям и презентациям. Среди заявленного в афише классического репертуара, например, дискуссии об актуальной прозе под эгидой «Редакции Елены Шубиной», встречаются и неожиданности.

«Никогда бельгийцы не прольют русскую кровь» — так называется одно из мероприятий в рамках non/fiction. Глядя на эту строчку в программе, несколько раз протерла глаза, но текст не изменился. Впрочем, оказалось, что проект под таким названием существует уже давно, а общественная организация «Дух Эльбы» даже сняла одноименный документальный фильм.

«Ну не Набоков, конечно, но читать можно», — говорит молодой человек своему приятелю, показывая на нашумевшую недавно книгу «Моя темная Ванесса» Кейт Элизабет Рассел о любовной связи девочки-подростка со взрослым преподавателем литературы. К слову о нашумевшем, в пространстве между рядами установлена витрина, озаглавленная «Актуальные книги». На витрине новый роман Гузели Яхиной «Эшелон на Самарканд» и пресс-секретаря Алексея Навального Киры Ярмыш «Невероятные приключения в женской камере №3» нежно прижались друг к другу переплетами. Обе недавно получили свою порцию скандала, Яхину в лучших традициях книжного пиара обвинили в плагиате, а шумиха вокруг Ярмыш была связана непосредственно с ярмаркой.

Презентацию ее книги отменили, по словам организаторов, инициатива исходила от холдинга «АСТ/Эксмо», в который входит издавший Ярмыш Corpus. Но некоторые уверены, что не обошлось без звонка «сверху». Последствия происшествия скорее пошли Ярмыш на пользу, сразу несколько авторов заявили, что в рамках презентации своих книг намерены презентовать отмененную Ярмыш. При этом самой ей продлили домашний арест, и присутствовать на презентации, если бы та состоялась, даже по видеосвязи она бы не смогла.

На ярмарке внушительный раздел детской и подростковой литературы. «От этой книги будет рыдать даже двоечник с задней парты» — рекламируют книгу на одном из стендов.

Интересно, что за последние годы в России изменился вид книжных прилавков, они стали больше напоминать пространство европейских книжных магазинов и меньше — склад макулатуры. Некоторые серьезно озаботились и украшением собственного стенда. Например, задник издательства «Городец» представляет собой коллаж, изображающий четырех писателей в полный рост с гитарами в руках, исполняющих переиначенную классическую строчку «All you need is book». На фотографии Дмитрий Данилов, Фредерик Бегбедер, Андрей Геласимов и Александр Пелевин. Роман последнего «Покров-17» вошел в лонг-лист премии «Национальный бестселлер 2021», и, обсуждая его, критики неминуемо говорят, что теперь больших писателей Пелевиных стало двое, и пройдет еще немного времени, как младшего перестанут ассоциировать со старшим.

«О, Пелевин, наше все!» — говорит девушка, покручивая в руках «Покров-17», а мужчина за стендом «Городца» явно собирается с мыслями, чтобы сообразить, как ей на это ответить.

Non/fiction, в каком бы месте она ни оказалась, умеет не впадать в атмосферу солидного мероприятия и остается именно ярмаркой, по которой гуляют, иногда останавливаются и образуют группы, чтобы поговорить и поспорить. Около стенда издательства Ad Marginem стоят люди, внешний вид которых отсылает к великому магазину на Бахрушина из 2000-х, и громко хоронят постмодернизм. Думаю, подойти к ним и рассказать историю, как на пляже в Италии летом нашли с детьми мертвого жука-носорога, воздали ему должные почести и закопали в песочек, но через полчаса увидели, что могила раскопана, а вдалеке нам блеснул черный зад убегающего подальше от русских психов жука.

Но желание поговорить о постмодернизме перевешивает намерение заглянуть на какую-нибудь дискуссию, которая вот-вот начнется в одном из залов. На мероприятие под названием «Психологические сложности и профилактика выгорания творческих фрилансеров» решаю не идти, чтобы не расплакаться. А вот название «Воображаемая Эстония» интригует.

Фото: предоставлено пресс-службой ярмарки non/fictio№22, Валерия Данилова