search Поиск Вход
, 19 мин. на чтение

Один день в «Сколково»

, 19 мин. на чтение
Один день в «Сколково»

В масс-медиа современной России патриотизм и чувство величия обычно черпаются из прошлого: победа над вражескими захватчиками, индустриализация, атомная бомба, кузькина мать и мощь советской науки. Патриотизм у нас редко обращается в будущее. Единственное исключение из этого паттерна — инновационный центр «Сколково», наш ответ американской Силиконовой долине.

Финансируемый за счет госбюджета, гигантский научно-технический комплекс состоит из университетов, школ, офисов, кампусов, лабораторий и жилых кварталов. По идее, обитатели этого городка должны повести нас в светлое высокотехнологичное будущее. Только сейчас район более или менее отстроен и за счет завершившихся работ по благоустройству превращается в цельную картину.

Вдохновившись новостями о том, что в «Сколково» открылся новый высокотехнологичный транспортно-пересадочный узел, я решаюсь поехать туда через Белорусский вокзал. С непривычки я далеко не сразу нахожу правильную кассу. Мне чинят препятствия металлоискатели, хмурая охрана и бабушки с сумками. Я много слышал о чудесном и чистом одинцовском экспрессе — модном поезде, на котором теперь ездят до «Сколково». К сожалению, выяснилось, что ходит этот экспресс не так уж часто, поэтому мне достается обыкновенная потертая электричка с грязными сиденьями. Я еду примерно полчаса, наблюдая из окна мрачные пейзажи под стать самому поезду. По пути вспоминаю краткую историю первого в современной России инновационного города (он же именуется наукоград, или инноград).

Идея!

 В 2009 году в обращении к Совету Федерации Дмитрий Медведев заявил о создании технологического центра по примеру Силиконовой долины в США. Руководителем рабочей группы был назначен Владислав Сурков. С его слов, в него «пересадят» инновации, которые сперва вырастят в кластерах отечественные корпорации. Среди мест, где может быть построен российский аналог американской Кремниевой долины, назывались Томск, Новосибирск, Санкт-Петербург, Обнинск, а также ряд территорий в непосредственной близости от Москвы. В итоге была выбрана местность в районе деревни Сколково, не в последнюю очередь, по мнению многих, благодаря успешной реализации частного проекта бизнес-школы «Сколково», среди пула инвесторов которой числились в том числе Абрамович и Михельсон.

В 2011 году совет фонда «Сколково» выбрал для центра градостроительную концепцию под условным названием Urban Villages, разработанную французской компанией AREP, которая специализируется на транспортных решениях. Вот несколько заявленных принципов градостроительной концепции:

— жилье, общественные пространства, сервисная инфраструктура, рабочие места должны располагаться в шаговой доступности. Компактная многофункциональная застройка позволяет наполнять район жизненной активностью независимо от времени суток;

— высокая плотность и малая этажность зданий позволяют получить больше полезной площади, чем возведение многоэтажек. Это один из наиболее эффективных и вместе с тем дружественных человеку способов использования городского пространства;

— необходим достаточный объем общественного пространства, который определяет качество жизни в городе и формирует сообщество горожан.

По состоянию на 2019 год построены и введены в эксплуатацию здания: территория базы отдыха «Полет» (где размещено девелоперское подразделение фонда «Сколково»), «Гиперкуб», офисный центр «Технопарк» (четыре здания), здание «Матрешки» с внутренней отделкой, международная авиационная академия (Boeing), «Ренова Лаб», «Большой Технопарк», жилые кварталы 9, 10 и 11 («Миро», «Тетрис» и «Квадро»), здание гимназии «Сколково», Data Center Сбербанк, Московский международный медицинский кластер (МММК), БЦ «Амальтея», новое здание Сколтеха, транспортный хаб и исследовательская лаборатория СИБУРа.

