search Поиск Вход
, 11 мин. на чтение

Почему вы должны меня знать: ведущая радиостанции «Эхо Москвы» Елена Брызгалина

, 11 мин. на чтение
Почему вы должны меня знать: ведущая радиостанции «Эхо Москвы» Елена Брызгалина

«Здравствуйте, я Елена Владимировна Брызгалина, философский факультет МГУ имени Ломоносова» — так я начинаю свои лекционные курсы как заведующий кафедрой философии образования, в телепрограммах меня титруют «специалист по философии науки и философии образования», в программах на радиостанции «Эхо Москвы» я ведущая эфира. Давайте знакомиться.

Я профессиональный преподаватель, у меня и в дипломе после окончания философского факультета МГУ написано «Философ. Преподаватель философии». Знаете, нельзя любить философию (это же от греческого «люблю» и «мудрость») и не хотеть делиться этой любовью, что я и делаю в аудитории, перед камерой и у микрофона. На «Эхе Москвы» меня можно услышать и увидеть (на сайте радиостанции есть видеозаписи программ) как ведущую эфира в программе «Трансформаторы». Она о людях и структурах, которые преобразуют течение мысли в энергию действия. Я в восторге от гостей эфира. Ими становятся люди, которые лично и (или) посредством представляемых институций осуществляют критически важные преобразования общества в самых разных сферах. Обсуждения этих преобразований в контексте глобальных трендов и локальных тенденций — цель программы.

Еще один проект, которым я горжусь, он стартовал в прошлом году к 75-летию ядерной отрасли и продолжится, я надеюсь, в текущем году — это программа Homo science. Это часть большого проекта «Росатома» о людях, вооруженных знаниями, технологиями и определенным способом мышления, хорошо осознающих масштаб и сложность стоящих проблем, но не пытающихся спрятаться от необходимости их решения. Важно, что эти люди готовы рассказать просто о сложном. В этой программе в студию приходили (или подключались удаленно в силу ограничений) известные популяризаторы науки, авторы научно-популярных проектов, ученые и эксперты в сфере высоких технологий.

Довольно часто я сама выступаю экспертом, участвуя в телевизионных и радиопрограммах, прекрасно понимаю, что ощущает перед большой аудиторией специалист. Мне стал очень узок преобладающий в «звучащих СМИ» формат шоу — перебить, перекричать, заменить аргумент эмоциональным посылом, подменить тезис, перейти на личности. Я продолжаю отвечать согласием на приглашения в эфиры других СМИ, если речь идет о темах, входящих в область моего научного и педагогического интереса, но с большим удовольствием веду программы на «Эхе Москвы». Почему? Философский уровень обсуждения требует некоторой неспешности, полноты раскрытия мысли, внимания к позиции другого, и авторские программы на «Эхе Москвы» это позволяют делать. Кроме того, я привыкла обращаться к разным аудиториям, а контент этой радиостанции интересует аудиторию в любой целевой группе.

Мои программы на «Эхе Москвы» про науку и технологии, про пользу и риски, про знания и убеждения. Когда я поступила учиться в МГУ, я сразу знала, что хочу специализироваться в области философских проблем биологии и медицины и хочу преподавать. Оглядываясь назад, осознаю: какое счастье понимать, чего ты хочешь в жизни. Высоким слогом могу сказать: «Понимать свою миссию». В 1990-х было непросто. Многие мои однокурсники сменили профиль и стали бизнесменами, юристами, кто-то успешен, кто-то до сих пор сожалеет, что волею судеб отказался от юношеских мечтаний. Не могу сказать, что мне повезло, и я счастлива в профессии, потому что я занимаюсь любимым делом не в результате случая, а в силу осознанного выбора и большого труда. После окончания в Рязани школы с золотой медалью я не с первого раза поступила в МГУ, конкурс на философский факультет был огромный, раздельный для школьников и стажников, год работала в Институте ядерной физики МГУ, занималась на подготовительных курсах, поступила, окончила МГУ с красным дипломом, защитила диссертацию и в трудовой книжке имею только одну запись о месте работы — Московский государственный университет. Веду занятия со студентами разных направлений, недавно подсчитала, что за неделю встречаюсь, правда пока в онлайн-формате, с более чем тысячей студентов разных курсов философского, юридического, психологического факультетов, факультета фундаментальной медицины и мировой политики МГУ, филиала МГУ в Баку. Помогаю молодым людям испытать ни с чем не сравнимую радость обретения знаний и понимания себя и мира. Педагогическое счастье — через годы получить сообщение в социальных сетях: «Елена Владимировна, помните меня? Я Вас благодарю за Ваш труд». Педагог — счастливая в целом профессия. Трудная, но счастливая. Но, увы, вижу в аудитории и тех, кому трудно воспринять ценность знаний, кто настроен на сиюминутные эффекты вне пределов научного поиска и саморазвития. Есть и те, кто оказался студентом определенной образовательной программы не в силу призвания, профориентационных усилий, а по стечению обстоятельств, выбору родителей или потому, что набор ЕГЭ и баллы оказались достаточными для зачисления на бюджет только по определенному направлению. Верю, что каждый в итоге найдет свой путь, но если удалось сделать это как можно раньше, не ошибиться, то это важный вклад в счастье.

Именно сегодня, во время пандемии, так хочется почувствовать себя счастливым. Мы проживаем пандемию как демоверсию антиутопии, когда теоретические конструкции типа концепции VUCA-мира стали реальностью ежедневного бытия. Возвращения к прошлому не произойдет, тренды, заложенные еще до пандемии, ускоряются необычайно. Человек и человечество адаптируются. Мы обнаруживаем, что экономия времени при отказе от поездок на работу ради совещания — очевидный плюс, что мотивация студентов не так явно зависит от формата занятия, что научные дискуссии на конференциях при зум-подключении не стали менее яростными. Есть и много негативного в новых реалиях образования и коммуникации. Честно сказать, по большим научным форумам я скучаю, потому что много важного происходило во время кофе-брейков и общения за пределами пленарных сессий: уточнение позиций, личное знакомство с коллегами, определение общих исследовательских планов. Помню, как на биоэтическом конгрессе в Тегеране нас, трех женщин-биоэтиков, звали Three L (Линда из Венесуэлы, Лилиана из Аргентины и Лена из России, кстати, общаемся до сих пор) за общую позицию по поводу этических ограничений экспериментов на людях. Или как на форуме ученых стран БРИКС в Рио-де-Жанейро к спору с коллегой из Китая о возможности генетического маркирования одаренности подключились бразильские студенты, ох и жарко было (во всех смыслах). Нынешнее время как-то очень отчетливо высветило значимость человекоцентризма во всех сферах жизни. Наука всегда была такой. Наука — это не только результаты и инновации, наука — это этос, сообщество людей, объединенных ценностью знания. Для меня честь и ответственность быть ученым, говорить о науке в публичном пространстве, быть свидетелем успеха моих потрясающих учеников — молодых ученых.

Фиксирую, как на фоне пандемии изменилось отношение к науке и ученым. Раньше в понимании места науки в нашей жизни преобладали прагматические и развлекательные ожидания (какие крутые фото делает новый айфон! придумай новый высокотехнологичный продукт — удиви рынок! внедри цифровое решение для бизнеса — отлично сэкономишь!). Теперь оказалось, что сама базовая потребность — просто жить — зависит от той части науки, которая не монетизируется быстро, и от тех людей, которые не видны для общества за стеклами очков, стенами лабораторий и завесой хайпа. Сделать науку более прозрачной для общества и отдельного человека — вот задача образования и просвещения. Этой задачи я отдаю все свои силы и практически все время (мама ругает меня за трудоголизм и высокую планку, но я никак не научусь сбавлять обороты).

Работая со студентами и занимаясь популяризацией науки, считаю важным транслировать через образование и просветительскую деятельность образ реальной науки, сложной, соединяющей поиск истины и техническое воплощение результатов, меняющейся под влиянием коммерциализации и социального заказа. Наука очень сложна, и последствия ее противоречивы. Наука ставит проблемы, решает одни задачи и создает новые затруднения. Авиаперелеты приводят к выбросу парниковых газов (в Швеции есть общественное движение отказавшихся от полетов под названием Flygskam — «Летать стыдно»). Но пассажирские и грузовые авиаперевозки могут стать экологичнее при улучшении технических параметров самолетов, энергетическую эффективность можно повысить с переходом на новые виды топлива. Вы об этом думаете, когда мечтаете о путешествиях? А ведь это наш выбор.

Экспертиза — это не постановка науке оценки. Когда мы оцениваем, то сравниваем с образцом. Но нет образца, с которым мы можем сравнивать новые объекты, создаваемые наукой (например, стандартизированные коллекции биообразцов в биобанках), как нет идеального научно-технологического решения проблем (все решения мультирискованные — одну проблему решаем, другие создаем). Социально-гуманитарная экспертиза — это постоянная мыслительная деятельность по определению соотношения блага и риска, которые несет отдельному человеку и обществу введение конкретных научных исследований и внедрение результатов в виде технологий. Такую задачу применительно к разным аспектам действительности — от искусственного интеллекта до биобанков — мы решаем на философском факультете МГУ. Это область моего исследовательского интереса. У меня свыше ста научных публикаций по проблемам развития науки и образования, в фокусе которых находится социально-гуманитарная экспертиза научно-технологических инноваций. Радиостанция «Эхо Москвы» стала для меня площадкой социально-гуманитарной экспертизы, на которой многоаспектный диалог с собеседниками возможен с широкой слушательской аудиторией. Все спикеры моих программ — эксперты высочайшего класса, общение с которыми меня лично очень обогащает. Рада возможностям через СМИ приглашать слушателей и зрителей к размышлению. Хочется сделать каждого слушателя участником социогуманитарной экспертизы науки и технологий.

Не думайте, что разговоры о науке всегда приятны, иногда обсуждаем очень болезненные темы, которые трогают за самое больное, бывает, и не спишь, когда к эфиру готовишься. Бывает, что моя авторская позиция вызывает и критику, и неприятие. Не удивляюсь. Общество очень поляризовано по отношению к перспективам науки, от веры в научный прогресс до веры в безумие современных научных задач и новейших технологий. Помню, как большое интервью в журнале «Огонек» осенью 2019 года по поводу биохакинга вызвало шквал отзывов. Биохакинг — это действия людей, направленные на жесткое взламывание биологических пределов жизни, различных функций организма. Мягкие средства улучшения человека и преодоления слабостей тела в истории культуры были связаны с воспитанием, тренировками, самоограничениями, то есть воздействием на телесность через дух. Жесткий современный биохакинг опирается на биологические знания и связан преимущественно с фармацевтическими вмешательствами в тело или, если говорить о хакинге когнитивных функций, то и с технологическими воздействиями на мозг (например, электрической стимуляцией). Хакинг — это стремление выйти выше медицинской нормы по объективным параметрам или оказаться за пределами настоящего состояния, которое не устраивает по субъективной оценке. Биохакинг надо отличать от вариантов разумной заботы о здоровье, от стремления средствами медицины поддерживать биологическую норму. Но это трудно. Очень тонкая грань, когда терапия и внимание к организму человека переходят в жесткое взламывание и бездумное «улучшение». Я, безусловно, поддерживаю прогресс науки и технологий в области биомедицины и ни в коем случае не выступаю за ограничения методов лечения недугов. Мои аргументы — это не попытка включить для человечества, мчащегося по шоссе технологического развития, запрещающий красный. Я — за мигающий желтый: по правилам дорожного движения на него можно ехать, но понимая, что впереди есть опасности. А вот от полного отсутствия контроля со стороны общества, когда для любых исследований и технологий зажжен зеленый, можно ждать появления таких сложных проблем, с которыми человечество рискует не справиться.

Вижу свою задачу в том, чтобы помочь обществу включить мигающий желтый на пути науки и технологий. Как? Я веду исследования в области биоэтики как науки, вхожу в состав биоэтической комиссии МГУ, локального этического комитета медицинского научно-образовательного центра МГУ, этического комитета научно-технологического университета «Сириус», потому что биоэтика — это и социальная практика, направленная на то, чтобы, ориентируясь на принципы уважения достоинства человека, правдивости, конфиденциальности, предотвратить или минимизировать негативные последствия развития биомедицины для человека и человечества. В этических комитетах, которые я перечислила, участвую в экспертизе планируемых научных исследований с участием человека и животных.

Могу сказать, что гуманитарные науки отстают от развития науки и технологий в осмыслении социальных и гуманитарных последствий технологической трансформации человека. В современном мире системная полнота информации и ее объем принципиально недоступны отдельно взятому человеку. Следование за интересами и выбор возможностей делают каждого из нас предвзятым. Но независимо от глубины знания развитие науки и технологий каждого из нас ставит в ситуацию выбора и часто бывает, что любая альтернатива сочетает и пользу, и риски. Это одна из исследовательских тем, которыми я занимаюсь: как формируется выбор неспециалиста? что такое «профанное знание»? какова роль ценностей в мотивах поступков?

Все мои темы — исследований, интервью, передач — про человека. Сегодня главный вызов — это необходимость по-новому определять границы человеческого бытия с учетом того, какие интервенции в целостность человеческого бытия может сделать наука. Если раньше человечество познавало и трансформировало природу, то в современности познавательное отношение к миру люди перенесли на самих себя; именно сейчас достигнуто слияние процесса получения знания и его применения в виде технологии; знание окончательно утратило статус самоценности без практического использования (если что-то познано, то без серьезного анализа последствий применяется, так для «улучшения» человека применяются новые репродуктивные технологии, способы редактирования генома эмбрионов). Сильно изменилась культура: резко утратила влияние идея бессмертия души, которая позволяла преодолеть страх смерти; господствовать стала трактовка жизни как пространства и времени получения удовольствия и, соответственно, распространилось отношение к старению и смерти как к тому, чего нужно любой ценой избежать. В современности страх старения и смерти стал подогреваться из коммерческих соображений. Фармацевтические компании, фирмы по криоконсервации тел после смерти с надеждой на оживление и излечение, клиники пластической хирургии и еще много кто заинтересован в том, чтобы помимо гуманных целей лечения больных общество поставило как реальную задачу жестко взломать биологию человека, объявило старость болезнью и направило усилия на достижение вечной жизни. В области биомедицины с конца ХХ века постепенно происходил сдвиг от понятия здоровья как блага к трактовке человека как заказчика, который может оплатить и потребовать практически любые медицинские вмешательства как услуги. Например, рождение детей через новые репродуктивные технологии типа ЭКО без медицинских показаний. В мире живут примерно 6 млн детей после ЭКО, и далеко не во всех случаях у родителей были медицинские показания к процедуре. В эту же логику укладываются и дискуссии об эвтаназии, которую сторонники легализации считают правом человека выбрать смерть, когда жизнь не только сопряжена со страданием при болезни, но и когда физически здоровый человек находится в депрессии (так, в Нидерландах, Швейцарии, Бельгии допускается умерщвление по их просьбе людей, находящихся в депрессии, не имеющих заболеваний тела). Можно долго перечислять научные технологии, которые изначально разрабатывались для преодоления проблем, избавления от болезней и спасения жизни, а стали способом удовлетворения желаний.

Сегодня не только от экспертов должен звучать ответ на вопрос о будущем человечества. Человечество на развилке со светофором, и будущее зависит от ответа на вопрос, каким быть Homo. Попыток как-то назвать это существо будущего (хотя в привычном нам смысле оно существом, возможно, и не будет) много. Например, используют выражения Homo sapientissimus perimples (человек, достроенный техническими устройствами до совершенства), гомутер (от Homo и «компьютер»), Homo compositus (человек составной, системный), Homo catholicos (человек вселенский) и другие варианты. В самых радикальных сценариях предлагается надбиологический вид, который к Homo будет относиться весьма условно или вообще не будет относиться. Такой сценарий возможен, но, на мой взгляд, он крайне нежелателен. Отказ от нашей биологии не только отказ от болезней и смерти, это отказ от того человеческого в нас. От того, что коренится в нашей биологии. А там не только наши слабости и боли, эгоизм и агрессия, но и наша сила — альтруизм, помощь ближнему, сопереживание, сострадание, эмоциональность, нежность, доброта, любовь.

Удивляюсь при таких неоднозначных перспективах знаете чему? Неготовности людей слышать друг друга, понять аргументы, отойти от узкого, часто алармистского видения ситуаций. Для меня разговор о науке в эфире «Эха Москвы», на телевидении или в университетской аудитории — это всегда попытка вместе с собеседником уйти от крайностей и добраться до самой сути. Не все любят пафосную фразу, приписываемую Станиславу Лецу, «истина лежит посередине», хотя смысл ее именно в привлечении внимания к тому, что любая крайность уязвима. Философия как сфера моих профессиональных занятий учит этому. Люблю программу Homo science как совместный проект «Эха Москвы» и «Росатома» именно за возможность показать множественность рецептов для ответа цивилизации на глобальные вызовы и дефициты. В студии программы, о чем бы мы ни говорили: о ветряных электростанциях, атомной медицине, термоядерном синтезе и еще о многом и разном, что могут высокие технологии (загляните на сайт «Эха Москвы» в архив программ), помимо фактов для меня как философа важен акцент на возможности решения проблем, что называется, «на дальних подступах», при осознанном и ответственном отношении к ценности жизни и к уважению достоинства человека.

Будущий мой проект на «Эхе Москвы» будет в этом же русле. Планируем выпускать подкасты. Классный формат для занятых жителей мегаполиса, не правда ли? В подкасте буду приглашать подумать о том, c какими проблемами сталкиваются человек и человечество при вмешательствах в начало и конец жизни, с развитием трансплантологии, при медицинских экспериментах и вакцинации. Планируем формат уроков по предмету, в котором пятерок не бывает, потому что никто не знает, как правильно, и все знают, как нужно. Какие уроки биоэтики надо усвоить и как применить знания ради жизни себя и близких и ради выживания нашего вида — об этом будем говорить в новом подкасте под предполагаемым названием «Биоэтика: уроки выживания».

Понимаю, что все, каждый из нас, как и человечество в целом, в состоянии позиционных боев по разным направлениям, тем важнее думать о смыслах.

Фото: Анна Корсакова