, 25 мин. на чтение

50 лучших сериалов 2019 года

, 25 мин. на чтение
50 лучших сериалов 2019 года

За последние 12 месяцев телеканалы и онлайн-сервисы предлагали нам смотреть свежие многосерийные научно-фантастические комедии, мрачный нуар, семейные драмы и байопики о звездах шоу-бизнеса. Ярослав Забалуев выбрал лучшие новые сериалы, появившиеся с 1 января 2019-го.

«Матрешка»

Рыжая Надя Вулвоков (Наташа Лионн) таращится в дизайнерское зеркало в подсвеченном неоном туалете. За дверью — вечеринка в честь ее 36-го дня рождения, устроенная в лофте участливыми подружками.

Через несколько секунд Надя выйдет из сортира, выкурит услужливо предложенный косяк, склеит похотливого филолога, переспит с ним, а потом ее собьет машина. Или не склеит и — скатится с лестницы. Или еще раз упадет и сломает шею. Или в квартире удочерившей ее в свое время старушки-психотерапевта взорвется газ. Не важно — в любом случае она будет умирать раз за разом и возвращаться на исходную позицию — к зеркалу, чтобы понять в итоге, как попала в эту странную временную петлю и что это все, черт возьми, значит.

Читать дальше. 

«Половое воспитание»

Отис (Эйса Баттерфилд) — стеснительный британский подросток, у которого настолько плохо с личной жизнью, что он не может даже мастурбировать. Зато у него есть веселый друг-гей и мама (Джиллиан Андерсон), которая работает секс-терапевтом.

Вскоре все эти обстоятельства неизбежно спутаются в тугой клубок, поскольку начинается новый учебный год, в самом начале которого судьба сводит его с оторвой-одноклассницей, которая слушает панк-рок, зарабатывает написанием сочинений для половины класса и в какой-то момент обнаруживает у юноши наследственный талант сексолога. А значит, у школьников теперь есть с кем поговорить о проблемах с минетом и растительностью в паху, у героев — возможность честного и общественно полезного заработка, а у зрителя — шанс на одну из лучших комедий сезона.

Читать дальше.

«Имя мне Ночь»

Белая школьница Пэт (Индиа Айсли), живущая в черном квартале городка Спаркс, штат Невада, уже привыкла объяснять, что на самом деле она дочь черной пьющей женщины и безвестного гастролера, личность которого мамаша держит в секрете.

Однажды Пэт добирается до собственного свидетельства о рождении и с удивлением обнаруживает, что ее зовут Фауна Ходел. Мать поначалу впадает в ярость, но потом все же несколько путано сообщает, что Пэт попала к ней в руки в результате странного инцидента и на самом деле приходится внучкой лос-анджелесскому гинекологу Джорджу Ходелу. Пэт — то есть уже Фауна — находит телефон папаши и отправляется в Калифорнию. В это же самое время ей наперерез, сам того не подозревая, движется бедовый стрингер Джей Синглтэри (Крис Пайн), которому Ходел, якобы управлявший главным голливудским абортарием, в свое время сломал карьеру.

Читать дальше. 

«Роковой патруль»

Сериальное представительство Marvel закрыто за излишнюю кровавость, а значит, пришло время занять свято место конкурирующему комикс-гиганту DC Comics. Сделано это на Warner Bros Television одновременно экстравагантно и популистски. С одной стороны, «Роковой патруль» предлагает зрителю встречу с командой супергероев-неудачников, с другой — закадровый злодейский голос с первых же кадров упредительно иронизирует над осточертевшим жанром. Дальнейшее, может, и не поражает воображение, однако дарит позабытое благодаря марвеловской просчитанности ощущение уюта и человечности. Вот Брендан Фрейзер в роли гонщика, мозг которого заключен в тело железного дровосека. Вот Мэтт Бомер в роли астронавта-гея, ставшего в результате несчастного случая депрессивным человеком-невидимкой в бинтах. Вот, наконец, собравший всю эту компанию изобретатель — редкое явление на экране Тимоти Далтона, который и сам по себе отличный повод посмотреть этот обаятельный сериал. 