Пустота и инновации

 Я чуть не пропускаю свою остановку, так как она по-прежнему называется «Трехгорка», хотя в интернете пишут, что ее якобы переименовали. ТПУ оказывается стерильным сооружением из стекла и металла. Это выгодный контраст по сравнению с потной электричкой и пейзажами по пути, внушающими вселенскую скорбь. Пересадочный узел представляет собой многоуровневый павильон с эскалаторами, охранниками и магазинами. Нюанс лишь в том, что две трети эскалаторов еще не запущены, магазины, кажется, не открылись, а охранники плохо понимают по-русски. Похоже на плакат про «здесь могла быть ваша реклама» — на этом месте мог бы сейчас быть вовсю работающий пересадочный и торговый центр, но не сегодня. С верхнего этажа павильона станции, надо сказать, открывается потрясающий панорамный вид на все еще застраивающуюся территорию «Сколково».

На выходе — огромный просторный сквер с бесконечно длинным навесом. На улице — почти никого. Кажется, что высадился у огромного, но еще не открывшегося терминала аэропорта. Ближайшее к этой станции здание иннограда — «Технопарк». Он разработан как объединяющий и вспомогательный центр для инноваторов, предоставляющий в аренду лаборатории и коворкинг-пространства и облегчающий взаимодействие между стартаперами и инвестором. Если кратко — просто хороший офисный центр с конференц-залами и лабораториями.

«Технопарк» включает в себя более 250 компаний-резидентов, 12 востребованных резидентами сервисов, 40 центров коллективного пользования, 19 аккредитованных сервисных компаний и более 95 тыс. кв. м для офисов и лабораторий.

Меня сразу привлекают интересные скульптуры на входе. Яркие и дорогие на вид, они, очевидно, должны сообщать посетителю не только о статусе офисного центра, но и о его креативном начале.

Интерьер похож на серую элегантную версию торгового центра, только вместо «Ашана» и «Икеи» серьезные офисные помещения с не менее серьезными выражениями лиц у там сидящих. Возможно, эффект «торгового центра» возникает из-за схожего по планировке атриума. Народа в помещении немного, но хотя бы побольше, чем снаружи. Резиденты в своей массе — одетые в уютное молодые люди с сосредоточенным взглядом. Кажется, типичный сегодняшний стартапер-инноватор — человек лет тридцати в кедах и с бумажным стаканчиком кофе в руках. Кстати, примерно так в свое время выглядел молодой Билл Гейтс.

У проекта «Сколково» как наукограда немало скептиков. Некоторые называют проект мертворожденным, другие указывают на печальный опыт несостоявшихся похожих наукоградов за границей, в частности в Малайзии.

Игорь Калошин, партнер венчурного инвестиционного клуба Smarthub.vc, бизнес-ангел и один из первых жителей инновационного центра «Сколково», верит в проект и считает, что беспрецедентная инициатива наших властей может принести свои плоды в будущем.

Игорь Калошин

партнер венчурного инвестиционного клуба Smarthub.vc

 

О себе и о «Сколково»

«В свое время я занимал руководящие позиции в компании Intel в России, одно из подразделений которой было резидентом “Сколково”, где я занимал должность генерального директора. В 2016-м я покинул компанию, чтобы развивать свой стартап, который в прошлом году пришлось закрыть. Также я инвестировал в другие проекты, два из них на данный момент активно развиваются. Все эти стартапы — резиденты “Сколково”. Отмечу, что быть резидентом не значит находиться на территории физически. Резидент может находиться где угодно. Стартапер может жить и работать в Новосибирске, но быть частью виртуального “Сколково”. Хотя “Сколково” как территория дает дополнительные преимущества».

О понятии «экосистема» часто встречающегося слова среди резидентов «Сколково»

«Давайте посмотрим на ситуацию глазами стартапера. Ему нужно, чтобы его продукт продавался. Ему необходимо общаться с потенциальным заказчиком в удобном месте — чтобы не приходилось бегать, искать его по всей Москве и России. Ему нужен доступ к финансированию, как к системе грантов, так и в классическом понимании. Необходимо правильное место стыковки инноваторов и инвесторов. Вот это я и называю экосистемой: место, где встречаются стартапер с потенциальным заказчиком, инвесторами, где проходят отраслевые конференции, сотрудникам удобно работать и арендовать дорогостоящее оборудование для изготовления прототипов — мы говорим о точке пересечения, в которой это все взаимодействует. Мы говорим о взаимной выгоде — о том, когда все эти люди встречаются, и все довольны. В “Сколково” жизнь бьет ключом».

О скептиках и злопыхателях

«Не секрет, что периодически встречаются люди, которые относятся к проекту “Сколково” с недоверием и сомнениями. Начнем с того, что такие мнения всегда есть и будут, по любому вопросу. Что же касается непосредственно комплекса “Сколково”, то тут дело в деталях. Вот, например, вы можете открыть кафе, и половина людей скажет, что ваше заведение — это полный отстой. А другая половина, наоборот, будет счастлива и ходить станет именно к вам, потому что именно у вас лучшие пирожные. Поэтому иметь некоторую часть негативных отзывов — это вполне естественно, как бы вы ни старались. Многое зависит не от самой концепции, а от деталей реализации, от отношения к людям.

Я часто наблюдаю за развитием “Технопарка”, которым занимается Ренат Батыров. У них вся деятельность ориентирована на клиента. Они стараются предугадать, какие именно услуги, поддержка, ресурсы необходимы стартаперам, чтобы успешно развивать свой бизнес, чтобы их прибыль росла и вносила вклад в общий успех. Конечно, есть и несовершенства, что-то могло теоретически работать быстрее, эффективнее. Иногда тот факт, что это государственные деньги, замедляет какие-то процессы. Но я все равно верю в проект “Сколково”, и не без оснований».

Об условиях проживания

«Я проживаю в квартале коттеджей — “Квадро”. Учитывая все преимущества экосистемы “Сколково”, я давно хотел жить здесь. Моя дочка ходит в местную гимназию, пешком, каждый день, с первого класса. Мне не приходится за нее волноваться, чем я доволен. Мне нравится это ощущение безопасности. Из преимуществ — здесь неплохой, более или менее профессиональный сервис сдачи помещений в аренду. В Европе это уже вполне себе отработанная схема, а у нас такие сервисы только зарождаются. Сама территория становится все симпатичнее, появился прекрасный парк. Но есть одна загвоздка: в наших российских реалиях, как только появляется что-то прекрасное, сразу возникает кто-то, кто готов это новшество изгадить. К сожалению, в парк периодически стали приходить люди, скажем так, со стороны, с целью устроить себе мини-пикник с дозой алкоголя, и наблюдать это крайне неприятно. Концепция “Сколково” изначально предполагала более высокий уровень общения и заботы об окружающем пространстве.

Думаю, нам придется поднять этот вопрос на местном общественном совете, куда я вхожу. И, конечно, большой минус комплекса — это цена проживания, для многих неподъемная. Здесь дорогие земля и недвижимость — так диктует рынок. Проживать в “Сколково” — недешевое удовольствие. С другой стороны, экосистема предлагает участникам ряд преимуществ, которые я перечислил раньше. Главное из них — все рядом. Арендуя помещение, ты не просто живешь тут, но автоматически получаешь доступ ко всем деловым ресурсам экосистемы. И если местные сервисы продолжат так же улучшаться, уверен, это позитивно скажется на всех жильцах и участниках». 

Тихие-тихие улицы

 Если обойти огромный строительный котлован и свернуть налево после «Технопарка», то попадаешь в жилую зону, состоящую из двух кварталов малоэтажных домов и футуристического здания гимназии.

Сначала я захожу в микрорайон «Тетрис», с домами повыше. Почти на всех балконах видны личные вещи, игрушки, велосипеды. Но пространство абсолютно мертвое — хочется крикнуть «Ау!» в надежде, что кто-то отзовется. А то жутковато немного. Больше всего атмосфера этих жилых кварталов напоминает фильм ужасов с высокотехнологичными декорациями. Помню, был такой, назывался «Обитель зла», по компьютерной игре. Там главные герои спасаются от зомби в антураже сверхсекретного корпоративного наукограда, почти такого же, как «Сколково». Только периодически проезжающие по узкой дороге маршрутки вносят какую-то жизнь. Вообще в «Сколково» хорошо развита система внутреннего транспорта.

Красноречивое название «Тетрис» — аналогия с известной компьютерной игрой с кирпичиками. Квартал рассчитан примерно на 500 человек: в нем можно арендовать студию, однокомнатные или двухкомнатные апартаменты — большинство из них уже занято. Двухкомнатные квартиры в основном арендуют семьи с детьми, однокомнатные и студии — пары или так называемые молодые профессионалы, чья карьера или учеба связаны со «Сколково». Для семей побольше предназначены другие кварталы — «Миро» и «Квадро» с трех-, четырех- и пятикомнатными апартаментами, таунхаусами и коттеджами. «Тетрис» же рассчитан на более демократичную аудиторию — молодых специалистов или семьи без детей. В среднем аренда составляет от 35–40 тыс. до 60–65 тыс. рублей.

Квартал коттеджей «Квадро» кажется еще более безлюдным. И хотя периодически в коттеджах просматриваются признаки жизни, в целом он напоминает стильный, только что построенный городок-призрак. Лишь у пары домов переругиваются на неизвестном языке рабочие, которые только заканчивают отделку. Вот наконец живые лица! А то еще немного такой кладбищенской тишины, и я бы ускорил шаг, нервно оглядываясь по сторонам. Дома этих двух жилых кварталов настолько не похожи на Россию своей архитектурой и масштабом, что только мрачные новостройки вдалеке напоминают, что мы не в Швейцарии.

Футуристическая на вид гимназия по соседству — это элитное частное учебное заведение с заоблачными ценами. Стоимость обучения на всех уровнях образования составляет:

— 120 000 рублей в месяц — для внешних поступающих;
— 60 000 рублей в месяц — для участников экосистемы 2;
— 31 290 рублей в месяц — для участников экосистемы 1.

Стоимость дипломной программы Международного бакалавриата составляет 36 505 рублей в месяц (в дополнение к основной стоимости обучения). Гимназия работает по принципу системы школы полного дня. Ученики приезжают к 9.30 и уезжают ближе к 20.00. Те, кто остается в школе после 17.00, занимаются в кружках и секциях. Школа работает по двум стандартам: федеральному, принятому в России, и стандарту Школы Международного бакалавриата — IB. По этому стандарту сегодня работают многие международные школы в Европе, Америке и Азии. По мне, так все это прекрасно звучит. На моей карточке, к сожалению, осталось 700 рублей, но, может, моим внукам повезет.

По ту сторону гольф-клуба

На выходе из жилой зоны попадаешь в огромный и очень красивый парк, который связывает между собой все разрозненные сооружения иннограда. Он служит эдаким Средиземным морем между хаотично размещенными офисными и жилыми территориями. В «Сколково» большинство зданий и тематических зон находятся на огромном расстоянии друг от друга. Иногда пеший путь от одного здания к другому может занимать минут двадцать. К сожалению, как город «Сколково» пока по ощущению не складывается. Он больше похож на архипелаг стильных зданий, ничего внешне не имеющих между собой.

Главный отличительный элемент парка — криволинейная дорожка, по ходу движения меняющая цвет. Она сразу напоминает мне о сказке «Волшебник Изумрудного города», в которой желтая дорога вела героев к замку. Эта извилистая тропинка выполнена из дерева и возвышается на некотором расстоянии от земли. Кривая форма позволяет ей изящно огибать растительность. Периодически по пути встречаются ухоженные цветники, навороченные детские площадки и тихие закоулки с лавочками. Все они хитро запрятаны в зелени — так, что не сразу их и найдешь.

Парк, занимающий площадь 14,6 га, спроектирован российской ландшафтной компанией Arteza и голландскими бюро Maxwan и MASA Аrchitects. По другую сторону забора — огромный гольф-клуб. Территорию клуба и Центрального парка разделяет тонкий, но бесконечно длинный забор, напоминающий государственную границу.

На спортивных площадках парка тусуются в основном не компьютерные гении (как, по идее, должно быть в наукограде), а вполне обычные дворовые подростки, судя по всему, из соседних районов. Кульминацией парка служит небольшой пруд с уютной деревянной набережной, песчаным пляжем и раздевалкой. Купаться тут тем не менее явно запрещено.

