Ярослав Забалуев

«Шпион», который снова нас соблазнил: сериал от Netflix открывает нам непривычного Сашу Барона Коэна

2 мин. на чтение

Саша Барон Коэн из тех актеров, про которых более или менее все знают, что они выдающиеся, но далеко не все из знающих способны смотреть их фильмы.

«Борат», «Бруно» и «Диктатор» уже стали настоящей классикой современной сатиры (жанра, вообще говоря, крайне сложного), но при этом, признаемся, чтобы смотреть все эти смелые скетчи, нужно определенное состояние и сила духа. Прорыв Коэна в настоящее массовое большое кино должен был случиться в «Богемской рапсодии». Даже самые злейшие ненавистники артиста скрепя сердце соглашались, что если уж кто из звезд и обладает необходимым портретным сходством с Фредди Меркьюри, то это точно Коэн. И это не говоря уже о схожей склонности героя и его вероятного имперсонатора к самому исступленному гротеску. Однако не сложилось. Коэн рьяно настаивал на том, что в фильме обязательно должны быть имевшие место в реальности вечеринки с карликами и кокаином, а авторы фильма сделали ставку на семейную аудиторию. Коэн проект покинул, но в итоге выходит, что никто не проиграл, поскольку долгожданный бенефис (пусть и телевизионный) превзошел все ожидания.

Им стал произведенный Netflix сериал «Шпион» — формально французский, но сделанный израильским шоураннером на родном материале. В центре сюжета здесь народный герой Израиля — легендарный разведчик и однофамилец исполнителя главной роли Эли Коэн. В шестидесятые он настолько удачно работал в Сирии, что незадолго до провала и казни претендовал на пост президента вражеского государства. Сегодня в честь Эли названы улицы, а в конце 1980-х даже сняли художественный телефильм. Сразу оговоримся, что все вероятные параллели с сегодняшними сирийскими событиями совершенно бессмысленны: «Шпион» — это честное историческое кино, чем во многом и ценно.

Шоураннером проекта выступил Гидеон Рафф — автор сериала «Военнопленные», благодаря которому на свет появилась американская «Родина», а потом и российская. Именно ему, очевидно, стоит сказать спасибо за безупречно выдержанный стиль. В «Шпионе» очень красивая, как будто немного пересвеченная картинка. В остальном же эмоциональный градус действия, напротив, как бы приглушен. Те, кто ждет от шестисерийного фильма джеймс-бондовской остросюжетности, очевидно, будут разочарованы. Если уж и искать аналогии среди собратьев по жанру, то ближайший родственник сериала — «Шпион, выйди вон» Томаса Альфредсона, картина столь же неторопливая и гипнотическая.

За четыре года, проведенных под прикрытием (сначала в Буэнос-Айресе, а потом в Дамаске), Эли Коэн сделал не просто головокружительную, но и очень правдоподобную карьеру. Обнаружив невероятный талант к перевоплощению, он фактически растворился в своей легенде, превратившись в пламенного сирийского патриота Камиля Амин Таабета. Именно этому процессу и посвящен «Шпион», который больше похож не на триллер, а на производственный роман о человеке опасной профессии. Деятельность резидента предстает совершенно неромантической. Покупка стульев для передачи фотопленок в ножках. Глухая морзянка радиошифровок. Томные рауты, позволяющие добраться до все более высоких сирийских чинов. Иногда случаются проколы и погони, но редко — рутины куда больше.

Однако от экрана не оторваться, и причиной тому не только жесткий режиссерский ритм, но и исполнитель главной роли. Вопреки обыкновению Саша Барон Коэн здесь играет точно, экономно, на одних полутонах. Он скучает по любимой жене и полон рвения служить родине, но в то же время он блестящий и хитроумный профессионал, не позволяющий себе лишнего движения. В фильме много кадров, в которых герой смотрится в зеркало, и они напоминают, что он вынужден постоянно держать под контролем сразу несколько личностей. Этот баланс между потайной страстью и внешней сдержанностью задает невероятное напряжение даже проходным сценам. И вот это уже всецело заслуга фантастического артиста Коэна, которого по завершении просмотра хочется поскорее вновь увидеть вне образа бичевателя современной Америки.

Фото: Netflix

Подписаться: