search Поиск Вход
, 4 мин. на чтение

Это мой город: советник генерального директора Государственного музея Востока Татьяна Метакса

, 4 мин. на чтение
Это мой город: советник генерального директора Государственного музея Востока Татьяна Метакса

О Басманной слободе, бережном отношении к старым домам и о том, что фамилия Метакса обязывает к посещению греческих ресторанов.

Я родилась…

В Москве, в чудесном роддоме имени Клары Цеткин в Шелапутинском переулке. Там же, где жил кот великолепный — Савелий, о котором написал Григорий Служитель. Его повесть «Дни Савелия» — восторг полный, потому что это родные места.

Сейчас я живу…

Я живу на Гороховом Поле, на окраине Басманной Слободы. Тоже недалеко от Яузы, от усадьбы Разумовского, рядом с храмом Вознесения. Теперь Гороховская улица носит имя архитектора Казакова, который построил много прекрасного в Москве. В том числе и вот эту Вознесенскую церковь.

Люблю гулять…

Больше всего люблю гулять по своей округе: вдоль Яузы, по Лефортовскому парку, по нашим переулочкам — Гороховскому, Токмакову, где стоит дом художника Рокотова. Люблю гулять рядом и вокруг нашего дома, не потому что мы не гуляем далеко, мы по-разному бродим.

Любимый и нелюбимый район…

Тот, про который я только что рассказала. Я когда выхожу из дома в воскресенье, особенно зимой, оглядываюсь вокруг, такое ощущение, что я в старинном российском уездном городке. Вот эти места я обожаю: церковь Никиты Мученика, чудесный старинный сад Баумана.

А нелюбимых районов у меня нет, я настолько люблю Москву, что я не могу себе позволить такой термин. Есть много новых районов, которые я совсем не знаю.

В ресторанах бываю…

В самых разных. Кофе пить — в «Кофемании», очень вкусно поесть можно в кафе «Простые вещи» (особенно красиво там летом под деревьями, это на моей любимой Большой Никитской). А если это какой-то суперторжественный случай, то едем в La Colline на Рублевке. Например, там мы летом отмечали годовщину нашей совместной жизни с мужем Николаем. Это великолепный французский ресторан, но для исключительных случаев.

Нам хотелось бы посетить новое место, называется «Пифагор» — он только что открылся, я там еще не была. Это же греческая кухня. А так как «Ме-та-кса» — это старая-старая греческая фамилия, то, конечно, да!

Хороший греческий ресторан Molon Lave есть в районе Тишинки, там мы тоже бываем иногда.

Места в Москве, в которые собираюсь, но никак не могу доехать…

Есть такое место, оно связано с православием, это матушка Матрона. Туда все ездят, причем это на Таганке (Покровский монастырь у Абельмановской Заставы. — Прим. ред.) Мы, например, недавно были в Дивеево, в Дивеево подальше вроде ехать. До Нижнего Новгорода, потом до самого Дивеево…  А вот почему-то до матушки Матроны как-то никак. Надо добраться!

Главное отличие москвичей от жителей других городов…

Каждый видит свои отличия. Многие говорят, что москвичей уже не осталось. Я с этим не согласна. Приезжающих людей много, но это люди тоже разные. Можно прожить здесь 20–25 лет и узнать Москву, и полюбить ее. Бродить по старому городу так, как не бродят те москвичи, которые провели здесь все детство. Я думаю, никакого отличия нет и быть вообще-то и не может. Москва — очень быстрый, мобильный город, все время появляется много нового, интересного.

В Москве лучше, чем в Париже, Лондоне, Нью-Йорке…

В Париже и Лондоне весьма понравилось, но я почвенник, укорененный в Москве.

В Москве за последние десять лет изменилось…

Многое. Очень многое мне нравится: широкие тротуары, нравится, что город стал гораздо чище. Мне нравятся новые автобусные маршруты, особенно те, на которых я могу от своей Старой Басманной доехать до Новодевичьего монастыря. И невероятное обилие самых разных ресторанчиков и кафе. Так как я давно живу  (и все время в Москве), я помню еще чудесные, замечательные рестораны: например, скучаю, что пропал ресторан «Арагви». Когда я попала в него лет двадцать назад, ужаснулась — это было уже совершенно не то.

Хочу изменить…

Я вот люблю цветы, но я люблю живые цветы. И когда их много на улицах нашей любимой Москвы, это замечательно. Но мне не нравится, когда Москву украшают искусственными цветами (но сейчас вроде их стало поменьше). Я не терплю этого, они во мне вызывают чувство отторжения.

Я люблю такую организацию, как «Архнадзор,» и хочется, чтобы более конкретно, более точечно, мудро подходили к старым московским улицам, старым постройкам. И необязательно это должен быть дом, который стоит на каком-то учете, есть просто милые дома, которые ни в коем случае нельзя уничтожать. Я вообще не очень люблю высокие дома, я любительница старых форм.

Если не Москва, то…

Тут Маяковского надо цитировать: «Я хотел бы жить и умереть в Париже, если б не было такой земли — Москва».

Меня можно чаще всего застать кроме работы и дома…

На открытиях выставок в других музеях. Музеи Кремля, Музей изобразительных искусств имени Пушкина, ГТГ, Исторический, Музей современной истории России — мои любимые места. Как почетный член Академии художеств периодически бываю в академии и в Галерее искусств Зураба Церетели. Бываю время от времени в очень неплохой галерее «Триумф». Сейчас в «Гостином дворе» открылось много галерей, в том числе моя любимая галерея «Веллум». Но еще чаще, конечно, бываю в своем музее.

В Музее Востока…

Мы уже такие, можно сказать, древние, нам идет 102-й год. (Свое столетие Государственный музей Востока отметил 30 октября 2018 года.) У нас прекрасная постоянная экспозиция и, конечно, все время что-то происходит, за год открывается много интереснейших выставок. Из ближайших планов — 30 января начинается выставка «Суфизм без границ», где будет представлено около 30 рукописей, принадлежавших османскому шейху Ахмеду Зияутдину Гюмюшханеви. А 5 февраля открывается большая экспозиция «Эхо советского Азербайджана» — это выставка из Азербайджанского национального музея ковра. Но там будут не только ковры, сделанные в период Советского Союза, а также вышивки, эскизы, плакаты, агитационный текстиль.

Фото:предоставлено пресс-службой Музея Востока