search Поиск Вход
, 3 мин. на чтение

Это мой город: писатель Андрей Аствацатуров

, 3 мин. на чтение
Это мой город: писатель Андрей Аствацатуров

О мнении петербуржца о москвичах и о чрезмерной готовности Москвы к переменам.

Я родился…

В Ленинграде в 1969 году, 7 июля — так записано в паспорте. Хотя на самом деле в роддоме Зеленогорска — это небольшой курортный городок в сорока километрах от Питера. Мою маму туда привезли из Комарово, где у нас дача.

Сейчас я живу…

На Костромском проспекте, совсем рядом с метро «Удельная». Это довольно интересный район с архитектурной точки зрения. Когда-то он был дачным, хотя находился в черте города. После войны, с 1940-х, его стали активно застраивать двухэтажными, иногда трехэтажными домиками — строили в основном пленные немцы. Микрорайон получился немного европейским, кукольным и довольно уютным; маленькие дворики, палисадники, канавки, дома окружены каменными заборчиками. Сейчас он немного меняется, здесь строят новые высокие дома, старые дома не восстанавливают, сносят, видимо, по причине слабой рентабельности; район становится комфортабельным, но теряет прежнюю немного домашнюю ауру. Я живу здесь уже много лет. Отчасти сам не знаю, почему — это квартира нашей семьи, которую мы получили еще в начале 1990-х путем сложного обмена.

Я люблю гулять…

По бульварам — у нас в Петербурге их немного и потому ощущения всякий раз новые. Идешь по аллее, окруженной зеленью, вроде ты в центре крупного мегаполиса, а вроде и нет. Ты заслонен деревьями, а вокруг во все стороны — суетная автомобильная жизнь. Люблю Патриаршие пруды — сидеть, смотреть на воду — навевает покой.

Мой любимый район в Москве…

Мне нравится бывать в районе Тверского бульвара, улицы Малая Никитская, Спиридоновка, там неподалеку музеи-квартиры А. Н. Толстого и Горького. Там какая-то приятная, расслабляющая атмосфера.

Мой нелюбимый район в Москве…

Мне не очень нравится Манежная площадь, застроенная, торговая, с толпами туристов, с криками людей, гудками автомобилей. Я стараюсь без особой необходимости там не появляться.

В ресторанах…

Я легкомысленно подхожу к ресторанной культуре. Часто хожу с друзьями в какие-то, как они говорят, «модные» места, но я всякий раз забываю названия. Если я один, то выбор мой, как правило, бывает абсолютно случаен. Из мест, где я люблю сидеть, я могу назвать только паб «Джон Донн». Там хорошая атмосфера, вполне подходящий для пивного возлияния интерьер и приличные бургеры.

Главное отличие москвичей от жителей других городов…

Обобщения всегда опасны и обидны, причем сразу для всех. Но мне кажется, москвичи отличаются ровно тем, чем столичные жители отличаются от нестоличных. Коренные москвичи энергичны, крайне любопытны, жадны до всего нового. Я могу говорить только о своих впечатлениях. Это, как правило, люди умные, интеллектуальные, читающие последние книжные новинки, готовые обсудить все киноновинки, спешащие на новые выставки. Это люди, хорошо понимающие, что такое работа, и умеющие отдыхать. Москвичи крайне политизированы и часто нетерпимы. Возможно — это уж ощущения закоренелого питерца — москвичи излишне поспешны и лихорадочны, и из-за этого им не хватает глубины. Что, впрочем, не означает, что среди москвичей нет людей обстоятельных и глубоких. Конечно, есть, и их очень много, наверное, больше, чем в Питере. Я говорю об общем впечатлении.

В Москве лучше, чем в мировых столицах: Нью-Йорке, Берлине, Париже, Лондоне…

Я выскажу предположение, что Москва и москвичи готовы непрерывно меняться. Москва сама постоянно меняется, здесь все время прямо в центре что-то строится, сносится, перестраивается. Нью-Йорк тоже меняется, но он расчерчен на строгие ячейки — внутри каждой можно что-то переделать, но общий план города неизменен. И Нью-Йорк, и Париж, и уж тем более Лондон куда консервативнее Москвы. Там есть при всем невероятном многообразии свой стиль в одежде, в поведении, в уличной рекламе, и этот стиль меняется крайне редко или вообще не меняется. Москва в этом стиле слишком подвижна. И очень трудно понять, что такое московский стиль и московский образ жизни. Тут слишком много всего разного.

В Москве за последнее десятилетие изменилось…

Москва так часто меняется, что за всеми изменениями очень трудно уследить, тем более, если ты не коренной житель.

Моя новая книга «Не кормите и не трогайте пеликанов»…

Это европейский, урбанистический роман с разработанными сюжетными линиями. Правда, представлены они фрагментарно. Это роман прежде всего философский, ставящий вопрос о свободе воли, о человеке, о его взаимоотношении с Замыслом, о том, что люди плохо слышат, плохо понимают друг друга, стараются изменить мир, чего делать явно не стоит. Но и том, что можно приблизиться к истине или достичь понимания другого. Это любовная история в урбанистических декорациях — сначала действие происходит в Лондоне, затем — в Петербурге. История о том, как города проникают в людей, определяют их мысли, их поступки. Это также «кампусный» роман, и часть действия происходит в некоем питерском гуманитарном вузе. И в центре — герой, со своими проблемами, победами, поражениями, некоторой внутренней неустроенностью, герой-фаталист, но все-таки иногда способный на бунт.

В августе выходит переиздание романа в авторской серии «Интеллигент Аствацатуров» «Осень в карманах», а «Не кормите и не трогайте пеликанов» вышел ранее в этом году.

Фото: Yanis Tchilov