search Поиск Вход
, , 18 мин. на чтение

«Забивы», «махачи» и «офники»: стоит ли ждать второго пришествия футбольных фанатов

, , 18 мин. на чтение
«Забивы», «махачи» и «офники»: стоит ли ждать второго пришествия футбольных фанатов

Страх перед футбольными хулиганами — яростной толпой, вечно залитой по самые брови дешевым алкоголем, избивающей всех, на ком нет шарфа любимой команды, не боящейся ни обычной линейной полиции, ни ОМОНа и способной за пару часов разнести город по кирпичику, преследует жителя Москвы давно. И, честно говоря, он основан на реальных событиях.

В 2002 году были беспорядки на Манежной из-за проигранного матча «Россия—Япония», в 2010-м — еще одна Манежная, на сей раз по поводу слишком медленной реакции правоохранительных органов на убийство фаната «Спартака» Егора Свиридова. А еще были погром овощебазы в Бирюлево Западном и ее окрестностей, в котором молодежь в фанатских «розах» приняла самое живейшее участие, и десятки инцидентов масштабом поменьше.

А потому события 29 февраля — две ничтожные стычки между «спартачами» и «динамиками» перед «ВТБ Ареной» и на станции «Маяковская» могли бы многих заставить понервничать, но эту историю смыл бурный поток новостей о коронавирусе и падении рубля. И все же в соцсетях заговорили о том, что «старые добрые времена» футбольного хулиганизма могут и повториться.

Для начала давайте разложим этот мир вокруг стадиона по полочкам классификации и этимологии. Внутри себя футбольные фанаты делятся на три категории.

«Кузьмичи» — обычные граждане, для которых футбол просто хобби, одно из многих. Ходят на стадион зачастую всей семьей, знают пару кричалок, иногда, приняв на радостях лишнего, могут разбить пару стекол или прокатиться по Тверской, высунувшись по пояс из окна автомобиля и размахивая шарфом любимой команды. Ан масс безобидны.

«Фанаты», они же «ультрас» — те, для кого футбол и конкретная команда стали чуть ли не единственной страстью, а сам процесс «боления» — делом всей жизни. Это они тратят бешеные деньги, выкупая билеты на матчи своего клуба на полгода вперед. Это они таскаются за командами по всей стране, а то и по всему миру на «выезды», хотя правильнее в этой среде говорить «на выезда».  Это они зажигают фаеры и вывешивают баннеры на трибунах, хотя правильнее говорить «на секторе». Для своей команды играют ту же роль, что и театральная клака, поддерживая настрой во время игры. В футбольном мире фанатские объединения имеют огромное влияние, к их мнению прислушиваются и тренеры, и спонсоры клубов, они же являются основными покупателями атрибутики. В случае финансового банкротства команды фанаты даже могут скинуться трудовым рублем и выкупить ее в собственность, как это случилось с чешским клубом Bohemians Praha 1905,  британскими AFC Wimbledon и United of Manchester и с немецким St. Pauli. Они же могут стать источником весьма серьезных проблем — скажем, за расистские кричалки или баннеры оскорбительного содержания всевозможные лиги и федерации с удовольствием штрафуют уже сами клубы, заставляя их играть следующий матч или даже целый сезон при пустых трибунах.

В больших количествах, а также в подпитом и угрюмом состоянии фанаты, безусловно, представляют ту же опасность, что и всякий организованный сугубо мужской коллектив. Могут подраться с носителями цветов другой команды и легко вовлекаются в массовые беспорядки.