«Черный понедельник»

Продюсеры Эван Голдберг и Сет Роген ушли максимально далеко от породившего их гнезда кидалтовской комедии Джадда Апатоу. «Черный понедельник» — это ретротрагикомедия про 1980-е, виртуозно, кстати, воссозданные, вплоть до стилизованного логотипа канала Showtime, с которого начинается каждая серия. В центре рассказа — самый хитрый и хищный трейдер Уолл-стрит Морис Монро (Дон Чидл), задумавший провернуть многоступенчатую и многофигурную аферу, чтобы завладеть контрольным пакетом джинсового гиганта «Джорджино». Немного «Волка с Уолл-стрит», чуть-чуть «Игры на понижение», отсылки к «Лицу со шрамом» и «Уолл-стрит» Оливера Стоуна: «Черный понедельник» Голдберга и Рогена — одно из лучших развлечений сезона, составляющее динамическую пару с новым сезоном блестящего сериала «Миллиарды», в котором схожие сюжеты рассматриваются уже в наше время.

«Чудотворцы»

В последнее время Господь (Стив Бушеми) стал капризен. Целыми днями он пьет горькую, смотрит телевизор и расстраивается оттого, что земляне уже в него почти не верят, а те, кто верит, делают это не так, как ему хотелось бы. Собственно, земными делами заведует не сам Всевышний, а формально подконтрольная ему корпорация под названием «Рай», которая в отсутствие централизованного руководства и внятного целеполагания тоже переживает не лучшие времена. Стагнация, разумеется, не может длиться вечно, и вот терпение Бога не выдерживает — получив очередной упрек в неэффективном руководстве, он решает уничтожить Землю к чертовой матери и заняться новым стартапом — висящим в космосе рестораном. Спасать планету берется парочка энтузиастов из отдела исполнения молитв — Крейг (Дэниел Рэдклифф) и Элайза (Джеральдин Вишванатан).

Читать дальше. 

«МатьОтецСын»

Легко заметить, что едва ли не самая мощная энергия сегодня завязана в картинах о политике или экономике — областях, в которых вновь полыхают самые яркие костры самых сильных амбиций. В центре нового сериала BBC — медиамагнат Макс Финч, с гордостью несущий титул серого кардинала британской политики. Сейчас как раз грядут выборы премьера, и Макс взбудоражен новой охотой. Однако сосредоточиться на интригах ему мешает сын Кайден — слабовольный юноша, который бежит от отцовского диктата в мир наркотиков и проституток, что приводит его к инсульту. И вот тут на сцену выходит бывшая жена Макса, которая видит в этой ситуации шанс на возвращение сыновней любви. Все это, разумеется, может разрушить игру Финча, под которого к тому же копают бывшие коллеги-газетчики. «МатьОтецСын» — это прежде всего первая большая телероль Ричарда Гира, который давно не снимался в чем-то стоящем, а потому предсказуемо превращает фильм в свой увлекательный бенефис.

«Имя розы»

Современное кино вышло на новый виток перевода великих литературных произведений на свой язык. Если с классикой (вспомним последние британские экранизации Толстого или недавнюю «Чайку») все более или менее понятно, то выдающиеся образцы литературы ХХ века на экран всегда переходили с неохотой. Дело тут, разумеется, в том, что модернистская и постмодернистская проза требует более серьезного владения киноязыком. Экранизация даже не Джойса, а, допустим, Маркеса — головоломка не хуже тех, что разгадывал Шерлок Холмс. Умберто Эко в этом смысле повезло (или не повезло — как посмотреть) больше прочих.

Читать дальше. 

«А теперь — апокалипсис»

Улисс — лос-анджелесский гей с поэтическими локонами и легкой укуренной тоской в расфокусированном взгляде.

Он живет с качком Фордом, в которого давно влюблен. Но неисправимый натурал Форд спит с несколько механистичной Северин, которая днем занимается какими-то секретными и явно опасными правительственными разработками. В связи со всем этим Улисс мотыляется под калифорнийским солнцем от одного парня к другому и пытается встретиться с таинственным Габриэлем. А еще Улиссу снятся сны про конец света, которые косвенно подтверждает случайно встреченный бомж, днями напролет скулящий о том, что по ночам его трахают инопланетяне. Собственно, вскоре Улисс воочию убеждается в правдивости этих слов.

Читать дальше. 

«Притворство»

Если бы речь шла просто о драматической реконструкции трагических событий (пусть и выполненной силами блестящих актеров), «Притворство», пожалуй, не заслуживало бы по-настоящему серьезного разговора. Однако авторы ставят своей целью не знакомство зрителя с шокирующей историей, а полноценное погружение. Уже к третьей серии мир сериала приобретает отчетливо сюрреалистические черты.

Читать дальше. 

«Реальные упыри»

В 2004 году пара новозеландских комиков Тайка Вайтити и Джемейн Клемент сняли короткометражку про тяготы вампирского общежития. Спустя десять лет, когда Клемент прославился в составе дуэта «Летучие Конкорды», а Вайтити снял фильм «Мальчик», ставший чемпионом родного проката, эти двое сделали полнометражную версию своей вампирской безделицы — и «Реальные упыри» 2014 года были многими провозглашены лучшей комедией сезона. Вайтити в итоге отправился в Голливуд и поставил третьего «Тора» для Marvel, а теперь вместе с Джемейном взялся за сериальную адаптацию «Упырей» для канала FX. В многосерийной инкарнации первоначальная концепция претерпела некоторые изменения.

Читать дальше. 

«Сумеречная зона»

Первый эпизод называется «Комедиант» и рассказывает про стендап-комика (Кумейл Нанджиани), открывшего в себе талант уничтожать людей шутками. Буквально — каждый, кто попадает к нему на язык во время выступления, исчезает. Во второй серии журналист, сыгранный Адамом Скоттом, пытается предотвратить катастрофу самолета, на котором находится, узнав о ней из мистического подкаста. В третьей (и пока лучшей) серии под названием «Перемотка» героиня Сэны Латан обнаруживает, что ее старенькая видеокамера способна буквально перематывать время назад.

Читать дальше.

«Фосси/Вердон»

При беглом взгляде «Фосси/Вердон» может показаться долгожданным продолжением «Вражды» Райана Мерфи — антологии о великих противостояниях в шоу-бизнесе, блестяще начатой сезоном о борьбе Джоан Кроуфорд и Бетт Дэвис. Ситуацию обостряет и тот факт, что новый сериал выходит на том же канале FX. Но нет. «Фосси/Вердон» — совершенно самостоятельная история, более того — это история пусть и странной, сложной, но любви.

Читать дальше. 

«Связь»

Короткий (семь серий, каждая — меньше 20 минут) и быстрый ситком про доминатрикс. До этого о жизни посетителей секс-клубов снимали разве что шокирующие документалки, артхаус и нежнейшие фильмы вроде «Клуба Shortbus», которые тоже пролетали мимо массовой аудитории. На сей же раз формат выбран филигранно. «Связь» сделана фактически как веб-сериал — эпизоды короткие, нарратив ненавязчивый, шутки смешные.

Читать дальше. 

«Чернобыль»

Художественное событие, которого никак нельзя было ожидать. Когда о проекте появились первые новости, было непонятно, как на него реагировать: что они, в конце концов, могут знать? Ответ прост: многие страницы архивов, элементарная добросовестность художника — качество, о котором у нас давно не принято говорить. И все равно отдельно поразительно, что работу эту осуществил дуэт сценариста нескольких серий «Очень страшного кино» Крейга Мэйзина и шведского клипмейкера Йохана Ренка (среди его работ, скажем, «Blackstar» Дэвида Боуи). Они проделали действительно колоссальную работу — на протяжении первой серии вообще сложно поверить, что быт тридцатислишнимлетней давности можно было восстановить с такой достоверностью. Густая, очень современная картинка фиксирует произведенную реконструкцию (съемки проходили в Литве и Киеве) в мельчайших деталях, от которых наверняка не раз передернет зрителей, заставших все эти телефоны и детские «паутинки» в советских дворах.

Читать дальше. 

«Мертв для меня»

Сериал сразу производит очень странное впечатление. С одной стороны, постер и получасовой формат предполагают ситком. С другой — завязка обещает, что комедия будет черной. В итоге ни один из прогнозов толком не оправдывается.

