search Поиск Вход
, 9 мин. на чтение

Это мой город: актриса Анна Слю

, 9 мин. на чтение
Это мой город: актриса Анна Слю

Об отказе от автомобиля и от походов в рестораны с детьми и о том, что пока не побывала в городе, где бы чувствовала себя совсем как дома.

Я родилась…

В 20-м роддоме, это Бабушкинский район. Там прошли не совсем сознательные годы моей жизни. А такие, с которыми связаны воспоминания, прошли в Трехпрудном переулке, где было театральное общежитие Московского ТЮЗа. Осознанная школа, первые настоящие друзья, прогулки, домашние питомцы — все это связано с тем райончиком.

Детские воспоминания: «золотая миля» кафе, сами Патриаршие пруды.

Раньше там на первых этажах везде были продуктовые магазины. Когда я была маленькая, мама была беременна моим братом, а я чувствовала себя добытчицей и ходила в магазин.

Я брала собаку, и мы во всех магазинах занимали очередь и возвращались со всеми возможными деликатесами — добычей. Меня от этого перло, потому что я ребенок, и, естественно, взрослые люди, которые тоже стояли за какой-то добычей, видя десятилетнего ребенка с собачкой, всюду меня пропускали. Меня знали все продавцы всех магазинов, потому что я по-честному занимала очередь и бегала из магазина в магазин. Меня никто не заставлял, это было мое личное хобби, которое мне невероятно нравилось. Патриаршие не были таким лакшери-районом.

Сейчас живу…

Может быть, если бы я в детстве жила не в центре, а где-нибудь в районе Академической, то и сейчас искала бы для себя и своих детей место силы там. А поскольку выросла на Патриках и потом, когда была постарше, занималась в театральной студии на Миусах и там жили все мои друзья — Олег Долин, Илья Рубинштейн, все, с кем я с детства знакома, — то для меня родные места — это район Патриков или Маяковки–Новослободской.

Я скоро закончу ремонт и буду жить на Маяковке, мне, конечно, все очень нравится, я там нашла детский сад, школу — у меня уже все схвачено.

Москва для детей…

Когда я была маленькая, меня все устраивало. Но сейчас гораздо лучше: есть целый ряд приятных мест для детей, тот же сад «Эрмитаж» или парк на Делегатской. Крутая детская площадка на Трубной с куполом-песочницей. Единственный нюанс — я мать-фанат, не оставляю детей без присмотра и никому не советую. Что касается преобразований в городе, мне кажется, что для детей все сделано максимально уютно и здорово. Даже у меня во дворе есть аж четыре детские площадки, и они классные. Мы можем прийти и час там гулять, детям интересно. Что касается кружков — тоже все здорово. По крайней мере в районе, где я живу. Я вожу детей на хор, изо.

Люблю гулять…

Будем откровенны, в холодное время года меня нельзя вытянуть на улицу. А так я обожаю ходить, еще у меня сейчас есть самокат — моя вторая любовь после ног. Я наматываю огромные круги в основном в пределах Садового и Бульварного. Если лето, это могут быть огромные расстояния, например, от «Дома 12» можно дойти до Сухаревской или Чистых прудов. Это все «ходибельно». Только кажется, что далеко.

В какой-то момент я отказалась от автомобиля, потому что вдруг поняла, что он все время стоит, когда не холодно. Опять же это связано с переездом в центр. Все, что мне нужно, находится или в шаговой доступности, или в двух-трех остановках на метро, или в нескольких остановках на троллейбусе или автобусе. Я поняла, что машина мне больше не нужна.

Все мои прогулки сузились до удобных мне мест в шаговой доступности. Когда я жила на Академической, у меня была машина, и тогда было намного больше передвижений. Сам факт наличия машины многое определяет: если она у тебя есть, то ты можешь куда-то ехать, раз уж ты в нее сел.

Место, куда я бы никогда не попала, если бы не съемки…

Я сейчас снимаюсь в фильме, который называется «Рассвет», и мы были в Институте биоорганической химии на улице Миклухо-Маклая, где сохранена невероятная архитектура в том виде, в котором это было создано в 1960-е. Если бы не эти съемки, я бы никогда этого не увидела. Я была потрясена: там люди работают, это не какой-то заброшенный завод.

В кафе и ресторанах…

Я не могу сказать, что сильно разбираюсь. Больше всего люблю домашние вечеринки. А так «32.05», потому что это ближе всего для меня, это место как бы «на райончике» и первое, что приходит в голову. Есть очень крутое место на «Флаконе» — Studio food, там приятно, летом у них веранда, они делают мороженое разных странных вкусов. Еще говорят, что очень круто на «Артплее», но он далековато от нас.