Наконец, третья категория, о которой почти не говорят, как о Бойцовском клубе — «околофутбол». Те, чьим основным занятием являются организованные уличные бои во славу своего клуба. Часть из них заодно являются и «ультрас», но ходят легенды и о тех, кто ни разу за свою жизнь не подходил к воротам стадиона и даже не знал, как зовут основных игроков команды, цвета которой он защищал. Впрочем, им это и не требуется — ведь пока фанаты и «кузьмичи» нестройными толпами идут занимать места на трибунах, бойцы «околофутбола» едут на заранее оговоренное место, чтобы сойтись в схватке с другими таким же орлами. Эти встречи на внутреннем сленге называются «махачами», или «забивами». Такие встречи могут проходить как «на говне», то есть с использованием подручных предметов вплоть до ножей, так и «без говна», то есть голыми руками. Согласно неписаному внутреннему кодексу, «околофутбол» может нападать на «ультрас» чужой команды и отбирать у них атрибутику, но не трогает «кузьмичей», если те сами не лезут в драку.

Группировка Flint’s Crew, 1993

«Околофутбол» объединен в относительно небольшие, но тесно спаянные внутри себя группировки — «фирмы», или «коллективы», со звучными названиями вроде Flint’s Crew, Red-Blue Warriors, «Коалиция», Fratria, Blue-White Dynamite и т. д. Уровень подготовки и организации у них на высоте — вспомнить хотя бы относительно недавнюю, 2016 года, уличную драку в Марселе, где примерно 300 российских хулиганов атаковали 10 тыс. британцев и, по их же словам, «зачистили» город при полном бессилии французской полиции. Тогда европейская пресса на полном серьезе писала, что Путин прислал в Европу под видом футбольных фанатов то ли «краповых беретов», то ли курсантов Академии ФСБ.

Кто дрался на Маяковке?

Получить комментарий от представителей «околофутбола» журналисту практически невозможно — в этой среде говорят: «Журналюги хуже мусоров». «Лично я не знаю деталей, — отвечает наш собеседник Игорь К. — А те, кто мутил, точно не скажут. Там троих приняли уже, уголовка светит. Остальных ищут. Собрали общак две конторы — названия не скажу — на дерби и сделали акцию. Да там не было ни хрена особо, на этой Маяковке. Помяли несколько человек слегка и все. Больше кипиша, чем дела. Овчинка выделки не стоит — вот вам мое мнение. Сейчас, когда такие вещи делают, детали никогда не уходят из «коллектива». Как и чего, знают только организаторы, даже участники потом узнают. Но никто из них не будет с вами контактировать. Сейчас «коллективы» полностью закрыты, даже среди своих болельщиков единицы вхожи. Какие там журналисты? Можете сразу забыть».

«Там было просто случайное столкновение двух групп обычных фанатов в метро, — считает Александр Шпрыгин, президент Всероссийского объединения болельщиков. — Никакими «массовыми беспорядками» и не пахло, просто две толпы секунд тридцать потолкались, немного подержали дверь вагона и разъехались. С точки зрения законодательства и правил метрополитена это, конечно, неправильно, но там была совсем не такая драка, как те, что случались раньше, когда по 20 человек оставалось на платформе лежать и их потом на скорой увозили. Видимо, не все еще поняли, что государство и вся наша жизнь с появлением новых средств обеспечения безопасности полностью изменились. Пришли к ним с обысками буквально на следующий день, причем именно к тем, кто там был.

Эти электронные системы работают предельно четко — так, в числе задержанных был Михаил Татаринов, один из лидеров динамовского «движа». Но судья его сразу отпустил, потому что драка была в 12.00 на «Маяковке», а камеры показали его в это же время входящим в метро на «Тверской»».

«»Околофутбол» никуда особо не уходил, — возражает Дмитрий Лекух, автор культовых романов о жизни футбольных фанатов. — Если судить по составу тех, кого задержали после Маяковки, то люди туда съехались отнюдь не случайные. Конкретику выдать не могу, ибо есть старое правило: те, кто в теме, молчат, те, кто говорит, те не в теме».

Краткая летопись московского «околофутбола»

Вот перечень наиболее ярких и значимых «махачей», о которых ветераны «коллективов» до сих пор рассказывают с придыханием, а вышедшие в отставку и действующие сотрудники милиции-полиции вспоминают с содроганием.

Сокольники, 1995

Первый бой новорожденных Flint’s Crew и Red-Blue Warriors состоялся 1 марта 1995 года в день хоккейного матча «Спартак»—«ЦСКА». Драться начали прямо на станции метро «Сокольники», затем «армейцы» встали на выходе со стадиона и принялись лупцевать всех выходивших оттуда «красно-белых». Под раздачу попали даже обычные болельщики — «кузьмичи». По воспоминаниям участников, в тот день все подходы к спорткомплексу были устланы телами и клочками рваных шарфов «Спартака».

Арбат, 1995

Первая по-настоящему массовая акция постсоветского «околофутбола», которая привлекла к себе всеобщее внимание и стала темой дня в большинстве СМИ. 14 октября 1995 года на Старом Арбате в стихийной схватке после матча сошлись около 200 бойцов «Спартака» и ЦСКА. Сперва казалось, что «красно-белые» побеждают, но затем «красно-синие» проникли на ближайшую стройку, набрали там строительного мусора и пустых бутылок и буквально подавили соперников шквальным огнем. «Спартачей» гнали через посольские кварталы аж до «Маяковской», но тут в дело вмешался спешно стянутый к месту событий ОМОН, и удирать пришлось уже «армейцам».

Щелковское шоссе, 1997

Считается первой яркой победой спартаковских «флинтов», хотя на самом деле имело место избиение младенцев. 30 марта примерно 150–170 «спартачей» преградили дорогу к стадиону «Локомотив» толпе из 700 фанатов «Зенита», которая шла на стадион от автовокзала. Правда, если уточнить эту картину, героический образ рассеивается: «флинты» явились «на говне» — с железными трубами и арматурой, в то время как среди гостей из Питера большинство были обычными «ультрас». Численность зенитовского «Невского фронта» в то время составляла дай бог если 20 человек.

Результат этого противостояния был немного предсказуем, но и накал страстей вышел нешуточный. Приехавшему на место ОМОНу, чтобы рассеять дерущихся, пришлось дать несколько автоматных очередей поверх голов. «Махач» на Щелковском шоссе попал даже в иностранную прессу — о нем писали итальянские La Gazzetta Sportiva и Corriere dello Sport.

Сокольники, 1998  

Самая масштабная драка за всю историю российского «околофутбола». 26 сентября, в день хоккейного матча «Спартака» с магнитогорским «Металлургом», к ДС «Сокольники» прибыла небольшая армия из 300 бойцов от различных «коллективов» ЦСКА с целью «забить красно-белого зверя в его собственном логове». Против них вышли почти 700 «спартачей», но запланированный фанатский Аустерлиц так и не случился: две огромные толпы в основном топтались друг против друга, вступая в схватку небольшими группами по 20–30 человек и кидаясь в оппонентов всем, что подвернулось под руку. Потом пришел ОМОН и всех разогнал. Пострадавших насчитали около сотни, из них 11 были госпитализированы.

Малая спортивная арена «Динамо», 1998

Вооруженные разнообразными «аргументами», 90 «спартачей» атаковали 300 с чем-то «динамиков», закрепившихся на пустом летнем стадионе. На стороне «красно-белых» была ярость и арматура, на стороне «бело-голубых» — численный перевес и гора пустых бутылок. Под градом стеклотары «спартачи» сократили расстояние и полезли на трибуну, где засели их оппоненты. Те обратились в бегство.

Бой под мостом и RBWparty, 1999

Почти 200 «спартачей» напали на 150 динамовцев под мостом в Лужниках. Начали с перекидывания пустыми бутылками и прочим подручным инвентарем, затем сошлись первые ряды, затем «бело-голубые» неожиданно дрогнули и разбежались.

В том же году «спартачам» удается взять убедительный реванш над старыми врагами из околофутбольных группировок ЦСКА. 65 «флинтов» и представителей союзных им «коллективов» с арматурой и заточенными напильниками атаковали клуб на Варшавском шоссе, в котором проходила RBW-party. «Красно-белые» покалечили и избили до бессознательного состояния всех, кого смогли отловить у входа, и отступили до прибытия милиции.

