search Поиск Вход
, 12 мин. на чтение

Один день в Выхино

, 12 мин. на чтение
Один день в Выхино

Еще не так давно, буквально на нашей памяти, Выхино для среднестатистического москвича было синонимом понятия «край света». Знаете, как на средневековых картах в еще не известных местах рисовали псоглавцев или бесхитростно выводили «тут обитают драконы». Теперь все изменилось. Таганско-Краснопресненская линия приросла еще тремя станциями, и «Выхино» утратило статус конечной. В дополнение к метро заработали МЦК и МЦД, поезда забегали еще быстрее. Москва опять приросла новыми районами, но все расстояния в ней при этом уменьшились. И особый выхинский флер «московского фронтира» как-то сам собой исчез.

Ворота Москвы

Говорят, что вся земля начинается с Кремля, ну а Выхино, безусловно, начинается с одноименной станции метро. Раньше она, как и сам район, называлась «Ждановской» — именно здесь в 1980-м произошло одно из самых известных московских убийств — майора КГБ Афанасьева, предопределившее исторический выбор между наследниками Брежнева и Горбачевым, то есть всю историю огромной страны на много лет вперед. Но не только этим «Ждановская» была знаменита. В окрестных каменных лесах водились свои собственные волки в лице молодежной группировки «Ждань», в схватках с которой выковались легендарные «любера». В новом десятилетии и в новой стране, не сумев создать собственную ОПГ, «ждановские» незаметно сошли со сцены, а район вокруг «Выхино» перешел под контроль «гольяновских».

В нулевых «Выхино» еще раз прогремело на всю страну — как пример самоподдерживающегося транспортного коллапса. Сам термин «эффект Выхино» (в народе — «выхинская давиловка») надолго вошел в словарь урбанистов и транспортников, но главная причина его возникновения была не столько из области логистической, сколько социальной. За первые полтора десятилетия новой российской истории Подмосковье почти полностью очистилось от рабочих мест, и все местное население, которое еще было способно шевелиться, рвануло из области в Москву. Свою долю внесла и тарифная политика пригородных линий РЖД, при которой, имея абонемент, ехать до ближайшей станции с пересадкой на метро было выгоднее, чем до вокзала.

Правда, старожилы утверждают, что «Ждановская» была загружена сверх всякой меры уже со дня сдачи в эксплуатацию. Какому-то злому уму пришло в голову организовать здесь своеобразный «транспортно-пересадочный узел», построив станцию параллельно остановке электричек и разместив по обе стороны стоянку, на которую прибывали автобусы, дублирующие все ту же Казанскую ветку. О том, что Москва будет продолжать расти, а появившийся на месте бывшей деревни Выхино новый микрорайон — заселяться, почему-то никто не подумал. Как только настали новые времена и маятниковая миграция стала значимым фактором в транспортных потоках столицы — разразилась катастрофа.

В середине нулевых с 8 до 9 утра пассажиропоток на «Выхино» насчитывал 37,9 тыс. человек при проектной пропускной способности станции в 27,3 тыс. Средняя суточная загрузка составляла 130–150 тыс. человек, и по этому показателю «Выхино» до сих пор удерживает второе место в московском метро, уступая лишь грандиозной «Комсомольской» с ее выходом сразу на три вокзала.

Прибывающие поезда забивались живой человеческой массой под завязку и далее, вплоть до Кольцевой, сесть в них было уже невозможно. Пользователь «Живого журнала» metroelf (Макс Рублев), много лет проработавший машинистом на Таганско-Краснопресненской линии, писал, что сила совокупного удара одновременно устремлявшихся в вагоны человеческих тел была такова, что состав ощутимо кренился набок. Начальство метрополитена пыталось разрешить проблему самостоятельно, пуская дополнительные поезда, которые должны были проходить конечную без остановок и забирать пассажиров начиная с «Рязанского проспекта», но и они мгновенно переполнялись, лишая шансов тех, кто стоял на платформе в «Кузьминках» или «Текстильщиках». Был провозглашен и почти сразу же похоронен проект метротрамвая и еще множество других, пока наконец не пришли к идее продления линии в сторону Люберец.

В 2015 году, открывая станцию «Котельники», глава департамента транспорта Москвы Максим Ликсутов произнес речь в том духе, что уж теперь-то зловредному эффекту точно пришел конец. Слегка поиграв с поиском на YouTube, вы без труда найдете ролик от 20 января текущего, 2020 года, на котором «выхинская давиловка» запечатлена во всей красе. Да, масштабы стали чуть поменьше, но, во-первых, после продления ветки поезда приходят на «Выхино» уже не пустыми, а во-вторых, на линии образовалась еще одна дополнительная толкучка — на станции «Лермонтовский проспект».

Все, что остается коренным выхинцам — это учиться работать локтями, вздыхать и ждать то ли продления Некрасовской ветки до «Лефортово», то ли завершения Большой кольцевой, то ли у моря погоды. Ну а всем любителям городских прогулок и краеведения настоятельно не рекомендуется приезжать на «Выхино» в утренний и вечерний пик — вас там попросту сотрут в порошок.

Своим обликом «Выхино» с гордостью заявляет о претензиях на звание самой убогой станции Московского метрополитена. Детище угара хрущевской борьбы с архитектурными излишествами больше всего напоминает поставленную на стилобат и растянутую в фотошопе сельскую автобусную остановку. Не хватает разве что лавочек и многочисленных, наслоившихся друг на друга объявлений «выкопаю колодец» и «продам порося». На выходе основной поток сразу же устремляется к туннельным переходам, ведущим на платформы электричек, ну а нам в другую сторону.

Именно на этой площади можно охватить взглядом и понять суть Выхино — это не обычный спальный район, а транзитный. Ворота в Москву для глубинной России. Сюда приезжают из области, из Коломны, из Рязани, потому что в Москве еще есть работа, а значит, есть и какая-то жизнь. Прибывшие либо тотчас же ныряют в метро, либо оглядываются, смотрят объявления в интернете и, в конце концов, снимают здесь квартиру. Если денег на Выхино все-таки не хватает, ищут варианты в Люберцах. А если повезет ухватить птицу счастья за хвост, то здесь же покупают свои первые московские квадратные метры.

Последний раз мне довелось бывать в этих местах лет девять назад. Тогда с двух сторон к станции все еще лепился стихийный рынок. Какой-то ушлый владелец выкупил две рядом стоящие торговые точки, соединил их между собой и оборудовал там классический шалман. Из открытой двери на всю пристанционную площадь доносилась хриплая жалостная песня про тюрьму. Запахи рынка, голоса бредущих к станции после тяжелой работы людей и блатняк рождали неповторимое ощущение московских окраин уходящих нулевых.

Всего этого великолепия, разумеется, больше нет. Рынок исчез, сметенный бетонным катком благоустройства, от него остались лишь скромная шаурмячная с беляшами из собаки да магазинчик «Л’Этуаль». Рядом притулился общественный туалет, всем своим видом говорящий о тех временах, но даже там уже успели поменять сантехнику. В толпе усталых пассажиров мелькает приодетая в модные бренды и в стритвир молодежь, а над всем этим воздвиглись гигантские буквы KFC как символ новой эпохи. В центре абсолютно пустой площади кучкуется табор из полицейских машин, а с другой стороны на нее взирают оптимистично улыбающиеся студентки в магистерских шапочках с плаката на торце одного из корпусов ГУУ (Государственный университет управления). Туда-то нам и надо.

Маленький большой район

Если вам при слове «Выхино» рисуются гигантские пространства, заставленные за горизонт одинаковыми панельками из одноименной песни Хаски, то немедленно выбросьте этот образ из головы. Ничего похожего тут нет. В сущности, район очень маленький, обойти его весь можно буквально за полтора часа. «Как же так? — подняв в этом месте брови, спросите вы. — Вон же написано про второй по размерам в Москве: численность населения — 225 493 человека!» Поздравляю, вы только что запутались в местной топонимике. Те параметры, о которых вы наверняка прочитали в интернете, относятся к муниципальному образованию Выхино—Жулебино, созданному в 1995 году. Слева от линии метро и железной дороги вообще начинаются Вешняки, за улицей Академика Скрябина лежат Рязанский район и Кузьминки. Само Выхино, впервые удостоившееся обозначения на картах лишь во второй половине XVIII века, выросло из деревни на 108 дворов и долгое время оставалось узкой полоской, зажатой между линией железной дороги и шоссе на Рязань. Даже на карте 1968 года Выхино — все тот же клочок, восточнее которого еще нет никакого Жулебино, а только поля 2-го отделения совхоза им. Моссовета. Все эти каменные джунгли выросли буквально на наших глазах.

Чтобы попасть в настоящее Выхино, необходимо пройти насквозь кампус ГУУ, разрезанный для этой цели специальным проходом, над которым нависает тяжеловесная арка с теплым переходом между двумя учебными корпусами. Справа от входа притулилась шаурмячная, на ступеньках которой грустный работяга из Средней Азии перекладывает свой скарб из сумки в маленький рюкзачок, мешая в тугой ком какие-то тряпки и зарядки с наушниками. «Когда темнеет, особенно зимой, здесь всегда кому-то бьют морду», — уточняет живущая здесь Марина, вызвавшаяся быть моим Вергилием. По левую руку от арки — мини-ТЦ с кальянной и Fix Price. Из кофейни на первом этаже доносится русский шансон, только уже не про тюрьму, а про тяжкую мужскую долю. Но наливают там вполне сносный кофе из современного итальянского автомата. И дух старой школы вроде бы в наличии, и жизнь при этом не стоит на месте.

Главная выхинская магистраль — Рязанский проспект. Вдоль его четной стороны выстроилась настоящая архитектурная выставка, демонстрирующая главные достижения типового жилищного строительства за последние 45 лет. Ее главный экспонат — поставленный чуть поодаль от первой линии дом 64/2, гигантский жилой комплекс в стиле тотального брутализма. Такие бетонные чудовища порой встречаются в московских кварталах и везде торчат как инородное тело. Сочетание облицованных серой или коричневой плиткой блоков с явно обозначенными стыками панелей и коробчатых балконов из профилированной жести делает их больше похожими на укрепления, чем на человеческое жилье. Судя по фильмам, в США такими домами застраивали всевозможные гетто, а у нас «Лебедь» на Ленинградском проспекте в советские времена считался элитным ЖК. В Хамовниках в этом стиле выстроена гостиница «Арена», но там одна двенадцатиэтажная башня, а в Выхино — целый дом-стена, да еще и в форме волны. Брутализм прекрасен, когда он стоит одиноко в чистом поле или в горах Кавказа, а в тесной городской застройке буквально давит собой все окружающее пространство, включая двадцатиэтажные панельки.

Кроме этого архитектурного монстра глазу зацепиться не за что — ряд одинаковых домов родом из 1970-х, из-за спин которых в небо лезут вычурные лужковские жилые башни с редкими вкраплениями цветастых собянинок. Но больше всего старорежимных девятиэтажек, что сразу же замечаешь, уйдя с главных улиц района и начав изучать местные дворы. Многие панельные «коробочки» уже изрядно потрачены временем, такие дома вообще плохо стареют. Местная управа ведет свою тихую войну с трещинами и осыпающейся облицовкой — дома во дворах аккуратно скоблят и перекрашивают так, что они становятся издали похожими на финское социальное жилье, а фасады на первой линии облицовывают все тем же пластиковым сайдингом.

Тем временем мы проходим мимо ресторана «Voяж». «Неплохой рестик был, но закрылся во время карантина», — комментирует Марина. Ни один арендатор пока что не соблазнился его остатками, и длинный «лабаз» с зеркальными окнами стоит без движения. Такая же судьба за время карантина постигла почти все отдельные ресторанные проекты на территории Выхино. Уцелели разве что всевозможные халяльные и сушечные да еще фудкорты внутри ТЦ. И вряд ли в ближайшее время здесь откроется что-то новое и интересное — из-за коронакризиса у местных стало ощутимо меньше денег.

Самый распространенный тип заведения в Выхино — это пивной подвальчик, они тут попадаются почти на каждом шагу и представляют собой не бары, а старорежимные разливайки, где льют из кегов в пластик навынос и продают немудрящие снеки. Взяв пару полторашек, местные растекаются по дворам или идут в парк, с которыми в Выхино тоже не задалось — ближайшие более или менее заметные озелененные зоны находятся либо в Вешняках, либо в Кузьминках.

«Интересных кафе в Выхино мало, — рассказывает местный житель Константин. — Есть несколько пиццерий, а так — забегаловки кавказской и среднеазиатской кухни, хинкальные, кальянные и пивные. Те, кто действительно хочет попробовать чего-то оригинального и недорогого, садятся на автобус и едут обедать в старообрядческую трапезную у Рогожского погоста. Место по-своему культовое, типа небезызвестного “Пароса”, туда еще ходят из всех окрестных офисов, ибо дешево и вкусно».

И все же истинные выхинцы свой район любят и отказываются ездить в центр, даже когда на это есть время. Многие и работу находят себе здесь же или в соседних районах. Соседка моей провожатой ни разу в жизни не видела Кремля: «А ей и не надо, она за тридцать, по-моему, лет два или три раза в жизни за пределы Выхино выезжала».

У пересечения разворотного круга Рязанского проспекта с улицей Скрябина приютился небольшой крытый рыночек. Если верить гугл-картам, раньше здесь была типичная ярмарка выходного дня под временным тентом, но недавно построили вот это чудо из литого чугуна с декоративными башенками и часами, слегка напоминающее старинный вокзал. Ненадолго заглядываем внутрь: фудкортов и прочих заведений нет, одна сплошная торговля. Успеваем заметить цветы и витрину с сырами Олега Сироты, давным-давно изгнанными из аналогичных мест в центре. Нас сразу же выгоняет суровый охранник — нечего, мол, шляться без масок. Это в остальной Москве на масочный режим махнули рукой везде, кроме метро, а в Выхино еще нет. Спускаемся еще ниже по улице имени академика и замечаем, что среди застройки все чаще начинают попадаться послевоенные красные сталинки. На одной из них в глаза бросается вывеска чуть ли не единственного в районе барбершопа, у входа в который, выставив прямо на газон раскладное кресло, полудремлет важный хипстер. Кажется, мы вплотную подошли к границе Выхино, и нам пора назад.

Тихий омут без чертей

Сворачиваем на Ферганскую. «Замечательная улица, — усмехается Марина. — Тут можно ехать минут десять подряд, а пейзаж будет один и тот же». Заборы промзон и гаражных кооперативов периодически сменяются украшенными цветастым сайдингом фасадами ТЦ и фитнесов, потом панельки, потом опять заборы. Из приоткрытых ворот видна облезлая деревянная сторожка, которая явно помнит еще не шепелявого Брежнева.

