search Поиск Вход
, 7 мин. на чтение

Зачем организация «ТыНеОдна» завела телефон доверия для мужчин

, 7 мин. на чтение
Зачем организация «ТыНеОдна» завела телефон доверия для мужчин

«Вы позвонили на негорячую линию для мужчин. Здесь вы можете поговорить обо всем, что вас беспокоит. Мы вас не осудим. Линия работает с девяти утра до девяти вечера. В это время вы можете получить консультацию профессионального психолога. Пожалуйста, оставайтесь на линии. Первый освободившийся специалист ответит на ваш звонок», — произносит робот. Затем раздается краткий гудок, далее следует примерно 20 секунд музыки, и вот уже в трубке звучит голос живого человека, судя по тембру — женщины средних лет. К таким сразу проникаешься доверием.

Сейчас мне предстоит включить на максимум писательские и одновременно актерские способности, чтобы поведать ей о том, как мне хочется побить несуществующую жену. За то, что обесценивает мои усилия по поддержанию домашнего уюта, за то, что постоянно под предлогом «ой, а я забыла» отправляет меня за дополнительными покупками, за то, что смеется над моими неудачами. И еще я склонен к проявлениям гнева, когда что-то идет не по-моему, мне трудно управлять своими эмоциями, но пока что стараюсь сдерживаться. Так вообще-то я очень ее люблю, но вот эти моменты прямо бесят, а она еще и уклоняется от содержательного разговора по душам.

Все это выдумка от начала и до конца. Поддерживать ее становится все сложнее — уж больно дотошна женщина-психолог на другом конце линии. Приходится сплетать воедино семейные истории парочки знакомых и импровизировать на ходу. А ко мне летят все новые и новые вопросы. Вы часто ссоритесь? А в какой манере она общается с другими людьми? А со своими близкими? А как и при каких обстоятельствах вы пытались с ней поговорить? В конце концов моя креативность начинает давать сбои и становится понятно, что разговор надо сворачивать. Мне советуют сходить на курсы управления гневом, потом психолог признает, что проблемы в моей вымышленной семье все-таки есть.

«Внутри вашей пары, безусловно, есть внутренний конфликт, где вы друг с другом не согласны, где вы друг друга раздражаете. Это есть почти в любой семье, вопрос в том, что с этим делают. То, как вы описали свою супругу — она, вероятно, из тех людей, которые предпочитают не делать ничего. Но вам нужно в конце концов договориться с ней о том, что в вашей семье сейчас происходит разлад, происходят какие-то процессы, которые вы прочитываете как обесценивание себя, и что вам очень хочется об этом поговорить с ней и как-то решить, чтобы и дальше быть ее мужем, потому что вы любите ее. Попробуйте предложить ей вместе пойти на очную консультацию к семейному психологу», — советует она.

Мда, не густо. Но живущий в моей голове семейный насильник (уж простите за лапидарность, но в русском языке не существует прямого аналога слову abuser) по крайней мере успокаивается и отправляется искать разумный выход из создавшегося положения. Линия, на которую я позвонил, была анонсирована в конце июля проектом «ТыНеОдна». Сама по себе идея выглядит прекрасной, вот только вступает в полное противоречие с генеральной линией новой этики, согласно которой семейный насильник — это такой зверь, которого желательно бы забить в собственной берлоге или упрятать за решетку на всю оставшуюся жизнь, но уж ни в коем случае с ним не разговаривать. Сама мысль о том, что мужчина, готовый поднять руку на женщину рядом с ним, все равно остается человеком, у которого есть свой набор неразрешенных психологических проблем, и что с ним можно попытаться выстроить диалог хотя бы для того, чтобы предотвратить дальнейшее насилие, уже выглядит совершенной крамолой, и в таком духе рискуют высказываться лишь немногие активистки.

Впрочем, как утверждает автор идеи и руководитель проекта «НеГорячая линия» психолог Наталия Щанкина, этот телефон предназначен не только для тех, кто находится на грани первого акта семейного насилия или уже ее перешел, но и вообще для мужчин, в том числе и тех, кто сам стал жертвой насилия.

«Эта линия для всех мужчин, кто нуждается в психологической помощи, — подчеркивает она. — У которых могут быть самые разные проблемы, от кризисных состояний, плохого самочувствия и депрессий до проблем, связанных с детьми или с отношениями. Наша задача сейчас в первую очередь состоит в том, чтобы показать, что мужчины тоже имеют право на поддержку, что им важно не задвигать проблему, а обращаться за помощью и снять психологический барьер “я сильный — я справлюсь”. У нас вообще не принято, чтобы мужчины обращались за какой-то помощью, тем более за психологической. В целом мы стараемся  позиционировать эту линию как отдельную и особо ее не “светить” рядом с “ТыНеОдна”. Нужно это для того, чтобы не испугать потенциальных абонентов, так как, к сожалению, наши мужчины вряд ли обратятся туда, где оказывается помощь женщинам».

Статистика обращений, к сожалению, это подтверждает. За первые десять дней работы «мужского телефона» на него позвонили всего 15 человек. Некоторые из них сами оказались жертвами семейного насилия, в том числе сексуального. Еще несколько позвонивших мужчин пытались разобраться в своих конфликтных отношениях с женами или партнерами, некоторые просили помочь им справиться с депрессией, другие обращения были связаны с отношениями с детьми, в том числе при разводе. И это важнейшая проблема номер два для всех подобных начинаний — как переломить или обойти неписаный кодекс «российского мужчинства», вынесенный, судя по всему, из небезызвестного романа «Как закалялась сталь». Мы к обычному-то врачу идем лишь после того, как правая почка отвалится, а уж посещение психолога и вовсе считаем придурью или проявлением слабости. Впрочем, по словам Наталии Щанкиной, дело еще и в том, что пока что про этот телефон немногие знают — никакой рекламы или акций по его продвижению еще не было. На вопрос о том, планируется ли нечто подобное в ближайшее время, она отвечает уклончиво: «Это закрытая информация, но, возможно, в сентябре будет нечто вроде флешмоба».