Китай-город, 2001

31 марта в день дерби «ЦСКА»—«Спартак» небольшие бои шли вдоль всей московской части Ярославской железной дороги, но ничто не предвещало того кошмара, который через несколько часов случился в самом центре города. В драке принимали участие представители относительно молодых «коллективов» — Union, Gallant Steeds, HardGang и других, рвавшихся проявить себя перед старшими товарищами. Бой начался прямо на станции «Китай-город», где во все стороны летали фаера, а в воздухе свистела арматура. «Спартачи» применили типичную монгольскую тактику — якобы дрогнули и побежали, а на самом деле заманили «армейцев» на эскалатор, который в нужный момент отключили. Наверху уставших от долгого подъема «красно-синих» встретили разнообразным дубьем. В парке рядом с памятником героям Плевны в это время тоже шла потасовка — в воздухе было тесно от пустых бутылок и апельсинов, набитых гвоздями с откусанными шляпками. В Лужниках фанатские группировки сцепились с милицией, используя новомодные пластиковые кресла трибун в качестве метательных снарядов. Нанесенный стадиону ущерб составил почти 40 тыс. долларов.

А еще в тот день «околофутбол» впервые вмешался в политику —  искавшие своих визави «армейцы» наткнулись на митинг в защиту НТВ и избили его участников, стоявших с плакатами «ФСБ=КГБ=русский фашизм», «Свободу НТВ!» и «Остановите чеченскую бойню». После этих событий различные «большие люди» из Администрации президента и думских партий начинают присматриваться к миру футбольного хулиганизма и прикидывать варианты использования «коллективов» в качестве уличной пехоты.

В 2000-е околофутбольный «движ», как и вся страна, проходит через процессы профессионализации и кэжуализации. В 1990-е большинство хулиганов выглядели примерно одинаково: джинсы, заправленные в ботинки Grinders или Dr. Martens, у которых носок был усилен титановым «стаканом», чтобы бить больнее, плюс черная куртка бомбер с оранжевым подкладом — его по договору выворачивали наружу, чтобы в драке узнавать своих. Плюс командная «роза» и черная или серая шапочка. В следующем десятилетии наши бойцы уже не отличаются от своих европейских коллег и выбирают те же бренды — Lacoste, Burberry, Ralph Lauren, Paul&Shark, Merc, Fred Perry и Stone Island. Помимо рождения стиля и выхода за местечковые рамки это означало, что в движении появились люди с деньгами. В середине 2000-х уже никого не будут удивлять «коллективы», приезжающие на акции не на метро, а на нескольких огромных джипах.

При этом хулиганское движение умудряется не подвергнуться социальному расслоению. Как писал автор одной из книг об истории отечественного «околофутбола» Дым Александр, «в драке плечом к плечу могут стоять рядом высокооплачиваемый банковский служащий и низкооплачиваемый водитель автобуса, модный арт-директор модного московского клуба и безработный алкоголик-наркоман с городских окраин, перебивающийся мелким криминалом, и т. п.; и все эти люди будут биться рядом и друг за друга, потому что у них есть то, вокруг чего они смогли объединиться».

«Изначально «околофутбол» был довольно элитной субкультурой и таким он и остался, — говорит Дмитрий Лекух. — Первый состав «флинтов» набирался в «стекляшке» второго гуманитарного корпуса МГУ. И кадры туда рекрутировались аж с филфака, скажем, небезызвестный Дима Стоматолог вполне себе филолог по профессии, а «стоматолог» — его призвание».

Накал околофутбольных разборок заметно снижается. Меньше жестокости, меньше серьезных травм и смертей. Если в 1990-х гибель обычного фаната или участника «коллектива» в драке воспринималась как нечто само собой разумеющееся, то в 2000-е новость об этом заставляет целые сектора стадионов вставать и держать минуту молчания. Рождается новый принцип движения: «Мы не враги, мы лишь оппоненты».

Ряд «фирм» пытается превратить околофутбольный хулиганизм в подобие командного спорта и выезжает в основном на договорные «забивы» без «аргументов» и с жестко очерченными правилами. Другие увлекаются игрой в охотника и жертву и проявляют в ней феноменальную изобретательность в сочетании с новейшими технологиями. Они активно используют взлом сайтов, почтовых ящиков и мессенджеров ICQ, подкладывание в автомобили GPS-маячков и  прочие методы, присущие скорее спецслужбам, чем уличным бойцам.

Московский «околофутбол» начинает активно распространять свое влияние как в регионы, так и за границу, тратя деньги на то, чтобы  приложиться кулаками к физиономиям представителей британских, немецких, албанских, итальянских и прочих группировок.

Околополитики

В это же время для фанатов распахиваются двери самых разнообразных кабинетов. Еще в 1990-е по телевизору начинают регулярно показывать нашего собеседника Александра Шпрыгина, тогда еще носившего прозвище Команча. Он сближается с Жириновским, через него знакомится с Лужковым, а в 2007 году приходит к новому министру спорта Виталию Мутко с идеей создания Всероссийского объединения болельщиков, фактически — лоббистской организации фанатов, не имеющей аналогов в мире. Ряд кресел в ее руководстве занимают предводители «коллективов», заодно получая неприкосновенность со стороны правоохранительных органов.

В 2005 году крепкие молодые люди, одетые в стиле кэжуал, устраивают ряд нападений на мероприятия национал-большевиков Эдуарда Лимонова. Штаб-квартиру нацболов дважды атакуют и громят члены спартаковской «фирмы» Gladiators. Возглавляют эти акции известные всей фанатской Москве Роман Вербицкий — Колючий и Василий Степанов по прозвищу Вася Киллер. Последний даже снимает маску и общается с приехавшими журналистами.

Рома Колючий и Вася Киллер, захватив офис НБП, общались с журналистами

Апофеозом 2005 года становится нападение на активистов левых организаций АКМ и «Левый фронт», решивших собраться 11 декабря в помещении КПРФ на «Автозаводской», чтобы обсудить условия будущего взаимного объединения.

«Мы вышли из метро и слегка разбрелись, когда услышали за спиной крики «Смерть красной мрази!» — рассказывает Алексей Сахнин, координатор «Левого фронта» и автор «Москвич Mag». — И тут на нас налетела эта толпа. Нас было довольно много, но туда приехали обычные леваки, а не уличные бойцы, к тому же было немало девушек. Был у нас такой Саша Бабак — ему одному из первых прилетела бутылка, пробили голову. Кто-то в панике стал щемиться по углам, кто-то сориентировался и начал отвечать. Они убежали, но мы смогли завалить парня, который всю эту акцию снимал на видео. Ведем его в отдел линейной милиции, а они делают круглые глаза и говорят: «Мы принять его не можем, они же напали не в метро, а то, что наверху, не наша зона ответственности». Окей, вытаскиваем его наверх и ведем в обычный РОВД. Тут мимо нас проезжает черная «Волга» с тонированными стеклами, там открывается окошко, внутри сидят двое типичных «людей в черном»: «Ребята, мы журналисты, а что здесь произошло? На вас неонацисты напали?» Просим их показать редакционные удостоверения, но они продолжают задавать вопросы. Доводим пленника до отдела, там менты упираются: «Принимать заявление не будем». Я начинаю звонить по всем номерам журналистов у себя в телефоне: «Эхо Москвы», «Грани», «Коммерсантъ». До ментов доходит, и они начинают наконец писать протокол, но я вижу, как они стараются эту историю выкрутить на сугубо бытовой конфликт: «Подошел в состоянии алкогольного опьянения, начал нецензурно выражаться». «Постойте, — говорю я. — Какое опьянение, куда подошел, когда там была явная группа лиц по предварительному сговору и по мотивам ненависти и вражды?» Потом мне еще звонил некий персонаж, представившийся его дядей, который предлагал дать денег за отказ от претензий. В итоге ему, кажется, какую-то мелочь присудили, условно вроде».

В следующем, 2006 году журналисты и знатоки «околофутбола» с большим удивлением обнаружат непримиримых врагов — спартаковских «Гладиаторов» и «армейских» Gallant Steeds, вместе охраняющих съезд прокремлевского движения «Наши» на озере Селигер. Внутри движения ходят слухи, что участники «коллективов», согласившихся работать с кремлевскими «молодежками», получают по 1200 долларов в месяц и  бесплатные спортзалы для тренировок.

23 июля 2010 года 40 крепких парней, одетых в «хулиганские» бренды и футболки с неонацистской символикой, с криками «Мы пришли убивать и убирать!» окружают лагерь защитников Химкинского леса, а затем присоединяются к охране вырубки. По некоторым сведениям, именно футбольные фанаты избили до инвалидности, а в конечном итоге и до смерти редактора «Химкинской правды» Михаила Бекетова. В 2015 году представители спартаковской группировки «Фратрия» вместе с движением «Сорок сороков» Дмитрия Энтео терроризируют защитников парка «Торфянка», протестующих против строительства православного храма.

Однако золотые годы московского «околофутбола» к этому времени уже закончились, а власть решила изменить свои отношения с фанатами на 180 градусов.

Под наблюдением Большого Брата

Последней крупной акцией «околофутбола» в Москве стал «забив» вечером 31 января 2016 года на Большой Пироговской в день хоккейного матча «Спартак»—«ЦСКА». С обеих сторон в нем приняли участие около 200 человек, дерущиеся были рассеяны полицией. Затем начались последствия.

«Огромную роль в изменении подходов сыграли события на Украине, — утверждает президент ВОБ Александр Шпрыгин, — где именно фанаты и выступили основной ударной силой в самом начале Майдана. Была такая довольно распиаренная фотография оттуда — парень цепью бьет «беркутовца», а на руках у него перчатки с символикой «Динамо». Вот на эти фотографии и посмотрели внимательно «там, где надо». Потом, когда были выборы в Мосгордуму, фанатов активно звали на улицу и Навальный, и Ходорковский. Вот после этого уже было принято окончательное решение — профилактировать на упреждение.

После Пироговки возбудили дело, которое лишь четыре года спустя, в декабре 2019-го, ушло в суд. Виновных там никого не нашли, но при этом были десятки задержанных и обысков. Спустя полгода под этот каток попал и я сам, несмотря на то что являюсь болельщиком «Динамо», то есть меня там в принципе быть не могло. При обыске у меня изъяли немалое количество личных вещей, и получить их обратно я не могу до сих пор, то есть меня, по сути, обокрали. Когда такие вещи начинают происходить систематически, то рано или поздно у людей пропадает желание заниматься хулиганизмом».

Уже в 2000-х методы работы властей с «околофутболом» меняются во всем мире и приобретают отчетливые черты войны на уничтожение. В Англии, на родине футбольного фанатизма, для борьбы с ним стали применять широчайший арсенал, от внедрения в «коллективы» сотрудников под прикрытием до открытой видеосъемки в упор прямо на трибунах, от политики «нулевой толерантности» с постоянными арестами даже за самые ничтожные нарушения до популяризации футбола среди женщин. Но наибольшую эффективность показали системы распознавания лиц в сочетании с запретами на посещение матчей на самые разные сроки, от месяца до «на всю оставшуюся жизнь». Заодно эту информацию стали рассылать по всему Евросоюзу, чтобы носитель черной метки не мог никуда приехать на выездную игру. Британским «коллективам» пришлось перенести свои разборки в глухие леса, где никто еще не догадался установить камеры наблюдения, а на стадионах и рядом с ними вести себя тише воды, ниже травы. К ЧМ-2018 аналогичная система была введена и у нас под общим названием Fan ID, в народе «паспорт болельщика».