Когда я расспрашивал про впечатления от Выхино у своих знакомых, большинство из них давали ему такую характеристику: «Довольно бедный, довольно депрессивный, довольно мигрантский район». С ходу разрушим эту легенду статистикой: в недавно опубликованном рейтинге самых криминальных районов Москвы Выхино не вошло даже в первую десятку. Даже в считающемся по отношению к нему «центровым» Таганском районе жить и гулять и то опаснее, чем здесь. Может, Выхино и было бедным, мигрантским, криминальным и депрессивным еще в конце нулевых или в начале десятых, но сейчас все поменялось, и это замечаешь сразу же, свернув в местные дворы. Мигранты если и встречаются, то лишь изредка, зелени столько, что она почти полностью скрывает собой контуры домов, на тротуарах теснится весьма внушительный автопарк. Мимо проезжает почтенный отец семейства на электросамокате, куда-то везущий маленькую дочку. Вплотную друг к дружке натыканы школы и детские сады, все детские площадки новые, в одном дворе рядом с ними сидят обязательные бабушки, а в соседнем стайка подростков обсуждает то ли будущую, то ли прошедшую вписку. И вот вам еще одна характерная черта местного спокойствия, даже какой-то расслабленности: территории школ тут не запирают. Попробуйте просто так взять и зайти даже не в саму школу, а на школьный двор в любом из «тихих и уютных райончиков московского центра» — обязательно упретесь в запертую калитку и злого охранника. В Выхино все двери распахнуты настежь и местное население привычно сокращает свой путь через школьные дворы.

«Вот типичный выхинец!» — шепчет моя спутница. На краю песочницы действительно примостился какой-то дядя неопределенного возраста в трех полосках, кепке-«уточке» и даже вроде как при пиве и при семенах, вот только он не высматривает прохожих на предмет отжима «мобилы с камерой другану позвонить», а спокойно тычет пальцем в свой смартфон, не обращая внимания на весь окружающий мир. Заворачиваем за угол — а там энергичная бабушка дергает ручки эллиптического тренажера на подростковой спортивной площадке. Таких уличных качалок тут непривычно много, почти столько же, сколько и «детских грибочков». Рядышком, привязанный к скамейке, скучает бабушкин шпиц. Фонарные столбы обклеены объявлениями, часто попадается «помощь нарко- и алкозависимым», но отрывные язычки с телефонами все на месте. Из ближайших лопухов за каждым нашим шагом пристально следит дворовое теневое правительство в составе трех очаровательных котиков. Переходим улицу и натыкаемся на артефакт из не то чтобы далекого, но уже забытого прошлого: посреди газона торчит самая настоящая ярко-красная таксофонная будка. Снимаю трубку — гудок есть!

Само Выхино тоже чем-то напоминает этот забытый таксофон, вроде бы уже не нужный в мире смартфонов и высокоскоростного интернета, но упрямо работающий в 2020 году, как и в 2005-м. Район ушел от статуса депрессивной окраины, но так и застыл, словно не решаясь сделать следующий шаг. И в этом, наверное, главное отличие Выхино и главное его преимущество — здесь по-настоящему тихо. Не лязгают подъемные краны, не пылят по улицам забитые стройматериалами «КамАЗы» и бетономешалки, никто не выкрикивает гортанные команды на неизвестных языках. На протяжении всей прогулки мы так и не наткнулись ни на одну стройку, а местное благоустройство проводится малыми силами, на ограниченных участках и никому не мешает. Жители якобы тихих улочек московского центра, у которых прямо под окнами ударными темпами возводится очередной ЖК или апарт-отель, многое отдали бы за возможность пожить здесь хотя бы полгода.

В принципе, пора возвращаться — мы уже видели все. Напоследок Марина показывает мне еще одну местную «достопримечательность» — детскую площадку, разбитую прямо на первой линии Рязанского проспекта: «Она за два часа вся копотью покрывается, а потом дети своими попками ее сразу же оттирают обратно». Очень мило.

Напоследок решаем взглянуть одним глазком на соседние Вешняки. Для этого надо обойти железнодорожную станцию и нырнуть в переход под эстакаду, рядом с которым выстроились женщины с котятами — то ли продают, то ли просто раздают их в добрые руки. За переходом открывается гигантская остановка автобусов, пройдя которую попадаешь в точно такой же район, просто еще более тихий и еще более зеленый. В одном из дворов мы натыкаемся на старую советскую баскетбольную коробку, окрашенную в цвета вагонов серии Еж3, которые еще недавно ходили по Таганско-Краснопресненской линии и выносили на себе всю тяжесть «эффекта Выхино». Тут тоже время застыло, и, может, оно и к лучшему.

Фото: Игорь Стомахин