Анастасия Барышева

Почему вы должны меня знать: производитель легких инвалидных колясок Ольга Барабанова

3 мин. на чтение

Я родилась в Охе, небольшом городе на севере Сахалина. В 1995 году на острове произошло катастрофическое землетрясение, поселок Нефтегорск, находившийся в 90 км от моего дома, был полностью разрушен.

Это событие затронуло жизнь всего острова, и мои родители приняли решение переехать в Хабаровск. Мне было семь лет, школу я окончила уже там.

Я довольно рано поступила в университет, в 16 лет, и это был журфак МГУ. У меня всегда хорошо получалось «складывать буквы в слова», поэтому журналистика была логичным выбором. Мне приятно вспоминать учебу: сам университет, окружавших меня людей. В сравнении с хабаровской школой в 1990-х это был кардинально другой опыт. С тех пор я в Москве и, кажется, жила уже во всех возможных районах. Общежития МГУ, съемные квартиры на «Динамо», «Соколе», «Домодедовской», в Химках, сейчас живу на «Пролетарской». До сих пор очень люблю район Сокола и поселок художников, езжу туда гулять.

После университета я какое-то время работала журналистом в отделе светской хроники, но с рождением дочери я довольно быстро поняла, что такая работа не подразумевает возможность часто видеться с детьми. Я ушла, и вместе с мужем мы запустили наш первый проект — Fetro, мы делали аксессуары для ноутбуков и мобильных телефонов из фетра. Бизнес был довольно успешен, наши изделия продавались в «Республике», мы делали большие заказы для «Яндекса» и Политеха. Через несколько лет мы проект продали.

Когда нашей дочери исполнилось пять лет, мы захотели купить ей велосипед и столкнулись с тем, что это оказалось не так просто: детские модели то были плохо сконструированы, то слишком тяжелые для ребенка, то что-то еще. И мы открыли «Лисапед» — производство легких и удобных детских велосипедов. Почти год мы потратили на выбор материала и разработку нужных деталей. Именно в «Лисапеде» мы освоили производственный бизнес и на основе него строили нашу работу в дальнейшем. Сейчас, оглядываясь назад, я четко понимаю, что все наши совместные с мужем проекты были вдохновлены детьми.

Параллельно со всем этим я работала в «Доме с маяком»: сначала была волонтером, а потом пиарщиком. Там я видела огромное количество людей на тяжелых и неповоротливых колясках. А ведь это не велосипед, не что-то для хобби, а жизненно необходимое устройство для качественной жизни. Мы решили разработать ультралегкие коляски, красивые и современные, как «лисапеды». Так появился наш стартап Kinesis. Ведь если серьезно об этом задуматься, устройство велосипеда не сильно отличается от устройства коляски, просто в одном случае ты крутишь колеса ногами, а в другом — руками. Правда, для первого в нашей стране нужно получить удостоверение медицинского изделия, а для второго — нет, даже если это велосипед для ребенка с ДЦП. За время нашей работы мы потратили более 2,5 млн рублей только на официальные пошлины и два года на оформление, но до сих пор так и не смогли получить такое удостоверение. А оно необходимо, чтобы фонд социального страхования мог выкупать наши коляски и выдавать их людям. Так мы смогли бы наладить серийное производство и снизить стоимость коляски. К сожалению, все это очень медленно, без единого алгоритма, по которому можно было бы действовать. Поэтому мы все делаем самостоятельно: разработка, производство, закупки, фандрайзинг, разбор заявок от нуждающихся детей и взрослых – всем этим занимается команда из 16 человек. За несколько лет мы создали производство полного цикла, у нас светлое, большое помещение в Очаково, которым мы очень гордимся, «полный калифорникейшн».

Чтобы помогать большему количеству людей, мы открыли благотворительный фонд «Продвижение». Каждый день мы получаем десятки заявок от людей, которым нужны коляски, но в фонд в основном мы берем только детей, потому что взрослых бесчисленное множество — мы это не потянем. Если вовремя посадить ребенка в коляску, то это качественно повлияет и на его реабилитацию, и на жизнь взрослых вокруг него. Kinesis первыми в России выпустили коляску для малышей от полутора до четырех лет. Обычно таких детей сажают во взрослую «пассивную» коляску и ребенка кто-то должен все время возить. Мы разрабатываем «активные» коляски, это не только про качественную реабилитацию ребенка, но и про его самостоятельность и свободу. Сейчас под опекой фонда около 300 детей.

В марте у нас был катастрофически низкий сбор — 10% от общего плана. Спустя несколько месяцев значения выравниваются, но все еще не дотягивают до цели. Наши коляски производятся в Москве, но в России нет ни одного завода, производящего подходящие для них быстросъемные легкие колеса, поэтому частичная закупка происходит в Чехии. Сейчас мы запустили краудфандинговый сбор на Planeta.ru для закупки большой партии колес из-за рубежа. Мы хотим сделать оптовый заказ на случай, если вдруг наш иностранный партнер не сможет больше с нами сотрудничать. Для того чтобы цена закупки была приемлемой, мы закажем сразу сто пар колес, этого хватит примерно на полгода-год. Сейчас, мягко говоря, сложно планировать что-то новое, поэтому мы решили сосредоточиться на текущих задачах. Если проект закроется, наши подопечные останутся без поддержки. Поэтому действуем по принципу «сначала наденьте кислородную маску на себя, а потом на ребенка».

Помочь с закупкой колес для детских инвалидных колясок фонда «Продвижение» на Planeta.ru можно до 18 июля.

Фото: предоставлено PR-службой Planeta.ru 

Подписаться: