, 2 мин. на чтение

В сериале Netflix «Что/если» Рене Зеллвегер не узнать (в хорошем смысле)

, 2 мин. на чтение
В сериале Netflix «Что/если» Рене Зеллвегер не узнать (в хорошем смысле)

Энн Монтгомери (Рене Зеллвегер) — холодная блондинка, венчурный инвестор, женщина, возникшая ниоткуда и сразу — на вершине пищевой бизнес-цепочки. Она дает мастер-классы, на которых учит отказываться от устаревшей морали, пишет мотивационные книжки под девизом «Любой ценой» и ворочает миллиардами.

Лиза — юная идеалистка, бьющаяся за спонсорскую поддержку фармацевтического стартапа, который должен изменить мир к лучшему. Муж Лизы Шон — бывшая звезда бейсбола, а ныне бармен в гостиничном лобби. Однажды Энн знакомится с Шоном и делает Лизе предложение: в обмен на поддержку девушка должна предоставить миллиардерше своего мужа на одну ночь, подробности которой должны остаться между участниками. Поразмыслив, Лиза с Шоном идут на эту жертву, не вполне подозревая, как теперь изменится их жизнь.

Сериал «Что/если» придумал для Netflix Майк Келли — шоураннер выдержавшего четыре сезона «Реванша». На сей раз речь, впрочем, идет не о сквозном повествовании, а об антологии с не вполне, правда, понятной концепцией. Согласно официальным релизам, «Что/если» ставит предметом своего исследования спорные с моральной точки зрения ситуации и исследование «последствий судьбоносных решений». Вероятно, идею сможет прояснить второй сезон (если Netflix на него решится), ну а пока поговорим о первых десяти сериях.

Имя шоураннера упомянуто не зря — фактически его новая работа более или менее наследует «Реваншу» со всеми его плюсами и минусами. С точки зрения жанра «Что/если» правильнее всего, пожалуй, будет определить громоздким термином «остросюжетная мыльная опера». То есть интрига в духе «Непристойного предложения» Эдриана Лайна (но с сильным криминальным оттенком) здесь служит не столько предметом существования, сколько несущей конструкцией. Вокруг основного сюжета здесь что только не наверчено. В количестве основных персонажей можно запутаться уже в первой серии, у каждого из них своя история (и между собой они почти не пересекаются). Все эти линии, любопытные по отдельности, сбивают драйв, необходимый остросюжетному кино, и требуют от зрителя лишних усилий в смысле концентрации.

Однако, если эти усилия приложить, они будут вознаграждены. Во-первых, здесь есть по-настоящему удачные эпизоды — отметим линию гей-пары, решающей личные проблемы при помощи бородатого стриптизера и психоделических шоколадок.

Ну а во-вторых — и в-главных — ключевая причина потратить время на «Что/если» — это, разумеется, Рене Зеллвегер. К своей первой большой телевизионной роли актриса подошла со всей серьезностью, превратив в бенефис каждое свое появление в кадре. Зеллвегер даже в критические с точки зрения ритма повествования моменты выступает в роли смыслового центра. Актриса, сделавшая себе имя (и получившая «Оскар») благодаря ролям положительных простушек, здесь пережила перевоплощение, по степени неожиданности сравнимое с преображением Мэттью Макконахи пятилетней давности. Забудьте Бриджет Джонс: теперь Зеллвегер показала, что она вполне может претендовать на звание наследницы роковых героинь классических нуаров. Она играет женщину не просто жестокую, но прошедшую через слом и перерождение. Причем перевоплощение это максимально детализировано — мимика, жесты, походка — это совершенно другая Зеллвегер. И если в целом «Что/если» не заставляет с нетерпением ждать второго сезона, то за дальнейшим развитием карьеры Рене действительно будет интересно наблюдать.

Фото: Netflix