Кубик и матрешка

 Возле пруда располагается площадь из трех важных в «Сколково» зданий. Два из них — «Гиперкуб» и офисный центр Matrex — спроектированы модным российским архитектором Борисом Бернаскони. Matrex иронично назван в честь матрешки — офисное здание имеет в своем центре огромный атриум в форме традиционной русской игрушки. В самом низу — зал-трансформер, способный менять конфигурацию в зависимости от назначения, от амфитеатра для проведения конференций до плоской площадки для банкета или выставочного зала. Над залом-трансформером к куполу поднимается «музейная спираль» — пологий пандус общей длиной 500 метров, предназначенный для размещения выставок.

«Гиперкуб» — первое здание инновационного центра «Сколково». Его резиденты — менеджеры крупных компаний, а также представители стартапов — компаний-участниц проекта и сотрудники. «Гиперкуб» — это семиэтажное здание кубической формы, на бетонных стенах которого установлен наружный каркас. Здание олицетворяет, причем буквально, сколковское понятие об экосистеме. Это настоящий комбайн всех возможных технических и экологических ухищрений.

На крыше и верхних этажах «Гиперкуба» установлены панели солнечных батарей, которые генерируют энергию для питания осветительных приборов в подсобных помещениях. Вода поступает в здание из артезианской скважины, и половина необходимой воды — дождевая. Для отопления и охлаждения используется система тепловых насосов. Тепло в «Гиперкубе» сохраняется с помощью тройного остекления, отопления конвекторами и тепловых завес на окнах.

Уютная птицеферма

Третье здание на площади — важнейшее из всех трех — титанических размеров круглый в плане с множеством внутренних дворов Сколтех, или Открытый университет Сколково, спроектированный швейцарскими суперзвездами от архитектуры — бюро Herzoq & de Meuron.

Сколтех был создан 25 октября 2011 года при содействии девяти российских университетов и организаций, включая Российский физико-экономический институт, «Роснано», Внешэкономбанк и др. Институт готовит магистров и аспирантов в области информационных технологий, энергетики, биомедицины, космической индустрии и новых производственных технологий. Первым ректором Сколтеха был профессор Массачусетского технологического института Эдвард Кроули. В 2012-м Сколтех набрал 20 первых студентов на пилотную трехлетнюю программу магистратуры, и первый год студенты проходили обучение в зарубежных вузах: Массачусетском технологическом институте, Имперском колледже Лондона, Швейцарской высшей технической школе Цюриха и Гонконгском университете науки и технологии.

Архитектор другого ярчайшего здания в округе — Московской школы управления — Андрей Чельцов считает, что многие из попечителей проекта наукограда желали, чтобы здания были видны со спутника — как яркие логотипы. Этот прием был использован как и в здании самой школы, так и, скорее всего, в здании Сколтеха. Внешнее кольцо здания имеет диаметр 280 метров и включает два кольца диаметром поменьше. В нем располагаются образовательные и общественные помещения. Плавные формы зданий замыкаются в петлю. Во внешнем кольце располагаются помещения факультетов, административная часть и пространства для совещаний, а во внутреннем — учебные кабинеты и аудитории. Главная аудитория расположена в центре на пересечении колец.

Сетка прямоугольных повторяющихся блоков могла бы напоминать о концлагере или птицеферме, но выглядит скорее как уютная дача, помноженная на сто штук. Возможно, этот гуманистический эффект достигается за счет «дружелюбной» деревянной отделки фасадов. Интерьеры периодически напоминают скульптурные поверхности — из-за элементарного, но очень красивого эффекта: округлые в плане стены врезаются в скатные крыши, образуя изящные линии пересечения.

С внешней стороны главная изюминка здания университета — система внутренних дворов, переходящих из одного в другой. Гуляя по ним, кажется, что находишься в европейской деревушке. Вокруг — деревянные постройки со скатными крышами, нарочито грубое мощение из камня и неожиданные вкрапления густой зелени. Во дворах отдыхают студенты, развалившись на яркой садовой мебели.

Самая первая и важная постройка в «Сколково»

 Если пройти минут пятнадцать пешком от Сколтеха, попадаешь на территорию самого главного и первого учебного здания в округе — Московской школы управления, спроектированной знаменитым английским архитектором Давидом Аджайе и русским бюро «Арт бля».

Именно это здание положило начало высокотехнологичной колонизации местности, вероятно, вдохновив российские власти своим успехом. Самое интересное (и об этом не знает большинство), что школа была совершенно частным предприятием и не претендовала на государственное финансирование. Формирование наукограда началось сильно позднее.

Парковая территория вокруг Московской школы управления напомнила мне сады Версаля, наверное, своей стерильностью, беседками и открытыми панорамами. Здание самой школы состоит из трех частей — круглого стилобата, собственно образовательной части и крупных прямоугольных объемов, как бы парящих над землей — это помещения общежитий и гостиницы.

Главный вход в здание оказывается через тенистую парковку, по совместительству — курилку. Я стреляю сигарету у двух девушек. Маша рассказывает, что приезжает сюда периодически сдавать экзамены преподавателю. В эти дни она живет в местном кампусе. Она пошла на обучение в этой школе, заплатив за курс огромные деньги и продолжая где-то работать после своего основного института. Тут таких большинство. Маша о затратах не жалеет и уверена, что этот рискованный шаг себя окупит. Я тушу сигарету и захожу внутрь.

Вход в образовательную часть — свободный. К сожалению, периодически там совершенно пусто. Помещения заполняются людьми раз в несколько недель — как правило, для сдачи сессий. Интерьеры похожи на яркое переосмысление наследия супрематистов, в особенности Малевича. Мотивами именно его творчества украшены многие стены. Вот это, на мой взгляд, отличный пример правильной гордости своим наследием. Глядя на эти яркие, утонченные, прекрасно выполненные интерьеры, я думаю о том, что было бы неплохо, если однажды вся Россия начнет так выглядеть. Расхаживая по почти пустым коридорам учебного центра, я заметил одну неловкую деталь. Всех людей в здании можно поделить на учащихся с европейскими лицами и…  обслуживающий персонал со среднеазиатскими. Волей-неволей начинает мерещиться непроизвольный расизм обстановки. Но это, конечно, просто совпадение.

Стоя на крыше стилобата и рассматривая зеленые виды, я задумываюсь о словах Андрея Чельцова, одного из основателей архитектурного бюро «Арт бля» и русского проектировщика здания школы управления в «Сколково» — человека, с которого началось превращение сельской идиллии в то, что мы видим на территории иннограда сейчас.

Андрей Чельцов

один из основателей архитектурного бюро «Арт бля»

 

Как все начиналось

«Я помню Сколково до “Сколково”. Помню деревню с коровами, а не урбанизированный инноград. Было тихое тупиковое маленькое шоссе, рядом с которым находилась дача Брежнева. Дача стоит на самом верху зеленого холма в гуще природы, куда петляла асфальтированная дорога. Это была двухэтажная модернистская вещь — небольшой прямоугольник с бассейном, облицованным известняком, как осталось в моей памяти. Я узнал о проекте Московской школы управления совершенно случайно от знакомого. Шел 2006 год. Я в этот период заканчивал проект фитнес-центра в Серебряном бору. Знакомый сказал, что у них есть этот проект бизнес-школы, и с ним проблемы. Нужно выручать. Он объяснил мне, что у них есть английский архитектор, Давид Аджайе, чья концепция победила в конкурсе, но все технические решения по ее реализации сильно выходили за рамки установленного бюджета и временные рамки. Потом мы познакомились с руководителем строительства Эмилем Пирумовым и генератором проекта Варданяном, одной из самых светлых голов отечественного бизнеса. Ему пришла в голову идея —  создать на территории Подмосковья частную Московскую школу управления. Он собрал группу инвесторов из 20 компаний и частных лиц, включая Абрамовича, Михельсона, компанию BP и других. Самым весомым вкладом в проект был вклад Абрамовича — этот фантастический участок на берегу тихой речки в 24 гектара».

