search Поиск Вход

Московская красавица

Люди Юнна Чупринина

Московская красавица: Тамара Макарова

О Тамаре Макаровой писать трудно. Она действительно была безупречной красавицей, даже в старости. Но обычно в таких случаях выходит панегирик — именитые ученики семейной пары Макаровой и режиссера Сергея Герасимова вспоминали о Тамаре Федоровне только в превосходных степенях. «Она — родная», — говорила Гурченко. «Потрясающая естественность при ее яркости» — это уже Анастасия Вертинская. В любви к этому семейству признавались такие разные люди, как актриса Клара Лучко и режиссер Кира Муратова.
Люди Алексей Митрофанов

Московская красавица: Маргарита Морозова

Перед нами портрет. На фотографии — лицо уставшей женщины лет тридцати, Маргариты Кирилловны Морозовой, урожденной Мамонтовой. Одно плечо выше другого, спокойный взгляд, косметики, похоже, нет вообще, прическа — какая-то хала школьной училки. Брови чересчур густые и короткие. Неулыбчивая.
Люди Юнна Чупринина

Московская красавица: Валентина Караваева

Всякий раз, когда в запертых квартирах находят несчастных брошенных детей или просто сущий бедлам, соседи приходят в ужас. Несколько недавних случаев позволили вспомнить историю, прогремевшую больше двадцати лет назад. Речь о Валентине Караваевой — актрисе, сыгравшей свою звездную, а по сути единственную роль в кино в картине 1942 года «Машенька».
Люди Юнна Чупринина

Московская красавица: Наталья Андросова

Я хорошо запомнила нашу единственную встречу. Мало о ней знала, разве что слышала: жива еще Наталья Андросова, княжна из рода Романовых, выделывавшая смертельные трюки на мотоцикле в парке имени Горького. Та самая «богиня и амазонка», королева Арбата и муза шестидесятников, кому посвящено: «Завораживая, манежа, / Свищет женщина по манежу! / Краги — красные, как клешни, / Губы крашеные — грешны».
Люди Юнна Чупринина

Московская красавица: Ксения Асеева-Синякова

В середине 1970-х мой приятель въехал в родительскую квартиру в доме номер два по Камергерскому переулку. Памятен он прежде всего гигантским градусником на торце, рядом с которым морозными зимами любили фотографироваться иностранцы. Фасад же построенного в 1930-м здания, известного как Первый писательский кооператив, до сих пор украшают мемориальные доски былых жильцов — позабытой Лидии Сейфуллиной, полузабытого Николая Асеева и автора «Гренады» Михаила Светлова (известный острослов, он советовал написать на своей доске «В этом доме жил и не работал Михаил Светлов»).