search Поиск Вход
, 14 мин. на чтение

«У меня аллергия проходит только на море» — основатель «Дружеской регаты» Сергей Синицын

, 14 мин. на чтение
«У меня аллергия проходит только на море» — основатель «Дружеской регаты» Сергей Синицын

Основатель «Дружеской регаты» капитан Сергей Синицын рассказал «Москвич Mag» о возможности выходить в море круглый год, «Московской кругосветке», правилах поведения на яхте и о том, как яхтсмены пережили локдаун.

Где вы работали раньше?

Я 14 лет проработал в финансах, в аудите в крупных корпорациях. Начал работать с первого курса института, а вообще еще со школы занимался общественной деятельностью: был председателем школьного совета, председателем одного из комитетов студенческого совета. Потом работал в бухгалтерии — это было явно не мое, ушел в аудит, где проработал девять лет. Позже ушел в компанию Adidas, там руководил отделом управленческой отчетности, финансовыми контролями. И именно в «Адидасе» началась осознанная любовь к яхтингу. Факты из детства подтверждали, что море давно меня ждало: мой дед — моряк-подводник. Он уговаривал родителей отправить меня в одесскую мореходку, но они отказались.

В 2009 году мы с друзьями собирались в путешествие на яхте. Часть компании, как обычно, отвалилась, но заинтересовалась моя коллега Нина, которая впоследствии стала моей женой, сейчас у нас трое детей. Это тоже повлияло на выбор сферы деятельности, потому что в море происходят некоторые чудеса, которые в повседневной жизни трудней заметить. Например, у меня аллергия проходит только на море. Мои потрескавшиеся руки за неделю на море полностью заживают, и вообще все аллергии, которые у меня с 14 лет — на кошек, собак, пыль, персики — на море исчезают. Все это для меня стало подтверждением правильного выбора: психологическим, телесным и эмоциональным.

Тогда, в 2009-м, мы с Ниной пошли на яхте в Таиланд в недельное путешествие и несколько дней провели в отеле на Пхукете. Там моя жизнь перевернулась. Я понял, что с этим человеком мне хочется создать семью, у нас много общего, интересно развиваться вместе. Потом у нас родилась дочка.

Я отправился учиться на капитана, чтобы управлять яхтой самостоятельно. У меня сразу начало получаться, я тут же вспомнил деда. Кстати, от деда в наследство мне достался парус для плоскодонной лодки. Лет десять он лежал в сарае. Как-то я разбирал вещи и нашел этот ветхий парус, но тогда я не смог оценить его по достоинству, только понимал, что это ценное воспоминание из детства. И я пошел учиться, чтобы подступиться к нему уже осознанно.

После «Адидаса» я сделал несколько проектов, понял, что занимаюсь не тем, чем мне хочется, и ушел из бизнеса в корпоративную среду. Доход возрастал, ответственность тоже, но счастья становилось все меньше. В итоге появилось осознанное желание, имея большой доход, загадать что-то нематериальное, но что — я не знал. Возможность купить трехкомнатную квартиру в Москве вырубает эмоциональный фон: ты думаешь только о вещах. Если ездил на машине BMW, хочешь автомобиль следующего класса. Квартира была двухкомнатная, а хочешь трехкомнатную в бизнес-квартале — мы гонимся за потреблением. Потреблением мы раскручиваем в себе покупателя, но никак не счастливого человека. И тогда я попал на тренинг «Умение мечтать». Там было задание — напишите 50 желаний. Казалось бы, какая фигня! Но для человека, который работает в корпорации, написать 10 желаний — это уже достижение. Это умение, которое нужно тренировать каждый день. После ряда упражнений я смог написать список из 55 желаний, из которых потом методом проверки на истинность (мои это желания или навязанные обществом, СМИ, родственниками?) отпали почти все. Осталось пять желаний. Из них я выбрал одно главное. Если посмотреть на эти пять желаний, получится, что четыре из них подпитывают основное. Без них основное невозможно. Для примера в списке из 55 пунктов у меня было желание внедрить новую программу на работе. После простого вопроса тренера «А что тебе это даст в жизни?» понимаешь, что это абсолютно не твое желание. Таким образом, через базовые проверки (чего хотел в детстве, чего я на самом деле не хочу) получился очень интересный список. Основное желание было научиться управлять парусной лодкой. Мне искренне этого захотелось, и так сильно, что я был готов прямо с тренинга в 11 ночи поехать на море и срочно начинать учиться.

За 2020 год пандемии я трижды пересек Атлантический океан на парусной яхте.

Следующим моим осознанным решением было разобраться с работой: я просыпался и понимал, что не хочу на работу. Я задал себе установку, что если семь рабочих дней подряд я буду просыпаться и не хотеть идти на работу, то надо пересматривать свою жизнь. В той компании на тот момент я работал года полтора, и тут меня уволили. И я улетел на двухнедельное обучение, потом на отдых, а затем вышел на новую работу, в другую компанию. И сразу после этого у меня заклинило спину, я не мог пошевелиться. Так работает вселенная: как только я делаю шаг не туда, тело тут же говорит: «Стоп! Ты идешь не туда, полежи, подумай». Спина прошла после кучи докторов и пиявок. И я начал организовывать мероприятия на яхтах. Приглашал туда в том числе акционеров компании, в которой на тот момент работал. Один из акционеров подсел на наркотик яхтинга, стал заядлым яхтсменом. И он мне говорит: «Давай сделаем верфь!» Я ухожу из фирмы. Но нас в самый ответственный момент подводит конструктор, и мы с акционером понимаем, что без него ничего не получится. Но я уже был нацелен на эту сферу и не хотел возвращаться в бизнес. И тогда у нас с моим другом, который был инициатором поездки в Таиланд, рождается идея создать «Дружескую регату». Этот проект оказался очень востребован: мы каждый год прирастали в два раза. В 2019 году с нами выезжали уже больше 700 человек, это было по 18 мероприятий в год, порядка 30–35 недель в году в море. Я перестал видеть детей и семью. Я наелся моря, мне хотелось съездить домой, как раньше хотелось в отпуск. За 2020 год пандемии я трижды пересек Атлантический океан на парусной яхте и удовлетворил свою потребность в амбициях на некоторое время вперед.

А что с яхтингом в Москве?

Тема отдыха на воде у нас достаточно зарегулированная. В свое время еще Лужков в нулевые годы запретил маломерным судам пользоваться городской инфраструктурой, и этот запрет действует до сих пор. Это остановило интерес горожан к воде в центре Москвы и развитие этой сферы. Периферия развивалась благодаря страстным любителям: у нас не было запчастей, лодки делали сами…  Да и в принципе российский рынок отстает от зарубежного лет на тридцать, а то и больше.

В прошлом году я вошел в рабочую группу «Яхтенный туризм» в Ростуризме, и там были большие дискуссии на тему, что развивать — инфраструктуру или флот. Потому что ни того ни другого у нас нет. В 2006–2008 годах был небольшой взлет, но потом все зачахло и до сих находится в упадке. Самая качественная верфь выпускает 150 лодок в год. Все дорого, потому что нет спроса, специалисты — штучные. Отрасль незаслуженно обделена вниманием.

Тем не менее в последние лет пять, мне кажется, все улучшилось. Появилась «Сила ветра», этот спорт становится популярным.

Последние лет пять это просто попало в зону вашего внимания. На самом деле каждый новичок, который приходит, считает, что сейчас пик, расцвет, самое начало.

Если посмотреть по соцсетям, самая большая яхтенная группа — тысяч пятнадцать. Это очень мало. У нас в стране живут 147 млн человек, из них всего 15 тыс. тех, кто увлечен яхтингом. С «Силой ветра» мы начали бизнес в один год и до сих пор друг за другом наблюдаем и относимся с уважением. Ребята сделали очень грамотный шаг: они года два или три назад начали развивать внутренние водные пути. Правильная ставка на молодежь: доступные цены, тусовка сделали свое дело. Мы изначально развивались для аудитории постарше, и основной наш продукт — это семейный отдых с детьми. У нас с «Силой ветра» несколько расходятся принципы в организации, подходе. У ребят большие мероприятия, они делают регаты по 40 лодок, мы делаем более камерные — от 5 до 15. У нас иной сегмент — где-то 35+, люди, которым в первую очередь важна классная компания. И ценовая политика другая: когда ребята делали выездные мероприятия, была ставка на очень доступные цены. Мы почти сразу стали отращивать стоимость входного билета. И принципиальное отличие массового мероприятия от клубного, частного: мы с каждым участником встречаемся лично перед тем, как он записывается в поездку. И дальше, понимая потребности и ценности, иногда даже стараемся человека отговорить.

Даже так? Почему?

Например, есть люди, которые способны заплатить 1,5–2 тыс. евро за место за неделю на лодке, но при этом они очень высокомерные и не готовы выполнять то, что говорит капитан. Но ведь есть организаторы, которые планируют маршрут, есть программа активности для детей и взрослых, и такое поведение может испортить и отдых экипажу, и мероприятие в целом.

Если человек на этапах контакта ведет себя странно или его мотив похода мне не очень понятен, мы отказываем. На встрече-знакомстве мы всегда рассказываем о наших простых правилах. Главное — это забота друг о друге. Например, захотел яблочко — нужно сначала предложить экипажу: кто еще будет, а потом помыть на желающих. Чтобы не было такого, что себе помыл, вышел, грызешь яблочко, а остальные смотрят. Еще одно правило: мы в течение дня не употребляем алкоголь. Это еще один из фильтров, которые часто срабатывают. Наш российский брат привык отдыхать, попивая пивко, просекко, вино круглые сутки.

А во сколько вы разрешаете начинать?

Обычно к четырем, к пяти часам.

Ну можно продержаться.

У меня тоже убеждение, что человеку, который не может продержаться до обеда или послеобеденного времени, нужно не на регату, а к специалисту. А адекватные люди понимают, что все имеют право отдыхать кто как хочет, но нужно оставаться в приличном облике.

Смешно.

Это смешно, пока вы не попадаете на встречу и вам на голубом глазу не говорят: «А чем вы там на яхтинге занимаетесь, если у вас бухать нельзя?» И я думаю: «О, мой друг, наверное, я тебе порекомендую другие программы. Дадим тебе какого-то наемного капитана, он будет тебя катать, а ты будешь пьянствовать». В шутку это называют «польский чартер». Поляки очень любят выпивать. Вместо продуктов они лодку забивают алкоголем разных мастей, отмечают приезд. День на третий кто-то трезвеет и говорит: «Мы же на парусной лодке. Выйдем?» Капитан продирает глаза, говорит: «Ну давай выйдем». Выходят на ближайшую якорную стоянку, бросают якорь, еще три дня бухают и возвращаются в конце недели обратно в порт.

Вообще после 30 не так просто найти новых друзей. Я про возможность найти единомышленников, которые хотят вместе путешествовать.

А у нас в течение дня есть согласованная программа. Мы пропагандируем отдых в основном семейный и ограничиваем еще и поэтому (а не потому, что мы злодеи): наши дети на нас смотрят и берут с нас пример. Прошло время, когда нон-стоп с самого утра начинали в себя заливать пиво Efes в турецких отелях all inclusive. К концу дня русскоговорящая братия лежала уже без сознания. У тех же турок о нас впечатление соответствующее. Немцы не любили русских яхтсменов, пока не сменилось поколение людей, предпочитающих выпивку во взаимодействии со стихией. Естественно, пьяные русские свинячили, плохо себя вели. А мы пропагандируем приличный отдых. Если хочется вечером выпить виски, ракии, вина, водки, пива, то на следующий день ты должен быть в адеквате, не должен мешать другим и не пить во время ходового дня. На случай происшествий мы предупреждаем, что лучше не ехать, либо мы просто просим сойти без возврата денег, потому что это правило должно работать для всех. В этом наше принципиальное отличие от всех остальных. Мы не жалеем времени и встречаемся с людьми по часу, по полтора. Представьте, какое нужно провести количество встреч, чтобы поехали 700 человек. Около трех тысяч встреч в году. У меня, у Нины, у нашего менеджера по шесть встреч в день. В пандемию мы проводили встречи по зуму, рассказывали о правилах: о том, что мы один экипаж, где все заботятся друг о друге.

Почему мы называемся «Дружеская регата»? Мы раньше думали, что делаем только для друзей, не то что у нас ограничения — только друзья. Просто те люди, которые с нами идут, становятся нашими друзьями. Вообще после 30 не так просто найти новых друзей.

К этому времени люди обычно уже всех нашли.

А бывают те, кто не нашел. И это я сейчас не про сводничество, а про возможность найти единомышленников, которые хотят вместе путешествовать, у которых общие интересы — один социальный слой. Общаясь с каждым, мы стараемся подобрать экипажи таким образом, чтобы людям было интересно и внутри экипажа в том числе. Это невидимая часть работы, которая существенно влияет на себестоимость и качество отдыха. Она стала нашим уникальным отличием. Такого подхода я больше ни у кого не видел.

Сколько стоит путешествие с вами?

Зарубежные выезды до пандемии стоили от 1 тыс. до 2 тыс. евро с человека. Это на неделю. В стоимость яхтинга обычно не включены питание (150–200 евро в неделю) и дорога (в Черногорию раньше билеты стоили 10 тыс. рублей, в Италию — 20 тыс., сейчас это в два-три раза больше). Но важнее не куда идешь и сколько стоит, а с кем. Многие это часто недооценивали, попадали в пьяную компанию и разочаровывались в яхтинге.

Про московскую историю: здесь час аренды яхты стоит порядка 2 тыс. рублей. Если говорить про клуб, то у нас вступительный взнос — около 170 тыс. рублей и ежегодный — менее 50 тыс., что позволяет пользоваться катерами без ограничений по количеству раз. В целом это становится мегадоступно широкому кругу лиц. Понятно, что это небольшой катер, понятно, что он имеет ограничения по мощности и размеру. Но есть и больше катера, которые рассчитаны на восемь человек, там есть небольшая каюта и даже туалет (так называемый гальюн). Там разовое членство начинается от 1,3 млн и порядка 180 тыс. годовой членский взнос. В целом это очень доступно, просто необходимо желание и формирование культуры отдыха на воде, чего у нас маловато.

У вас все строго с этим.

Это наш подход, организаторов много. Есть более массовые истории, на них нет такого строгого отбора, там и ценник дешевле. На самом деле вписаться в регату можно за 300–500 евро на неделю, но это без гарантий, что попадешь в хороший экипаж. Нужно еще смотреть, что включено в стоимость, потому что есть еще стоянки, работа и питание капитана, затраты на лодку. Нужно рассчитывать где-то на тысячу.

А какие у вас направления?

В сезон основная часть — это Средиземное море, включая Адриатику, Эгейское. Начиная с октября-ноября открываются Азия и Карибы. За восемь лет существования «Дружеской регаты» мы побывали во всех океанах, кроме Северного Ледовитого. У нас круглый год что-то происходит. В октябре 2019-го мы ездили в Тихий океан — это Бора-Бора и Полинезия, в атлантическую часть Скандинавии (Норвегия, Исландия), чуть южнее — это Шотландия, Азоры, Канары. Ближе к католическому Рождеству открываются Карибы, Таиланд и Сейшелы. Перед пандемией у нас планировались поездки на Мадагаскар. Абсолютно разносторонняя география.

Как вас ограничила пандемия? Я слышала, что в море нет ограничений.

Море, конечно, свободное, но государства начали закрывать водные границы. Мы попали на Майорке в неприятную ситуацию. Должны были выходить в сторону Мальты, а к тому моменту Майорку уже закрыли. И нам говорят: не вопрос, мы вас выпустим, но обратно не впустим. Мы стали узнавать: Мальта тоже вот-вот собиралась закрыть границы. В итоге решили отказаться от похода на Мальту, потому что, выйдя из территориальных вод страны, в другие можно не зайти. Потом закрылась Черногория, куда мы должны были в конце вернуться, и закрылась она даже для лодок со своим флагом — подобных случаев вообще раньше не было. Мы долго ждали, когда откроют водную границу, и только после этого с карантином почти 28 дней смогли вернуть лодку на нашу базу.

Конечно, вся отрасль здорово пострадала, часть компаний вообще перестала существовать. А политические силы обострили ситуацию. Была открыта Турция и с апреля открыли Хорватию. В Турции с момента ее открытия цены выросли вдвое, а потом еще вдвое. Если раньше можно было за тысячу евро арендовать лодку целиком, пусть скромную и не новую, то теперь трехкаютная лодка может стоить и пять, и пять с половиной тысяч евро, и это только аренда лодки. Пандемия сделала свое дело. Вчера и позавчера у нас были обращения на индивидуальную поездку в Хорватию. Являясь профессиональным участником яхтенного рынка, мы не смогли организовать это мероприятие: либо лодки стоят бешеных денег (по 17–20 тыс. евро), либо их просто нет в доступе. И борьба между агентами создает нездоровую атмосферу. Турки за деньги стали отдавать чужие опции — забронированные другими лодки на несколько дней, чтобы принять решение. Сейчас такого нет: если кто-то приходит с деньгами, ему сразу отдают лодку. Это приводит к тому, что у заказчика теряется доверие, и это здорово бьет по нашей репутации. Буквально сегодня нам пришлось вернуть деньги: люди несколько дней ждали подтверждения и в итоге просто отказались.

А почему только Турция и Хорватия? Еще же Греция открыта.

В Грецию не все хотят идти, потому что греческий яхтинг специфический: они достаточно ленивые люди, в портах нет воды, электричества. А это за собой тянет целый ряд проблем. Плюс когда много людей в одной стране, марины и рестораны переполнены, цены резко повышаются, теряется привлекательность. Это не отдых, когда нужно бежать в марину, чтобы успеть занять свое место. Хочется неспешно туда дойти, чтобы тебе спокойно ответили: «Мы вас ждем». Этого сейчас не хватает.

Но постепенно ситуация улучшается?

И да, и нет. 22 июня снова открыли Турцию. С 26 июня у нас было запланировано мероприятие и были выкуплены лодки. Но к чему привело позднее открытие? Часть людей уже иначе спланировали свой отдых: пока границы были закрыты, мы им подтвердили, что переносим деньги в ваучеры, чтобы их можно было использовать на других мероприятиях. А как только открыли границы, мы сказали, что все ваучеры отменяются, потому что мы все-таки можем поехать, и людям пришлось за неделю менять планы. Часть из них отказалась. Вроде как границы открыли, но легче от этого нам не стало. Может быть, даже наоборот. А так как уже два раза открывали и закрывали границы, это привело к тому, что выросли цены и недовольство участников. Нам приходилось по три-четыре раза менять условия, на которые мы только косвенно могли повлиять. Это бьет по репутации.

Чтобы не нервничать, можно ходить по Москве и никуда не ездить.

Мы с Ниной долго думали, как жить дальше и что развивать. Мы собрали стратсессию из друзей, которым доверяем, и поняли, что нужны и флот, и инфраструктура. В итоге Нина открывает сеть глэмпингов на Волге, а я развиваю флот. С этого года мы стали собственниками флота: у нас шесть моторных катеров, шесть единиц парусного флота. 24 июля мы открыли первый яхтенный глэмпинг-парк в Ярославской области. Это один бизнес — им руководит моя жена Нина. И бизнес, касающийся моторной и парусной техники — это Russian Boat Club, мы открылись 4 июня. Мы просто математически обсчитали возможности и перспективы развития внутреннего туризма на воде, и у нас получилось около 200 баз в России, которые могли бы быть востребованы. В течение десяти лет планируем открыть до 200 точек в России, чтобы это были и морские пути, и речные.

Где плавают в Москве?

Одна из точек — Строгино. Сейчас мы открылись в местечке Royal Yacht Club — это Водный стадион, Химкинское водохранилище, а напротив — Покровское-Стрешнево. Там у нас стоят три катера и в доступе акватория Химкинского водохранилища аж до Ишкинского. Это шесть водохранилищ: Клязьма, Пестово, Пироговка, Яузское, Химкинское, Ишкинское и все прилегающие затоны.

Мы открыли базу на территории глэмпинг-парка в Ярославской области — это основное русло Волги. У нас там залив 60 га, и это место находится ровно посередине между Костромой и Ярославлем. Открывается акватория от Плеса до Рыбинска. Там достаточно широкая Волга — около 600 метров. Есть нюанс — особенные условия по часто меняющемуся ветру, но это интересно и парусным, и моторным лодкам: прогулки, пикники, романтические поездки, экскурсионный туризм и рыбалка. И третья база планируется к открытию в ближайшее время — это Нагатинский затон. Там открывается доступ к внутренней части Москвы-реки: акватория от Коломенского до Строгино. Сейчас ведем переговоры, чтобы в Строгино открыть еще одну базу, но пока ждем расширения флота. Мы уперлись в то, что нам не хватает лодок, и мы не можем пойти в магазин и просто их купить: нужно заранее заказывать и ждать достаточно долго. Еще одна база будет в Сочи, вполне вероятно, что к этой истории подключим Крым. Уже ведем переговоры по поводу открытия базы в Турции и Черногории, чтобы дать возможность людям круглый год пользоваться услугами клуба.

А слышали про «Московскую кругосветку»? Этот маршрут был создан теплоходными компаниями, его протяженность — 1800 км. Выход из Северного речного вокзала, дальше по каналу имени Москвы до Волги, по Волге спускаешься до Оки, по Оке через Рязань, Коломну, Жуковский и возвращаешь в Южный порт.

На первом этапе хотелось бы получить сеть клубов, чтобы люди могли путешествовать от базы к базе и не заботиться о том, как и где оставить лодку, кто ее будет обслуживать, ремонтировать и заправлять. Клуб это все берет на себя.

Фото: из личного архива Сергея Синицына