То есть да, это ситком, здесь довольно много шутят, однако шутки если и вызывают искренний смех, то негромкий. Шутят здесь в основном про смерть и сопутствующие ей обстоятельства, но никакого особенного цинизма, свойственного черной комедии, здесь тоже не найти. Все это вместе дает эффект, который непросто описать словами. «Мертв для меня» ни разу не дает забыть, что в центре здесь события действительно чудовищные — почти в каждой серии спрятан болевой прием, который обязательно сработает на зрителе.

Читать дальше. 

«Уловка-22»

Роман Джозефа Хеллера «Уловка-22», вышедший в 1961 году — абсолютная культовая классика для многих поколений американцев. Сам по себе заглавный оборот стал нарицательным для обозначения непоправимого логического парадокса, которые неминуемо возникают в работе самых разных бюрократических структур. Двигателем новой экранизации стал Джордж Клуни — человек, который, принимаясь за режиссерскую и продюсерскую деятельность, всегда преследует цели, выходящие за пределы реализации художественного импульса. И в этом смысле «Уловка-22» — идеальный материал. Придуманный Хеллером абсурдный, но совершенно при этом достоверный сюжет не только не потерял актуальности, но и даже прибавил в ней, учитывая нарастающие упаднические настроения либеральной Америки в связи приходом к власти Дональда Трампа.

Читать дальше. 

«Семейный брак»

Писатель Ник Хорнби и режиссер Стивен Фрирз придумали и сняли десять серий по десять минут. Два основных актера — Крис О’Дауд и Розамунд Пайк. Каждая серия — встреча супругов перед еженедельным походом к семейному психологу. В суть их проблем мы погружаемся постепенно, но сразу понятно, что страсть прошла, секс прекратился, и геронтолог Луиз изменила одутловатому музыкальному критику Тому. Находясь вроде бы в очень сжатых рамках, Фрирз и Хорнби сделали не просто романтическую комедию про семейный кризис (жанр сам по себе, заметим, непростой), а умудрились дать широкий, но лаконичный срез современного британского (и не только) общества.

Читать дальше. 

«Черное зеркало», пятый сезон

«Черное зеркало» с момента своего появления заняло позицию чуть ли не главного сатирического шоу в мире телевизионного кино. Придумавший его журналист и писатель Чарли Брукер с чисто британской желчностью показал, что сатира как жанр ничуть не устарела, а бичевать пороки можно не только с позиций пуританского гуманизма, но и зло и весело (тут нельзя не вспомнить, что в первой серии рассказывалось о том, как министр трахнул свинью). Про все это нужно вспомнить, поскольку новый сезон, вышедший после псевдоинтерактивного эпизода «Брандашмыг», совсем не похож на то, за что «Черное зеркало» в свое время так горячо полюбили миллионы зрителей.

Читать дальше. 

«Что/если»

Главная причина потратить время на «Что/если» — это, разумеется, Рене Зеллвегер. К своей первой большой телевизионной роли актриса подошла со всей серьезностью, превратив в бенефис каждое свое появление в роли холодной блондинки, которая пишет мотивационные книжки и ворочает миллиардами.

Читать дальше.

«Слишком стар, чтобы умереть молодым»

Даже зрителям, знакомым с творчеством Николаса Виндинга Рефна, в первые минуты может быть тяжеловато. Почерк узнается моментально: мерцающий в темноте неон, долгие и тяжелые взгляды у всех без исключения, от массовки до камеры. Все это могло бы чудовищно раздражать, когда бы не было так красиво — и тут нельзя не вспомнить популярный тезис о том, что каждый скриншот отсюда можно обрамливать и вешать на стену.

Читать дальше. 

«Годы»

Один из лучших британских сериалов с начала года — не столько фантастический фильм-предостережение, сколько тщательно и подробно придуманная семейная сага — не «Сага о Форсайтах», конечно, но все же. Уже где-то к середине сезона героев начинаешь различать как родных. У каждого из них свой характер, свои проблемы, никто из них однозначно не плох и не хорош. Фактически крючком, не позволяющим до самого конца оторваться от экрана, является именно напряжение между антиутопическим антуражем и вполне достоверными семейными обстоятельствами.

Читать дальше.