И все же тема психологической помощи семейным насильникам интересует меня больше всего уже в силу своей актуальности. Пока законодательная власть изо всех сил тормозит продвигаемый Аленой Поповой и депутатом Оксаной Пушкиной закон, в соцсетях чуть ли не ежедневно появляются страшные истории, снабженные фотографиями убитых и искалеченных женщин. Но проблема еще и в том, что мы не всегда понимаем, что такое партнерское насилие с точки зрения психологии, и почему человек, который выглядит вполне нормальным в роли соседа, приятеля или коллеги по работе, за закрытыми дверями квартиры превращается в чудовище.

«Есть люди, которые просто не могут контролировать себя и не рефлексируют на эту тему, — поясняет Наталия Щанкина, — и мы с такими не работаем. Но есть люди, готовые рефлексировать, те, кто понимает, что они делают нечто ужасное. Иногда они даже сами не понимают, как такое могло случиться. И вот таким мы готовы помогать и готовы с ними разговаривать. Потому что самое важное в этой ситуации — именно поговорить о том, что происходит с человеком. Если он в какой-то момент не проговаривает свои эмоции и переживания и не прорабатывает их на психическом уровне, то это выливается либо в соматику болезни, либо в агрессивное поведение, либо в самодеструктивное — это самоповреждения, алкоголизм и так далее.

Что еще важно понимать по поводу партнерского насилия. Вот смотрите: первый совет, который хочется дать женщине, оказавшейся в такой ситуации, звучит как “беги от него!”. Но даже если ей удается на время уйти​ от​ мужчины-обидчика, то в​ 90% случаев она потом к нему вернется, а многие не способны даже попытаться уйти. Причина заключается в довольно глубоких​ психологических механизмах, в том числе в зависимости. И мужчина — инициатор насилия — точно так же “зависим”, как и эта женщина, он​ просто не может ее отпустить.​​ И​ справляться с собой​ не может в том числе​ из-за защитного механизма расщепления психики. Женщина видит такого человека как две разные личности: вот тут он хороший, а тут — плохой. Но и у мужчины происходит все то же самое: вот тут она плохая, и ее надо “наказать”, а тут — хорошая. Происходит это во многом из-за того, что в детстве такому человеку нужно было как-то научиться выживать, и у него не было значимого взрослого, который бы научил его перерабатывать свои эмоции. Во взрослом возрасте у таких “расщепленных” людей нет внутренних психических механизмов, им просто нечем справляться со своими переживаниями и внутренним напряжением. Единственное, что им остается — это разгрузиться вовне​ деструктивным образом.​ Иногда он может даже не особенно помнить, что он сделал. Но если работать с расщеплением, с этими эмоциями, напряжением и переживаниями, установками и самооценкой, то​ можно улучшить ситуацию, если перед нами, конечно, не психопат.

Важно еще понимать, что семейное насилие передается “по наследству”, а значит, отцовство должно быть осмысленным, в том числе и для того,​ чтобы дети не становились теми, кто в свою очередь начнет применять силу в близких отношениях».

Хорошо, допустим, человек признал наличие проблемы, узнал про существование организации «ТыНеОдна», нашел их сайт, позвонил по номеру «мужской линии». Но что ему делать дальше? Меня, к примеру, направили на абстрактные «курсы управления гневом», то есть, видимо, подразумевается, что я должен ориентироваться на этом рынке и уметь отличить действительно способного помочь специалиста от «коуча-мотиватора» и прочих любителей поэксплуатировать модную в последнее время тягу граждан к психологической осознанности. У самого проекта пока что нет возможности «вести» обратившихся к ним за помощью.

«Да, обычно в конце разговора мы рекомендуем обращаться очно к специалисту по месту жительства, — признает проблему Наталия Щанкина. — Дело в том, что телефон этот общероссийский, и звонить по нему могут со всех концов страны, это бесплатно. Но мы уже приступили к формированию своей базы психологов и центров, куда можно будет обратиться за дальнейшей помощью. Если это касается конкретно гнева и насильственных отношений в паре, то у нас уже есть организации, куда мы уже можем направлять. Например, “Мужчины XXI века”, но они в Питере. С Москвой у нас гораздо сложнее, потому что тут есть некоммерческие организации, которые занимаются такими случаями, но их очень мало. Есть один государственный центр, в котором есть одна группа, и еще два центра, где с этой темой работают психологи-волонтеры. К сожалению, этого очень мало. Но можно разговаривать с нами — это будет тоже хорошая профилактика. То есть вы всегда можете позвонить нам еще раз. Можно даже договориться о какой-то регулярной работе, в том смысле, что раз в неделю человек будет звонить определенному психологу. Очного приема у нас пока нет, но посмотрим, как все это будет развиваться».

Впрочем, сам факт того, что подобный номер появился и что по нему можно дозвониться — это уже важный шаг вперед. Завершая наш разговор, Наталия Щанкина напомнила, что во Франции существует и успешно работает аналогичный телефон доверия для педофилов. Считается, что если человек способен по нему позвонить, то вероятность того, что он в дальнейшем откажется от очередной попытки сексуального нападения на ребенка, возрастает в несколько раз. Если он способен с кем-то поговорить про свои самые постыдные намерения, чувства и переживания, значит, он еще не потерян, а часть работы психолога фактически уже сделана. Что ж, если простой телефонный звонок поможет сделать так, чтобы этим вечером где-то не была избита женщина или ребенок, значит, эта линия работает не зря.