, 2 мин. на чтение

Московский зевака: Валерий Печейкин занял место в такой родной очереди

, 2 мин. на чтение
Московский зевака: Валерий Печейкин занял место в такой родной очереди

Если в Москве пропадут очереди, то пропадет и сам город. Это значит, он никому больше не нужен. Никто не хочет встать за ним в очередь.

Главная очередь — это, конечно, пробки. Москва каждый день вспоминает, что она не резиновая, но каждый день тысячи людей говорят себе, что для него место-то найдется.

Как у Гоголя: «… И в церкви не было места. Взошел городничий — нашлось. А была такая давка, что и яблоку негде упасть». Поэтому на переполненных дорогах заметнее всего, когда едет «городничий». И место сразу появляется, а говорите «нет места, нет места… »

Но есть очередь, которая каждый год уменьшается. И парадоксальным образом от этого всем становится страшно…  Это очередь за айфонами. В этот момент все вспоминают, почему с улиц исчезают табло с курсом валют… Когда-то к ним тоже стояли очереди.

Есть еще очереди на эскалатор, очереди к врачу (и зачем записываться ко времени?), очереди на Куинджи. Или вот скоро — в очередь к носкам.

Но есть одна очередь, которая почему-то лично у меня вызывает настоящие судороги. Это очередь к кассе в супермаркете. Я не знаю, как называется эта фобия, но как только я встаю в очередь к кассе, у меня начинается…  Нет, это не паника, а приступ мизантропии. Начинают раздражать люди, которые платят наличными и роются в кошельках, ищут мелочь (почему ты не заведешь карту?). Люди, которые выбирают сигареты и заставляют продавца ходить за ними (ах ты маленькая привереда!). Люди, которые выясняют что-то про бонусные баллы, забывают что-то взвесить, почему товар не по акции и прочее, прочее, прочее. Всех их хочется, как говорил Ленин, «бить по головкам, бить безжалостно».

Очередь — очень опасная штука. Даже очередь в супермаркете может превратиться в химеру, если покупатели узнают, что они стоят за товаром, которого нет. Поэтому в большом городе так важно следить за очередью. Москва имеет право создавать очереди, а гражданин — стоять в ней. Кому не нравится, тот теряет в этой очереди место и встает в хвост. Но, как известно, «последние станут первыми». Эта древняя максима подчеркивает важнейшее свойство очереди. Главное в очереди — это ее направление. Поэтому бороться нужно не с очередями, а с тем, куда они направлены.

Так в свое время в Москве появилась очередь к первому «Макдоналдсу» на Тверской. Она была «символом свободы». А потом, если помните, в конце 2014 года его закрывал Роспотребнадзор. Тогда художник Михаил Заиканов выстроил к нему живую очередь. Люди стояли к пустому и закрытому «Макдаку»…  Художник объяснил это так: «Если зайду внутрь, ничего не возьму. Я вегетарианец. Но вообще можно выпить кофе. Обычно я в “Макдоналдс” не хожу. Это же акция не про него, а про очередь, феномен и явление».

И это правда настоящий феномен, о котором писатель Сорокин написал роман из одних диалогов. Очередь — это знаменитое «вас тут не стояло», это «женщина, куда вы лезете?», «я занимал!», «а что дают-то?», «с ребенком пропустите!», «не дышите мне в затылок», «больше двух в одни руки не дают», «говорят, кончилось».

Кстати, «Макдоналдс» на Тверской потом открыли. Так что пойдемте искать себе другую очередь. Нельзя ведь стоять просто так.