Мультиджобинг: как мы перестали жить на одну зарплату
Когда-то риторическим вопросом «И как это мы так влипли?» начинался первый сезон «Секса в большом городе» — эпохального сериала о женщинах, отношениях и босоножках за 400 долларов. Прозвучал он в классических декорациях: жили-были он и она, она верила, а он исчез… Мне же захотелось задать тот же вопрос, когда однажды поздним вечером в пятницу я получила от подруги лаконичное сообщение: «Уволилась с третьей работы, ибо не вывожу».
Удивляться тут вообще нечему: реалии нашей жизни. Подруга — обыкновенная (хоть и очень классная) учительница. Всего-то работавшая в двух школах, одном кружке для подготовки олимпиадников и еще иногда берущая учеников на репетиторство. Не потому, что в одиночку содержит дом и семерых козлят, а просто… ну а куда деваться, если цены растут, зарплаты за ними не спешат, а хочется не просто жить, но еще и иногда ездить в отпуск и досрочно гасить ипотеку?
Мы и вправду влипли. Вторая работа давно уж пустяки, дело житейское: почти у всех она есть. Третья работа — чуть более редкий зверек, но встречается. В «Соло на ундервуде» Сергея Довлатова было прекрасное: «Ты пьешь каждый день, но еще иногда у тебя бывают запои». Этот тезис отлично играет в реалиях Москвы 2026 года: ты работаешь на двух работах, но еще иногда у тебя бывают подработки. И никого это не удивляет, не восхищает и не шокирует — все живут примерно так же. Обычно это выглядит так: у человека есть работа — нормальная, официальная, с трудовой книжкой, ДМС и 28 днями отпуска, но зарплаты категорически не хватает. И он трудоустраивается дополнительно, используя платформы и режим самозанятости, либо по совместительству, либо по договорам ГПХ. Это уже не временное явление и не повод восклицать что-то вроде «Бедненький, вынужден подрабатывать!», а массовая практика. Та же Кэрри Брэдшоу, если бы жила не в Нью-Йорке 1990-х, а в Москве 2026 года, писала бы свои колонки для трех-четырех изданий одновременно, иначе ей бы никак не удалось ни арендовать квартиру на Манхэттене, ни пить «Космополитены» в барах, ни покупать дорогие туфли.
Если верить данным, которыми поделились в 2026 году представители платформы для самозанятых «Мое дело», около 75% россиян так или иначе совмещают несколько вариантов занятости (и несколько доходов!). Внезапно выяснилось, что москвичи перестали «подрабатывать» втихомолку и оперировать словами вроде «халтуры» и «шабашки», а начали говорить об этом как о совершенно естественной штуке: ну да, у меня две работы! И чего? Кстати, даже перед налоговой — о, борьба с левыми доходами, главная страшилка минувших лет! — такие граждане теперь чисты: в 2019 году в нашей стране появилась самозанятость, она же режим плательщика налога на профессиональный доход. С тех пор вести двойную трудовую жизнь стало легко и приятно — и юридически безопасно.
Эксперты в сфере занятости единодушны: совмещение нескольких источников дохода становится новой нормой для рынка труда, и никого из HR этим не удивить. Наоборот, требования работодателя насчет моногамии (если кто-то решает всерьез этого потребовать) воспринимаются как милая прекраснодушная глупость, примерно как советы 90-летней бабушки о том, как надо жить.
«Мне абсолютно все равно, что у вас и с кем, если это не мешает нашим задачам» — такие слова я услышала от одного из будущих начальников в первую встречу.
Звучит как приглашение в открытый брак, а на самом же деле как максимально адекватная договоренность, которая для современной Москвы становится типовой. И нормальной. Каждый третий россиянин, если верить результатам недавнего опроса, скрывает от основного работодателя свои дополнительные проекты и доходы, но, надо думать, скорее из соображений приличий, а не из-за страха осязаемых санкций. Потому что это настоящий «красный флаг» — работодатель, который искренне уверен, что условных 100 тыс. рублей зарплаты его сотруднику хватает в Москве 2026 года. Ну что тут скажешь… скорее всего, этот человек как минимум оторван от реальности. Или просто не очень умен.
Заурядный разговор между коллегами теперь звучит примерно так:
— Петька новую работу нашел.
— Но отсюда он же не собирается увольняться?
— Нет, конечно. Так у него две зарплаты, зачем ему терять одну?
Старая советская шутка-пожелание «Чтоб ты жил на одну зарплату!» заиграла нынче новыми красками. Число тех, кто действительно может позволить себе довольствоваться одной-единственной работой (и одной зарплатой), стремительно тает. Примерно так же стремительно, как растет стоимость аренды жилья, привычной продуктовой корзины, образования детей, медицины, качественного отдыха и вообще стоимость жизни. По данным компании «Консоль», которая занимается документооборотом, летом 2026 года жителей России, получающих зарплату только на одной работе, осталось 37%.
— Моя жизнь в последние десять лет напоминает бег на месте, — говорит коллега, занимающий не самую последнюю должность в популярном издании. Точнее, две должности в двух СМИ одновременно. — В 2015 году я был обычным корреспондентом с окладом 60 тысяч, и мне более или менее на все хватало. Сейчас мне тоже более или менее на все хватает, но есть нюанс: я совмещаю две работы по 120 тысяч на каждой. И только благодаря этому могу позволить себе примерно то же самое, что десять лет назад, сохранить свой уровень. О том, чтобы улучшить, даже не мечтаю.
Понятие «рабочий день» постепенно становится очень размытым, и никогда еще снобский тезис «работать не с 9.00 до 18.00, а головой» не был так актуален. Снова обратимся к статистике: среди многозадачных многоработников 46% признались, что занимаются дополнительной работой, сидя на основной. Еще 29% подрабатывают по выходным, 13% в любое свободное время, а 8% занимаются подработками вечером после основной работы (еще 4% и вовсе ночью). Бывают случаи и вовсе невероятные. Например, однажды мой друг ухитрился найти себе вторую работу в Приморье. Дистанционную, конечно: рабочие чаты, созвоны и прочие пучины Bitrix24. Организовал свой рабочий день (хотя день ли?) так, чтобы спать ровно четыре часа: когда в Приморье рабочий день уже кончился, а в Москве еще не начался. Вот это, пожалуй, все-таки высший пилотаж. И тут необходим дисклеймер «Не пытайтесь повторить» как в кино с каскадерами.
У большинства людей все прозаичнее. Учителя пытаются совмещать две ставки в двух школах, а в свободное время еще какое-нибудь дополнительное образование. Врачи мечутся между двумя клиниками. О злосчастных креаклах и говорить нечего: иногда лучше не знать, сколько проектов обслуживает какой-нибудь дизайнер и уж тем более журналист. Причем с женщинами это почему-то происходит чаще, мужчины более склонны цепляться за фразу «Но у меня ведь уже есть работа!» как за спасательный круг, в то время как дамы легко и непринужденно жонглируют тремя разными рабочими аккаунтами в ноутбуке и еще всякой там частной жизнью. Может быть, генетически заложенный навык пресловутой второй смены у плиты выручает. Но это не точно.
Легкие на подъем зумеры придумали термин для того, что с нами происходит — поливоркинг. Или, если угодно, мультиджобинг — что-то вроде полиамории, только на ниве труда — не продавать все свое рабочее время одному падрону, а лавировать между проектами. Звучит модно и динамично, но на практике оборачивается усталостью, недосыпом и тревожностью. Но в большом городе иначе никак: замедлишься, остановишься — останешься героем иного времени. Не в романтическом смысле, нет, просто за ценниками в магазинах не поспеешь.
Иллюстрация: Саша Лунская