«С 2016 года фанатскими делами занимается ФСБ — так называемая вторая служба, она же Управление по защите конституционного строя, — рассказывает Александр Шпрыгин. — Им «поручили» фанатов в преддверии чемпионата мира, и они же работают по ним до сих пор. Все ждали, что, когда чемпионат закончится, ФСБ с этой истории слезет, потому что где же это видано, чтобы ключевая спецслужба страны занималась футбольными хулиганами? Потом все думали, что этот чрезвычайный режим продлится до Еврокубка, который, видимо, перенесут на 2021-й из-за коронавируса. Но дело в том, что поменялся сам подход государства к безопасности. Сейчас оппозиционера судят за брошенный стаканчик, а в 1990-е на трибунах отламывали доски от сидений, лупили ими ОМОН по головам, а затем спокойно уходили со стадиона, и никого не задерживали. Раньше достаточно было покинуть место совершения правонарушения, и можно было смело обо всем забыть, а сейчас наказание становится неотвратимым.

У себя во Всероссийском объединении болельщиков мы уже сколько лет говорим о том, что раз времена поменялись, то надо менять и само движение. Что противостояния эти надо переносить в более цивилизованные условия, например в ринг, в форме спортивных турниров по рукопашному бою между фанатами. Такой официальный любительский турнир полиция приедет уже не разгонять, а охранять — по закону обязана. Ну или проводить «забивы» в лесу, где не будет ни претензий, ни потерпевших. Даже если на такую драку и приедет ОМОН, то максимум, что он сможет сделать, это развести ее участников в разные стороны, никаких правовых последствий у этой истории уже не будет. А все городские побоища в метро, на улицах или на стадионах должны уйти в далекое прошлое».

В этом месте стоит уточнить, что подобные идеи могут относиться лишь к разряду прекраснодушных пожеланий. Если «сверху» была спущена команда «давить и не пущать», то не спасут никакие арендованные залы. Так, 19 ноября 2019 года в Москве ОМОН сорвал анархистский турнир по рукопашному бою, проводившийся в память убитого в 2009 году антифашиста Ивана Хуторского. Мероприятие «отработали» по полной программе: приехали на двух автобусах, поставили всех лицом к стене, отобрали мобильные телефоны и задержали 50 человек, которых доставили в отделение, где пересняли все паспорта и «откатали» отпечатки пальцев. Нет никакой гарантии, что на легальных турнирах между фанатскими «фирмами» не будут происходить точно такие же «маски-шоу».

«Околофутболу» действительно пришлось меняться. «Коллективы» уходят во все более глубокий андерграунд, а драки переносятся в окраинные лесопарки и подмосковные леса. «Все стараются производить как можно меньше внешнего шума, — говорит Дмитрий Лекух. — И это абсолютно нормально — чтобы сесть в полицейскую «клетку», ни особой доблести, ни ума не надо. Лишняя реклама никому не нужна.

То, что случилось в феврале на Маяковке — это же не какое-то отдельное явление, а просто эпизод давно длящихся событий, по небрежности ставший публичным, за что его участники, прости господи, и пострадали впоследствии. Чем больше таких эпизодов будет продолжать оставаться в «зоне тишины», тем будет лучше для всех: и для «гражданских», и для общества целиком, и для самих участников этих «соревнований». И, кстати, для полиции в том числе. Там тоже все понимают».

Правда, проблем у горожан, особенно у тех, кто помоложе, от этого не убавилось. На место старых добрых футбольных «ультрас», разбиравшихся в основном между собой, пришли «офники». Название этой новой субкультуры прямо указывает как на то, что сами себя они считают именно наследниками «околофутбола», так и на их основное занятие. А заняты «офники» тем, что ловят школьников, выклянчивших у родителей одежду брендов, относящихся к линейке кэжуал, зажимают в укромном углу и произносят сакраментальную фразу: «Ну-ка, поясни за шмот!» Если жертва не в состоянии пояснить, какое отношение она имеет к миру «околофутбола», то ее бьют, а одетую «не по чину» вещь отбирают либо спарывают с нее фирменные лейблы. Точно такая же кара постигает и тех, кто решил сэкономить и купил вместо оригинальных CP Company или Stone Island явную подделку.

