search Поиск Вход
, 4 мин. на чтение

Почему вы должны меня знать: ювелир Инга Макарон, которая делает украшения — копии лепнины с московских особняков

, 4 мин. на чтение
Почему вы должны меня знать: ювелир Инга Макарон, которая делает украшения — копии лепнины с московских особняков

Я родилась в центре Москвы, на Чистых прудах. Там прошло мое детство. Район очень уютный и компактный, все было рядом: театры, библиотеки, кинотеатры, музеи. Я почти не выбиралась за его пределы.

В выходные и праздники мы никуда не уезжали — ходили гулять к Красной площади или по Бульварному кольцу. Такое было время. Я училась во французской школе (с углубленным изучением языка) в Лялином переулке. Теперь наш район очень плотно заселен французами, чему я неимоверно рада. Первый раз посетив Париж, я обратила внимание на трепетную любовь французов к старинным вещам. Все старинное, имеющее историю, не ломалось, а реставрировалось. Если была возможность сохранить старый паркет или обои, прикладывались все усилия для их дальнейшей жизни. С детства я разглядывала старинные московские здания — их детали и цвета. Мне нравились замысловатые балкончики, узорные кованые ограды, лепные элементы — лица людей и животных, мифических существ. Вообще первое, на что реагирует младенец — это лицо. И люди давно стали украшать дома лицами. Человек ведь все пытается оживить, очеловечить, как в сказках — животные и предметы, которые ведут себя, как люди. Так, дома с лепниной для меня как живые: когда их вижу, всегда хочется мысленно обнять.

Когда было свободное время, мы с мамой много гуляли по Бульварному кольцу, от Чистых прудов вниз к Яузе или в другую сторону, к кинотеатру «Пушкинский». Мы брали книгу Гиляровского «Москва и москвичи» и так с ней ходили, по всем указанным адресам. Мы гуляли по Хитровке, изучали все строения. Это было настоящее приключение для меня. Грустно было смотреть, как умирает старый город, как сносятся старые здания, крошится и ветшает старинный лепной декор. Мне захотелось как-нибудь сохранить это великолепие, привлечь внимание, рассказать об этом, сохранить эту красоту в серебре и золоте. Ювелирное искусство всегда перекликалось с архитектурой. Ювелиры и архитекторы — это главные хранители человеческой цивилизации. Ювелирные изделия подчас — это архитектура в миниатюре. У ювелиров есть великая миссия — сохранение свидетельств о государствах и цивилизациях на нашей земле. Ведь подчас ювелирные изделия — это все, что остается нам в качестве свидетельства былого величия.

К ювелирному искусству я пришла не сразу. По первому образованию я юрист, закончила МГЮА по специализации «Международное право». Я писала диссертацию «Правовой режим Каспия», но тут меня осенило, что меня интересуют люди, история и культура. Второе мое образование я получала в Восточном университете РАН. Специализация называлась «Востоковедение с изучением японского языка». Как-то я занялась переводами о жизни и творчестве японского ученого и ювелира Кокити Микимото. И поняла, что многие ювелирные техники безвозвратно утеряны. Стала их изучать, и мне пришла идея о маскаронах. Маскарон (фр. mascaron, итал. mascherone — буквально «большая маска») — это архитектурная декорация, лепной элемент, который изображает человеческое лицо, звериную морду или мифическое существо. Они украшают не только здания и сооружения, но и фонтаны, вазы и сосуды.

И я решила, почему бы не делать из них украшения в стиле ар-нуво? Очень сложно было понять, как вообще можно это сделать. В этом вопросе мне помог потомственный ювелир с острова Кипр. Я показала ему маскарон, который хотела бы сделать, а он мне сразу сказал — это Медуза. Я спрашиваю: «Медуза Горгона?» А он мне говорит: «О нет. Это два разных мифологических существа. У медузы на голове змеи, а Горгона — это женщина с ногами, как у осьминога». Он настоящий грек и, конечно, свою мифологию знает прекрасно. Москва украшена лицами Медузы, но называются они «горгонионы». Их больше всего, как мне кажется. Огромное количество в Москве всевозможных львов и грифонов. Очень люблю делать маскароны с московскими ненюфарами (nenuphar, фр. — кувшинка, водяная лилия). Это томные девушки-кувшинки, которые не менее столетия наблюдают за нами с фасадов московских домов. Нежные, невесомые девичьи головки всплывают из своих загадочных озер среди каменных улиц.

Первый маскарон как раз со скрытой медузой (у девушки милой наружности на голове притаились две маленькие змейки) оказался не совсем удачным, но я продолжала пробовать, экспериментировать с покрытием лепных заготовок, пока не получится. Я не использую 3D-формы — все делается вручную. Даже цепи плетутся вручную. Каждый маскарон я оформляю сообразно его эпохе или стилю. Маскароны доходных домов в стиле ар-нуво я оформляю жемчугом и хрусталем, а вот сказочных животных с фасада Дома со зверями на Чистопрудном бульваре я уже оформляла яркими камнями и речным жемчугом в стиле русских народных украшений. Очень часто я даю серебру отлежаться, оно патинируется естественно, красиво темнеет. Пока в моей коллекции колье и кольца, но сейчас я делаю броши, например с барельефом с театра «Современник».

В моей коллекции есть маскароны со следующих адресов: Старая Басманная, 12; Покровка, 19; Дом со зверями, Чистопрудный бульвар, 14; Мясницкая, 18; Большой Златоустинский, 2/8; Старопанский переулок, 5; Воронцово Поле, 6–8. Мой проект не коммерческий, а больше просветительский. Конечно, хотелось бы делать больше интересного в этой теме. Организовать выставки и конкурсы. Многие даже не знакомы с этим понятием: ну маска какая-то и ладно. Но если человек, купив квартиру или офис, вывешивая, например, кондиционер на лепной декор, подумает все-таки о его сохранности — для меня этого будет уже достаточно. Этот проект открыт для всех. После выставки Музея Басманного района, организованной Ольгой Пичугиной, ко мне потянулись единомышленники. Например, Даша Жарова — фотограф-любитель, заинтересовавшись этой темой, начала снимать маскароны (фасадные и мои) и лепные детали зданий. В городе все быстро меняется, поэтому мы надеемся сохранить в фотографиях и украшениях его сокровища. Также Даша надевает серебряные маскароны на различные культурные мероприятия, и, признаться, они вызывают у людей интерес.

Я обратила внимание, что лепные детали на московских зданиях стали подсвечивать в ночное время — это просто изумительно.

В советское время многие маскароны и прочие пышные архитектурные убранства признавались излишеством, мещанством. Но время оказалось не властно над вечно юными лицами маскаронов. Благодаря общественности они уцелели и, надеюсь, останутся и впредь.

Посмотреть работы Инги можно на ее страницах в Instagram и Facebook.

Фото: София Панкевич

Стать героем рубрики «Почему вы должны меня знать» можно, отправив письмо со своей историей на ab@moskvichmag.ru.