Архитектура

«Концепция, с которой вышел Аджайе, был летящий супрематистский прямоугольник. Потом эта концепция эволюционировала в супрематистские элементы на круглом стилобате. Я слетал в Лондон, мы встретились с Аджайе и обсудили, как мы можем ее реализовать. Проблема была в чрезмерно высокой технологичности его проекта. Он и в Англии бы стоил очень дорого, а в России просто невыполнимо. И мне пришла в голову идея — воплотить эту концепцию в простых, низкотехнологичных элементах. Здание бизнес-школы практически не имеет аналогов в мире, в том числе в плане функции. Большинство школ или университетов возникало на примере каких-то отдельных городков, которые развивались постепенно и расширялись. А здесь нужно было придумать и создать какую-то вещь, по сути “в пустыне”, которая начала бы имитировать поведение целого города в пределах одного здания. Одна из главных визуальных идей была в том, чтобы это сооружение было видно из космоса. С тех пор эту идею про вид из космоса неоднократно обсуждали применительно к другим зданиям иннограда. Наверное, если бы я работал над этим проектом сейчас, я бы какие-то вещи сделал иначе».

О целесообразности иннограда как концепции

«Я совершенно уверен, что идея наукограда возникла у Дмитрия Медведева на волне успеха нашей сколковской бизнес-школы. Власти увидели, что можно сделать, если захотеть. К глобальному проекту иннограда у меня отношение скептическое. С одной стороны — начинающим инноваторам необходима поддержка извне, тут спору нет. И, например, университет Сколково/Сколтех — прекрасная идея. Трудно говорить о “Сколково” как об абсолютно монолитном комплексе — он разный. Но насколько высок КПД от такой инициативы — вот в чем вопрос. На мой взгляд, инновации — дело молодых мотивированных людей без ресурсов. Компании вроде Apple и Microsoft начались в гаражах. Потребовалось 30 лет, прежде чем Apple решились построить себе штаб-квартиру. Сначала инновация, потом штаб-квартира, а не наоборот. Это к вопросу о том, что первично — курица или яйцо.

Московская школа управления — это частная инициатива, движимая здравым смыслом многих людей, где они доверяют друг другу и задействуют многообразные и многочисленные типы эффективных решений, в которые верят. Проявляется своего рода социальный разум, где вмешательство государства сводится к минимуму и, самое главное, не затрачиваются государственные ресурсы, которые могут быть направлены на помощь пенсионерам, здравоохранение или образование. Инновационный центр “Сколково” — пример того, как государство пытается решить проблемы, которые могли бы с легкостью, рационально и не за деньги налогоплательщиков решить частные предприниматели, изобретатели, новаторы и ученые.

Здесь все максимально затратно в плане ресурсов, а решения сомнительны. Особенно сомнительны градостроительные идеи, заложенные в основу проекта. Напоминают чудовищные по результату французские урбанистические проекты 1970–1980-х годов. Круглые и полукруглые микрорайончики, отсутствие улиц и пространств для общения — все это, наверное, и может существовать, но нельзя называть городом. Лучше звучит — инновационный лагерь».

Мысли на закате

Я возвращаюсь домой тем же путем, что приехал — через только что построенную железнодорожную станцию. Точно так же, как и с утра, я стою у панорамного окна этого транспортного узла и осматриваю всю огромную территорию, которую сумел обойти за этот день. Дело идет к закату.

Я пытаюсь понять свои же впечатления от «Сколково». Я не бизнесмен и не стартапер, чтобы оспорить такие разные позиции, как у архитектора Андрея Чельцова и инвестора Игоря Калошина. Я не могу оценить качество знаний, которые дают местные школы и университеты. Я турист, который посмотрел на все это снаружи и лишь немножко — изнутри.

Я увидел стерильный городок с модной архитектурой и сложносочиненным ландшафтным дизайном, но малым количеством людей. Здания и пространства, у которых нет аналогов в России, да и в мире их немного. И мне не очень хотелось уходить — настолько там аккуратно и свежо. Я не знаю, является ли «Сколково» примером нашего светлого будущего, но в настоящее это место точно вносит интересное разнообразие.

Фото: Владимир Зуев