«Я бы не советовал этим грозным воинам стиля хоть раз, хоть при каких обстоятельствах попасть под встревожившуюся «основу» любой из топовых «фирм», — усмехается Дмитрий Лекух. — Уж лучше сразу сунуть голову под асфальтовый каток. Да, фанаты всегда были и остаются изрядными модниками — это факт. Но вот эти «предъявы за шмот» — самое обыкновенное село. Собственно, «офники» и есть такое деревенское тру-фанатье на первом этапе возгонки, на уровне «где-то что-то слышал». Никому из старших они не интересны, отсюда все проблемы».

У официальных футбольных фанатов дела сегодня тоже идут не лучшим образом, да и к политике их больше не подпускают. «Метод кнута и пряника заменили методом чистого кнута, — жалуется Александр Шпрыгин. — Нет больше никакого взаимодействия властей с фанатами. Раньше мы участвовали во всех совещаниях, а закон о болельщиках просто не мог быть ни написан, ни принят без учета мнений фанатских объединений. Сейчас с нами за один стол уже не садятся. Государство просто давит фанатов, давит жестко и беспредельно. 8 декабря 2019 года, во время последнего тура Премьер-лиги, в знак протеста против этого беспредела вставали и уходили целыми секторами. Это событие попало в топы всех новостей, давать комментарии пришлось и РФС, и Пескову — ну и что? Премьер-лига провела какое-то совещание с фанатами в Сочи, но Лига не государственный орган, а некоммерческое партнерство, и способов воздействия на органы власти у нее нет никаких. И никакого диалога у нас сейчас тоже нет».

При этом все комментаторы сходятся в одном — «околофутбол» не умер, а просто затаился и пережидает свои худшие времена. «Все люди на месте, — говорит Дмитрий Лекух. — Да, кто-то отошел, но и молодежь вполне подтянулась, нормальные парни, так и должно быть, нужно освобождать место «молодым волкам». Конечно, в «движе» есть небольшой застой, но никто в воздухе не растворился.

«Околофутбол» никуда не уходил и никогда не уйдет, это неотъемлемая часть молодежной культуры любого мегаполиса: русского, немецкого, британского. Уж как парней гоняли в старушке Англии — так не гоняли, наверное, нигде. Но даже там он есть. Просто часть мужчин, видимо, такими изначально рождаются — воинами, бойцами. И они, будучи умными в большинстве своем и, кстати, вполне образованными людьми, прекрасно понимают, что все эти развлечения своего рода эрзац. Олдовые люди, кстати, называли «забивы» и «махачи» «зарницами». Ни о чем не говорит?»

«Фанатскому движению в нашей стране без малого 40 лет, — напоминает Александр Шпрыгин. — Нынешний этап, начавшийся перед чемпионатом мира, лишь маленькая веха на большом пути. Я начинал еще в СССР и помню, как в начале 1980-х выводили со стадиона целыми рядами за значок или кричалку, как потом писали письма в школу и в комсомол с требованиями исключить отовсюду и покарать. В конце десятилетия случился мощный подъем, в начале 1990-х был упадок, потом опять подъем и, наконец, расцвет в начале 2000-х, когда фанатское движение приобрело огромное влияние как в самом мире футбола, так и за его пределами. С 2016 года, после беспорядков в Марселе и подготовки к чемпионату, наступила стагнация. Но люди живы, никто никуда не делся, в движение постоянно приходит молодая кровь. Да, «коллективы» сейчас замерли, как машина, которую давно не заводили. Но футбольный фанатизм — это субкультура, а не ОПГ, и чисто полицейскими методами с ним не справиться».

Фото: t.me/Опер слил,  открытые источники