«Джетт»

Воровка экстра-класса Дэйзи «Джетт» Ковальски (Карла Гуджино) недавно вернулась из тюрьмы к любимой дочери и пытается начать новую жизнь. К сожалению, в полной мере это оказывается невозможно. На первых порах приходится крутить роман с пожилым криминальным авторитетом (Джанкарло Эспозито), который втягивает Джетт в последнюю (а на самом деле, конечно, очередную) многоступенчатую аферу.

«Джетт» стартует с диалога двух жуликов про случайный адюльтер — совсем как в «Криминальном чтиве» — и на этом тешащие глаз и слух отсылки не заканчиваются. Здесь по-тарантиновски много болтают, но при этом общий антураж — скорее старомодные фильмы вроде «Шарады» с Одри Хепберн, сериала «Мстители» и самых ироничных серий бондианы. Отличия же в том, что шик и лоск здесь соседствуют с оправданной жесткостью (досмотрите до сцены, в которой лежащая в могиле голая блондинка сообщает о жгучем желании потрахаться), а в солирующей роли не Роджер Мур, а умная и хитрая Гуджино, от которой глаз не оторвать.

Сериал можно легально посмотреть на «Амедиатеке».

«Благие знамения»

Романы Нила Геймана — одного из лучших писателей современности — с трудом поддаются экранизации (достаточно вспомнить «Американских богов»). Причина — крайне умелое обращение со словом, требующее не иллюстрации, а несколько более серьезного перевода в аудиовизуальный формат. Роман «Благие знамения» в этом смысле наиболее простой и комфортный, пожалуй, материал. Книга, написанная в соавторстве с другим (ныне покойным) мастером фэнтези Терри Пратчеттом, рассказывает о давно живущих на Земле ангеле (Майкл Шин) и демоне (Дэвид Теннант), пытающихся сообща спасти полюбившуюся за столько лет планету от Армагеддона. Формат мини-сериала идеально соответствует ироничной тягучести геймановской прозы, а среди бонусов для зрителей — Джон Хэмм и голос Фрэнсис Макдорманд, из-за кадра вещающей от имени Господа (следовательно, смотреть «Благие знамения» лучше в оригинале).

«Эйфория»

Канадский мулат Дрейк — самый сладкоголосый из больших звезд хип-хопа, а его песни рассказывают о непростой жизни современных подростков, которых на каждом углу подстерегают секс, наркотики и прочие соблазны. Творчество Дрейка неизменно вызывает иронические усмешки критиков — тяготы жизни молодых у него всегда обернуты в медовую оболочку современного rnb. Теперь канадец спродюсировал свой первый сериал, в котором события из его песен получили шокирующие иллюстрации. Помог ему в этом шоураннер Сэм Левинсон — сын автора «Плутовства» Барри Левинсона. В основу сериала о девушке Ру, впервые попробовавшей валиум в 11, а в 17 получившей передозировку, лег личный опыт режиссера и сценариста. В итоге получился современный «Трейнспоттинг» с поправкой на время и перенос действия из Шотландии в Америку. Критики уже отметили поразительное количество обнаженки (кто-то даже, кажется, посчитал количество членов, показанных во второй серии) и общую откровенность разговора. Важно еще и то, что одну из героинь — трансгендера Джулс — играет настоящая модель-трансгендер Хантер Шафер. Впрочем, шокирующие детали — лишь декорации. Прежде всего «Эйфория», кажется, нащупала верную интонацию для честного разговора о сексе и наркотиках в современной жизни, которого давно не хватало.

Сериал можно легально посмотреть на «Амедиатеке».

«Болотная тварь»

Сериальное подразделение Marvel благополучно закрылось, так что DC Comics упорно пытается занять освободившуюся поляну. Вернее, болото. «Болотная тварь» — вторая попытка экранизации культового комикса про доктора Алека Холланда, который в результате несчастного случая превратился в илистого громилу, защищающего природу Луизианы. Прошлая попытка была неудачной, хоть ее и ставил Уэс Крэйвен. Одной из причин неудачи было желание сделать из этой истории чистый хоррор. Теперь же у комикса про борьбу восставшей природы с браконьерами появилось дополнительное измерение. