, 2 мин. на чтение

Джим Джармуш устало ругает общество потребления в зомби-комедии «Мертвые не умирают»

, 2 мин. на чтение
Джим Джармуш устало ругает общество потребления в зомби-комедии «Мертвые не умирают»

Есть такая теория: в годы правления демократов в Америке выходит больше фильмов о вампирах, при консерваторах — снимается больше картин о зомби.

Джим Джармуш эту теорию подтверждает: свой единственный вампирский фильм «Выживут только любовники» он снял в 2013-м еще при Обаме, первое же его обращение к жанру зомби-хоррора (или, в данном случае, скорее зомби-комедии) произошло при Трампе.

Само место действия фильма уже не типично для описателя городской жизни с ее кофейнями, барами и обаятельными лузерами Джармуша. В городке Сентервилль (режиссер позаимствовал название из картины музыканта Фрэнка Заппы «200 мотелей» 1971 года, впрочем, населенные местности с тем же названием есть в штатах Огайо и Юта) живет меньше 800 человек, так что исчезновение курицы со двора фермера Фрэнка (Стив Бушеми) — вполне причина для полицейского расследования. Копы (Билл Мюррей, Адам Драйвер и Хлоя Севиньи) подозревают живущего в лесу бомжа Боба (Том Уэйтс), но в Сентервилле происходят и вещи посерьезнее — от Фрэнка ушло целое стадо коров, темнеть стало только в 5 утра, а по телевизору передают, что Земля сошла с оси. Где еще должны сказаться последствия этого катаклизма, как не в самом Центральном городе?

Наконец из-под земли выходит первый зомби с внешностью Игги Попа, и зрители отмечают, что после своей смерти музыкант совсем не изменился. Игги с подругой загрызают двух работниц местного дайнера и начинают закусывать их кишками, но больше всего им нравится местный кофе. Джармуш издевается над современной кофейной культурой, которая уже перешла все грани разумного, и каждый человек теперь пьет кофе, не сидя в кафе или дома, а на ходу, как зомби.

В «Мертвые не умирают» (в кинотеатрах с 11 июля) достается не только кофеманам. Выбравшись из могил, зомби повторяют вещи, без которых не могли обходиться при жизни»: «сладости», «Блютус», «ксанакс», «пароль от вай-фая» и «Сири». Сатира на человеческий страх глобального потепления сменяется издевкой над обществом потребления, которая в зомби-фильмах раньше была проговорена тоньше — 15 лет назад Зак Снайдер поместил место действия «Рассвета мертвецов» в супермаркет.

Хотя зомби-фильм нес в себе социальный комментарий еще с 51-летней давности «Ночи живых мертвецов» Джорджа Ромеро, Джармуш избегает прямых политических намеков. Можно даже сказать, что в отличие от Ромеро Джармуш уходит от проговаривания важных идей к любованию благоглупостями вроде летающей тарелки, зачем-то забирающей героиню Тильды Суинтон. Что это может значить, кроме того, что актриса и кумир артистической богемы — сама пришелец, а уж для Среднего Запада тем более?

Будучи настоящим артхаусным автором, Джармуш как будто забыл написать внятный сюжет. Некоторым зрителям, которые не следят за фильмами режиссера еще в 1980-х, «Мертвые не умирают» покажутся неряшливо сделанным (певица Селена Гомес появляется здесь буквально на минуту, чтобы красиво пройти перед мотелем в белых кроссовках, на этом ее «роль» заканчивается) брюзжанием стареющего бебибумера, жалобой на то, что люди подменили бессмысленными хлопотами настоящую полноценную жизнь. Мы живем среди зомби, прямым текстом (хотя, к счастью, с улыбкой) говорит нам Джармуш, предлагая смотреть каннибальское паразитирование на других, хороших зомби-фильмах.

Фото: UPI