search Поиск Вход
, , 9 мин. на чтение

«Мы не понимаем, где они заняты и чем»: Москва самозанятых

, , 9 мин. на чтение
«Мы не понимаем, где они заняты и чем»: Москва самозанятых

По данным правительства РФ, в стране около 86 млн трудоспособных граждан. Но когда правительство попыталось проанализировать эти цифры, выяснилось, что оно плохо знает страну, которой правит. Только 48 млн работают в секторах, которые «видны и понятны». Что касается остальных 38 млн, то, по словам вице-премьера РФ Ольги Голодец, «мы не понимаем, где они заняты, чем заняты и как заняты».

Одной из профессий, выросших после распада СССР, стали уличные музыканты. «Сам жанр имеет в нашей стране почти точную дату рождения, — говорит один из ветеранов уличной музыки фронтмен группы “Акулы” Олег Мокряков. — Это 1986 год, когда власти ослабили гайки, а в Москве открыли Арбат в качестве пешеходного променада». Сам Олег поет на улице уже больше 30 лет. В далеком 1990-м он с тремя друзьями вышел в скверик у «Пассажа» на центральной площади 1905 года Свердловска, чтобы стать первыми уличными музыкантами города. В 1992-м перебрался в Москву. С тех пор его можно встретить на Арбате, Чистых прудах, Пушкинской или, чаще всего, у вестибюля метро «Новокузнецкая».

При внимательном рассмотрении уличные музыканты не такая уж маленькая профессиональная группа. На проект «Музыка в метро» было подано около 1,5 тыс. заявок, а общее число зарабатывающих музыкой на улицах может колебаться вокруг отметки 2 тыс. человек, говорит Олег Мокряков. В целом же по стране это ремесло кормит несколько десятков тысяч человек. И это лишь крохотная часть тех, про кого Ольга Голодец не поняла «где они заняты, чем заняты и как заняты». Чтобы разобраться, а заодно взять под контроль эту громадную зону неизвестности, правительство разработало новую форму налогообложения и занятости — «самозанятость».

Самозанятые — это люди, получающие доход от своей личной трудовой деятельности, у которых нет работодателя и нет наемных работников. Чаще всего это работники платформенных компаний, таксисты, курьеры, а также различные фрилансеры, репетиторы, няни, сиделки, фотографы, блогеры, домашние кондитеры, водители и специалисты по ремонту. Отдельную категорию составляют люди, получающие доход от сдачи в аренду жилья. В законодательстве категория «самозанятость» появилась в 2017 году, но лишь с 2019-го в четырех пилотных регионах (включая Москву и Московскую область) началась его экспериментальная обкатка.

Планы у властей были осторожные. Планировалось, что к концу 2020-го самозанятыми зарегистрируются 1,2 млн человек в России, из которых 360 тыс. — в Москве. Только к 2024-му это число хотели довести до 2,1 млн по стране и 466 тыс. в столице. Но жизнь быстро обогнала эту «сказку». Уже к началу февраля 2021-го число самозанятых в Москве, по данным портала для самозанятых www.samo-zanyatost.ru, превзошло 512 тыс. человек.

Уличные музыканты почувствовали этот процесс на себе. Олег Мокряков пока самозанятым не зарегистрировался, хотя всерьез задумывается это сделать. Но останавливает необходимость делать ИНН и выходить из тени больше, чем ему хотелось бы. А вот его товарищ, аккордеонист Юрий Пашалы, зарегистрировался одним из первых, еще в январе 2019-го, когда это только стало физически возможным.

— Для меня это очень удобно, — с энтузиазмом говорит он. — Я могу выступать на корпоративах или городском празднике, выписать «белый» чек, получить официальную оплату по безналу. Ну и чтобы люди видели, что все серьезно. Меня спрашивают: «А кто вы такой, а вдруг вы завтра пропадете?», а я им высылаю чек, чтобы они видели, что все официально. Вот это 99% моей мотивации.

В среднем за последний год каждый месяц в Москве в качестве самозанятых регистрируются 25–30 тыс. человек. Главными сферами, где больше всего растет количество регистраций, стали доставка и перевозка пассажиров (12%), строительство (4%), сдача в аренду квартир (3%), маркетинг и реклама (3%) и репетиторство (2%). Громадная зона теневой экономики с миллионами вовлеченных в нее граждан стала перетекать в «зону света», в которой действуют хоть какие-то правила. Но в этом потоке есть и свои подводные камни.

Мир Дикого Запада

Налоговый режим для самозанятых — самый льготный из всех. Человек платит всего 4% от своего дохода, если он оказывает услуги физическим лицам, и 6% — если юридическим. Поэтому валовые показатели по сбору не такие уж космические. В московский городской бюджет за 2020 год поступило 2,5 млрд рублей налогов (при планировавшихся 1,6 млрд) от самозанятых — деньги не лишние, но в масштабах мегаполиса не решающие. Средний доход самих самозанятых по стране (данные www.samo-zanyatost.ru) — 22,5 тыс. рублей, из которых в казну платится всего по 650 рублей в месяц.

— Создавая законодательство о самозанятости, государство вовсе не стремилось подзаработать в духе принципа «люди — это новая нефть»; слишком маленькие деньги в масштабе страны принесут самозанятые, — говорит заместитель руководителя исполкома Общероссийского народного фронта (ОФН) по экспертно-аналитической и проектной работе Арсений Беленький, который курирует масштабное обследование самозанятости. — На мой взгляд, было три главных задачи. Первая — просто обелить неформальную занятость, вторая — упростить ведение малого бизнеса, сделать выход на рынок для человека максимально доступным, и третья в том, чтобы просто разобраться и взять под контроль это пространство неизвестного. Потому что нельзя управлять тем, что ты не можешь подсчитать. За следующие десять лет они насчитают, сколько людей, где и как работают, и будут думать, что с ними делать дальше.

Многих привлекает возможность проводить «белые» контракты и получать деньги от госорганов. А некоторые всерьез опасаются, что государство будет следить за движением средств на банковских счетах и во избежание будущих проблем регистрируются самозанятыми. Этот фактор особенно важен для людей, сдающих квартиры в больших городах и регулярно получающих значительные суммы на карточки. По подсчетам ЦИАН, количество самозанятых арендодателей жилья в Москве за полгода, с октября 2020-го по апрель 2021-го, увеличилось на 70%. В то же время лишь 35% респондентов, зарегистрированных на платформе ЦИАН, платят налоги от сдачи в аренду квартир. Из них 76% используют режим самозанятости. Еще 14% зарегистрированы как ИП. И 10% платят налог 13%.

Однако, несмотря на очень простой механизм регистрации (просто через приложение), низкие налоговые ставки, элементарную отчетность и другие преимущества, многие работники неформального сектора экономики не спешат выходить из тени.

— Лично мне это вообще ни для чего не нужно, — пожимает плечами репетитор по английскому языку с многолетним стажем Василий Кузьмин. — А кому еще это нужно? Кто-то очень хочет нашему государству поплатить лишнюю копейку? Но большинство клиентов я нахожу через агрегаторы вроде Профи.ру. А вот они в последнее время стали предпочитать самозанятых. Меня это пока напрямую не коснулось, но если они будут сильно давить, придется регистрироваться. В этом плане репетиторы зависят от платформ.

Для работодателя разница между наймом сотрудника по трудовому договору и привлечением в качестве подрядчика или исполнителя самозанятого может оказаться непреодолимым соблазном. Налоги и отчисления в социальные фонды составляют 43%, а самозанятый платит всего 4–6%. «Давайте просто зададим себе вопрос: а почему для условного репетитора создают условия, отличные от всех остальных, — говорит эксперт Конфедерации труда России по экономике Алексей Гаскаров. — Почему он не должен платить 13% НДФЛ, 30% во все социальные фонды? Получается, государство создает прямые стимулы, чтобы люди перемещались из сферы традиционных трудовых отношений в эту новую форму занятости».

С этой дилеммой сталкиваются не только компании, но и люди. И далеко не только из сферы услуг, с которой работают платформенные сервисы. Анна — менеджер в крупной энергетической компании. Трудовая книжка, оплачиваемый отпуск, дополнительное медицинское страхование, стаж и зарплата 150 тыс. рублей вполне позволяют отнести ее к московскому среднему классу. Но прямо сейчас перед ней стоит трудный выбор: компания поменьше предлагает ей работу за 200 тыс., но на условиях регистрации в качестве самозанятой.

— Я сижу и взвешиваю «за» и «против», — говорит она. — Ну вот, к примеру, декрет. Там максимальная планка — 35 тыс., на которые в Москве выжить я со своей ипотекой просто не смогу. А прибавка, которую я получу, если поменяю работу, перекроет ее за пару лет. Особенно если успеть погасить ипотеку…

Но индивидуальные преимущества могут с избытком компенсироваться проигрышем всего общества. Алексей Гаскаров указывает на эту арифметику. «Пока на десять человек, вышедших из теневой экономики, приходится один ушедший с “белой” работы по трудовому договору на самозанятость — с точки зрения наполняемости социальных фондов государство остается при своих. Но как только эта пропорция нарушается, мы теряем социальное государство. Его просто будет некому финансировать».

А для людей из сферы услуг отсутствие социальных гарантий не абстрактная угроза. Хуже всех приходится курьерам, таксистам и другим сотрудникам крупных платформ. Тридцатилетняя Маргарита рассказывает мне свою историю, одну из тысяч подобных:

— Я проработала курьером в «Яндекс.Еде» несколько месяцев. В середине апреля написала агенту по работе с курьерами, что жду ребенка и не смогу развозить далекие заказы. Спустя несколько дней меня заблокировали в приложении. Когда я заявила, что напишу заявление в прокуратуру, меня заблокировали и в курьерском чате в телеграме. Админ сказала, что у меня было много нарушений, поврежденные заказы, что я выпрашивала якобы чаевые, что много клиентов жаловалось и я типа ходила без сумки. Я попросила доказательства, но мне их не предоставили и просто забанили. Я написала в прокуратуру и потом в профсоюз. «Яндекс» даже не выплатил мне 6300 за неделю, которую я отработала.

Самозанятые, подобные Маргарите, остаются за границей социального государства. На них практически не распространяются никакие меры защиты труда и социальные программы. «Дали револьвер и крутись, как на Диком Западе. И шерифу 4%», — признает Арсений Беленький. Но только эти социальные «прерии» не втягиваются в зону цивилизации, а, наоборот, угрожают поглотить ее «территорию».

Контуры будущего

— Либо государство должно обязать корпорации перечислять определенные суммы за каждого самозанятого для того, чтобы у нас продолжала существовать бесплатная медицина, чтобы ОМС работал, чтобы функционировала пенсионная система, либо мы попадаем в безумную либертарианскую утопию здесь и сейчас. Где граждане отдельно, бизнес отдельно, а государство просто не работает, по крайней мере в качестве обещанного Конституцией «социального», — говорит сопредседатель профсоюза «Курьер» Кирилл Украинцев, комментируя ситуацию с Маргаритой и массовым переводом курьеров на самозанятость.

Но у бизнеса противоположная точка зрения на этот вопрос. «Если заставить заказчиков, те же платформы, в обязательном порядке платить в пенсионные, страховые, медицинские фонды, то зачем нам тогда самозанятость?» — говорит совладелец онлайн-сервиса услуг YouDo.com Денис Кутергин.

Проблема возвращается к государству, которое должно найти баланс между необходимостью поддерживать свои социальные обязательства и «соблазном самозанятости» для бизнеса и части работников. Арсений Беленький говорит, что опережающие темпы роста числа зарегистрированных самозанятых уже заставляют власти обсуждать контуры этой проблемы. «Даже гарантированные социальные расходы государства, которые не зависят от формы занятости, в пересчете на число самозанятых гораздо выше, чем те налоги, которые с них можно собрать в нынешних условиях».

Первый, самый очевидный путь решения этой проблемы — это ограничить сферу, в которой допустима самозанятость. Это уже заложено в законодательстве. К примеру, существует прямой запрет для сотрудничества в качестве самозанятых с бывшим работодателем на протяжении двух лет. Арсений Беленький утверждает, что утечка кадров из «белой» экономики и особенно с трудовых позиций среднего класса в новую форму налогообложения пока минимальная и государство за этим достаточно эффективно следит. Но мы в самом начале пути, и трудно предсказать, как ситуация будет выглядеть через несколько лет, когда компании войдут во вкус использования дешевого труда самозанятых.

Но даже если удастся предотвратить превращение России в страну самозанятых, ограничив эту сферу сектором услуг и платформенной занятости, то проблема остается. Налогов и взносов в социальные фонды с работников, занятых в «белой» экономике, хватит только на слабое, неэффективное социальное государство, качество которого не устроит как минимум средний класс. Отсюда возникает мысль о том, чтобы вообще перенести тяжесть фискальной политики с работника на бизнес.

Кирилл Украинцев из профсоюза «Курьер» говорит, что аргументация платформенных компаний сводилась к тому, что без излишней социальной нагрузки они смогут больше платить своим исполнителям, и те станут богаче, вольются в средний класс и смогут сами покупать себе нужные им социальные услуги: «Но этого не происходит! Неравенство растет, число бедных увеличивается, средний класс исчезает. Цифры говорят, что модель корпораций не работает. Будучи самозанятым, средним классом не стать». Чтобы выйти из этой ловушки, он предлагает законодательно ввести понятие «платформенный работник», за которого бизнес обязан вносить определенные суммы в социальные фонды. По его словам, эта задача не выглядит утопической по одной причине: в этом заинтересованы не только сотрудники платформ, но и государственный бюджет.

Арсений Беленький из ОНФ тоже видит такую тенденцию. Облагать налогами и социальными взносами людей с доходом 20–30 тыс. почти бессмысленно, рассуждает он. Необходимые на пенсии, медицину и образование деньги можно взять только с крупной собственности и высоких корпоративных доходов: «То, что на наших глазах возникает в связи с самозанятостью и вокруг нее — это один из путей к тому, что называют модным термином “безусловный базовый доход”. Только в виде социальной услуги, когда тебе платят не деньгами, а бесплатным образованием, медициной, пенсией в каком-то виде. А бюджет этой социальной системы образуется с капитала и гарантируется государством всем и каждому, а сами трудовые отношения при этом дрейфуют в сторону самозанятости. Вопрос в объеме и структуре этих гарантий. И ответа на него пока нет. Но если его не найти, если государство не обеспечит людям этих гарантий, они его рано или поздно заменят на другое государство».