, 4 мин. на чтение

Это мой город: актриса Ирина Старшенбаум

, 4 мин. на чтение
Это мой город: актриса Ирина Старшенбаум

О своей кармической связи с Замоскворечьем и о работе над фильмом «Вторжение».

Я родилась…

В Москве.

Сейчас живу…

Тоже в Москве, в районе Замоскворечья, потому что это мой любимый район и кажется, что я будто бы кармически в нем родилась, только там мне комфортно, удобно. Там и на Китай-городе. И радостно, и светло.

Гулять люблю…

Собственно, именно в этих районах: Замоскворечье, Китай-город. Люблю все, что относится к старой Москве: чувствую там себя уютно, особенно когда гуляю вечерами. Абсолютное ощущение, что находишься в каком-то европейском городе либо где-то в Москве, но не сегодня. В общем, магия.

Мой нелюбимый район в Москве…

Я, честно говоря, почему-то не люблю Новый Арбат. Мне там энергетически некомфортно, хотя рядом много прекрасных мест и вокруг тоже есть старая Москва…  Еще не люблю искусственно сделанные неуютные районы, большие дорожные развязки. Я вот люблю, например, Хорошево-Мневники, несмотря на то что он считается спальным районом. Я, собственно, там родилась. В этом районе, как и в Строгино, есть необъяснимое чувство уюта: много деревьев и зелени, добрые районы. Может быть, потому что я провела в них детство.

Я бываю в ресторанах…

Последнее мое открытие и открытие по совместительству моих друзей — это ресторан «Дом 16». Я чаще всего прихожу сюда поужинать с друзьями, на бизнес-встречи, на интервью либо просто выпить бокал хорошего вина, а однажды у нас был даже опыт секретной вечеринки. Там есть маленький барчик, где можно устраивать такие небольшие праздники. Мне кажется, что это самое петербургское открытие. Петербургский ресторан, он похож на смесь «Рубинштейна» и «Дома 12». Потрясающие ощущения от того, какие люди туда приходят. Вы там можете встретить кинематографистов и музыкантов, продюсеров, режиссеров, актеров. Всегда приятно поговорить и повидаться. В общем, «Дом 16» очень нравится, и совладельцы у этого ресторана прекрасные, рекомендую.

Место, в которое хочу доехать, но никак не получается…

Честно говоря, если я хочу куда-то доехать, я сажусь и еду. У меня не бывает такого, что я не могу доехать. Хотя нет, пусть это будет Серебряный бор — я хотела туда доехать все лето, потому что люблю там погулять, но не сложилось. Но это так, я в нем до этого часто бывала. А таких мест, где я бы хотела побывать, но не побывала, думаю, уже даже не осталось — все излазила.

Лучшее в Москве…

Это любимые люди.

В Москве в последнее время изменилось…

Изменилась система парковок, и это нас всех сильно выводит из себя, и я ездила за рулем какое-то время, а потом отказалась от машины, поскольку сейчас я живу в центре города, и мне вообще тяжело найти место для парковки, постоянно нервничаешь, что тебе негде припарковаться. Ну и меня иногда смущает эклектичная архитектура зданий: между собой они совсем не сочетаются, мне от этого грустно. То, чего нет, например, в Лондоне или Париже.

Что я хочу изменить в Москве…

Я бы не хотела, чтобы сносили исторические памятники. Архитектуру нужно беречь и восстанавливать. Я бы выделяла на это больше денег. И, конечно, нужно что-то делать с парковкой. И с Большим Каменным мостом, который давно превратился в какую-то нескончаемую пробку. И не надо перекрывать дороги. Это наша московская боль — перекрытия и мигалки. Я сейчас не так сильно переживаю из-за пробок, потому что чаще передвигаюсь пешком, стараюсь по крайней мере это делать. Но все, что касается автомобилей, да, я думаю, надо будет что-то менять. И уже наконец откройте мост, точнее, огромный стеклянный шар над Живописным мостом, с которым ничего не происходит, а построен он был больше десятилетия назад. Что там? Ресторан? По слухам, там вроде собирались даже сделать ЗАГС.

Если не Москва, то…

Здесь несколько вариантов. Если не Москва, то Петербург в первую очередь, а потом Лондон, Париж.

Меня можно застать в Москве кроме работы и дома…

Либо в «Доме 16» Мити Борисова, либо в заведениях моего прекрасного друга Ильи Тютенкова. Люблю согреться, попить чаю где-нибудь в «Северянах». Либо в театре, например в «Гоголь-центре», куда я хожу смотреть спектакли, хотя в целом я редко куда-то выбираюсь. Либо в кинотеатре — стараюсь выбирать фильмы с субтитрами на языке оригинала. Либо в музеях на выставках. Люблю ходить, например, в ММОМА, в Центр фотографии братьев Люмьер, в Пушкинский музей. Там часто бывают любопытные выставки. В Новой Третьяковке, кстати, сейчас идет выставка Евгения Гранильщикова, где представлен видео-арт с моим участием.

В 2020 году…

План отдохнуть, слетать в Азию, заниматься собой, читать много книг, выпустить фильм «Тенерифе» Романа Васьянова (название рабочее), перед этим 1 января в прокат выйдет «Вторжение» Федора Бондарчука. В общем, планирую радоваться новым премьерам и создавать будущие.

О «Вторжении»…

Могу только сказать, что это было еще масштабнее, чем предыдущий фильм [«Притяжение»], история повзрослела вместе с нами — она стала более драматичной, более взрослой. Было страшнее сниматься, потому что появилось гораздо больше ответственности. Во-первых, из-за того, что вся драматургия фильма выстраивается вокруг центрального женского персонажа. Во-вторых, уже знаешь, какая огромная аудитория у проекта. Не хочешь никого подвести, хочешь сделать хорошо.

И, конечно, влияет ощущение масштаба: если вдруг у тебя не сложится твоя роль и не будут выверенно работать все актерские соединения, то все зря. В съемках приняли участие художник-постановщик Андрея Звягинцева Андрей Понкратов, оператор-постановщик Владислав Опельянц, который работает с Кириллом Серебренниковым и Никитой Михалковым — такие мастодонты! В то же время много художников из современного искусства. Я верю, что такое соединение авторского наполнения и большого бюджета должно дать нам хороший, умный блокбастер.

Премьера фильма «Вторжение» — 1 января 2020 года.

Фото: Алексей Янбаев