Я поняла, что я не люблю ходить куда-то с детьми, потому что это утомляет и их, и меня. И я минимализировала детские праздники. Может, потому что мои дети еще маленькие, и, с одной стороны, им классно, а с другой — они так сильно перевозбуждаются и начинают потом капризничать.

В театр с детьми…

Моя мама — директор МТЮЗа, там есть спектакли для детей, и отец моих детей — режиссер, поэтому они, конечно, приобщены. Мы посещаем все, что происходит в театральной Москве для детей.

В Москве хочется попасть, но все никак не удается…

В Кукольный театр на Басманной. Там есть музыкальный спектакль «Петя и волк», про который мне уже все говорили, но мы все никак туда не дойдем, а хочется.  И второе место, куда лично я не могу попасть, это Грановитая палата. Я реально с детства хочу туда сходить. При этом я была и в Мавзолее, и в Оружейной палате — там не так интересно. Не знаю, что меня удерживает. Я охотник за антикварными штуками. Если у меня плохое настроение, есть свободное время и даже если нет денег, я иду на поиски красоты.

Отличие москвичей от жителей других городов…

Я его не вижу, потому что у меня очень узкий круг знакомств. Мой круг общения достаточно узок, я мало кого знаю даже других профессий или людей, которые, так или иначе, не причастны каким-то боком к миру искусства. Это своя отдельная, достаточно большая зона, поэтому, мне кажется, Москва — вот она такая, какой я ее знаю. А она, конечно, очень разная.

Москва лучше, чем другие большие столицы…

Тем, что я могу жить только здесь. Рим меня «взрывает» изнутри эстетически, я там очень странно себя чувствую. Могу не спать совсем. В Париже очень круто выглядишь, может быть, у всех девочек так. Не знаю, от чего это зависит, может быть, от экологии или от людей, которые там живут. (Мне, кстати, не кажется, что французы мерзкие.) Удивительно, как будто ты умылся, выходишь на улицу — и ты уже хорошенький. Это не связано со временем года, даже если там холодно. Почему-то физиологически я чувствую себя там симпатичной. В Москве это зависит от многих факторов. Бывает, конечно, такое настроение, но это что-то ускользающее. Берлин мне просто очень нравится, виновато невероятное количество красивых парней. Вот они где, все красивые парни! Меня совершенно не смущает немецкий язык, хотя, казалось бы, генетически — язык врага. Я думала: «Боже, я поеду в Германию, тут эти немцы, они говорят на немецком». Мне еще все время снятся сны, что я убиваю немцев. Нет, ничего этого нет. На мой слух немецкий дико похож на французский. Берлин по осени больше всего напоминает Москву энергетически — какой-то такой прозрачный воздух. Бывает такая осень, когда сухо и прохладно, как сейчас. Вот там так. Если попасть в Берлин в правильное межсезонье, он достаточно живой, взбудораженный. Во всех этих городах я бы с удовольствием могла бы работать, даже долгое время. Но жить — нет. Я не человек мира, к сожалению. Хотя в огромном количестве городов я не была. Может быть, я просто еще не была в том городе, который меня бы как-то покорил и я бы подумала: «Вау! То же самое, что дома!»

В Москве изменилось…

Как ни странно, я достаточно радикально настроена, я за правду. Но мне нравится Москва и эта плитка, что больше нет ларьков и гаражей-ракушек. Да, неудобно ездить с коляской, детям неудобно ездить на велосипеде, особо не поездишь на скейтборде. За последние полгода я чинила свой самокат раз шесть — примерно раз в месяц.

Сужение Садового кольца и расширение пешеходной зоны удобно тем, кто ходит пешком и у кого есть дети.

Когда это делали, я думала: «Что за бред, и так без конца эти безумные пробки!» В итоге я не знаю, как это работает, но получилось классно. Конечно, как автомобилист я тоже недовольна парковками, эвакуаторами и всей этой ерундой. Но, с другой стороны, буквально пару лет назад вдоль всех главных улиц стояли припаркованные машины, и они все были забрызганы грязью от других машин. И это треш.

Я хочу изменить в Москве…

Очень сложно рассуждать об этом, когда ты изменить ничего, по сути, не можешь. Вот ситуация с инвалидными и детскими колясками. В метро у нас как не было, так и нет для них спусков даже на центральных станциях. Если ты хочешь зайти в метро с маленьким ребенком, ты обязательно должна идти с мужчиной, ты одна никогда не справишься с этой ситуацией. И не могу сказать, что все хотят тебе помочь и вообще рады видеть детей в общественном транспорте. Это тоже, кстати, очень странная тема. Я была с детьми и в Азии, и в Европе, и нигде не сталкивалась с таким странным отношением, как у нас: тебе никто не поможет, пока ты за руку не возьмешь какого-нибудь парня. Это единственное, что бесит. Нет, бывает, раз в тысячу лет, что тебе предложат помощь — слава тем мамам, которые воспитали таких мальчиков. Но такое было за всю мою жизнь раз двадцать, а коляску-то ты возишь каждый день, когда ты мама! А вчера я видела, как мужчина вез свою сестру или супругу в инвалидной коляске в метро. И понятно: в такси с инвалидной коляской дорого, плюс ее же надо как-то сложить. Есть такой фильм у Ивана Твердовского — «Класс коррекции», который вышел лет пять назад. И вот прошло пять лет, много чего поменялось, а это почему-то нет. При этом у нас бесконечное количество инвалидов и огромное количество детей. Зато есть депутаты, которые говорят, что никто вас не заставлял рожать.

Это единственное, что я бы попросила изменить. Ну и воспитывать мальчиков, чтобы они хоть иногда помогали.

С Иваном И. Твердовским…

Мы познакомились на пробах. Его фильм «Класс коррекции» я видела заранее, а «Зоологию» посмотрела, когда ехала на пробы. В «Классе коррекции» последняя сцена взорвала мое сознание. Я думала, сколько лет парню, который это снял. А Ване тогда было, наверное, как Ксавье Долану, 22 или 23. Когда я посмотрела «Зоологию», ехала на пробы и думала: «Господь всемогущий, неужели я с ним познакомлюсь, он настоящий человек». Он снял такой фильм, как «Зоология», в 25. Меня вообще очень удивляет, когда человек не совпадает со своим возрастом. Может, потому что я сама не совпадаю. Но у Вани это прямо разительно: эмоциональный возраст не совпадает с физическим.

Фильм «Подбросы» для тех, кто…

На премьере даже мои дети, 4 и 6 лет, начали смотреть этот фильм, но им было немножко тяжеловато, конечно. Мне кажется, он для тех, кому нравятся такие режиссеры, как Ларс фон Триер, Ксавье Долан, Гаспар Ноэ, такое не  самое развлекательное кино. Может, и не понравится, но вряд ли уйдут. Это не тот фильм, на котором ты расслабишься и весело проведешь время. Но это и по жанру вовсе не комедия. Наше кино стоит идти смотреть, если у человека есть желание затаить дыхание.

Фильм «Подбросы» не надо смотреть тем, кто…

Не могу сказать, что кому-то не надо ходить. Хоть люди и не готовы встречаться с серьезным, но, мне кажется, работает что угодно, если ты к этому «подключаешься». Не хотел идти в Третьяковскую галерею, а случайно с подружкой попал, и что-то там тебя заставило дышать не так ровно, как до этого.

У меня не главная роль в фильме, да и кино не про меня, поэтому у меня не было мыслей, что за эту роль вообще кому-то придет в голову меня номинировать на лучшую женскую роль на «Кинотавре», потому что обычно номинируют за главную роль. А на «Кинотавре» нет номинации за второстепенную роль. Так я получила приз за главную женскую роль. Не было никаких ожиданий, кроме того, что мне нравится фильм, который мы сделали. Мы вышли из зала, и не знаю, что думал зритель, а мы думали: «Ха! Как мы вам?» Кстати, я первый раз и сама посмотрела на «Кинотавре», Ваня-то ничего никому не показывает.

О том, что сейчас происходит в моей карьере…

Я не очень люблю говорить, в январе выйдет мой первый опыт в фильме ужасов, хоррор «Рассвет» дебютанта из Питера Паши Сидорова. Не знаю, что там получилось. По картинке точно интересно, думаю, и режиссерски все классно, я просто в себе не очень уверена. Там у меня не главная роль, я там просто есть, но это мой первый опыт работы в таком кино — психологический хоррор о сновидениях.

А в феврале выйдет, если я не ошибаюсь, третий или четвертый фильм моего любимого Александра Гордона. Он написал крутой сценарий, который назвал ни больше ни меньше «Дядя Саша». Это ироничная «чеховская» история. Он там выступил как режиссер, сценарист и исполнитель главной роли. И это совсем не «Подбросы», это другой жанр, хотя тоже не комедия, вполне себе арт-хаус. С Гордоном приятно работать, потому что он тонко, с большим чувством юмора и уважением к артисту манипулирует твоим сознанием и эмоциями, и ты делаешь вещи, которые он хочет, но ты даже об этом не подозреваешь. Мы знаем Сашу Гордона из телевизора, в котором есть ирония, но нет легкости, а тут Саша Гордон, плетущий кружево.

Фото: из личного архива Анны Слю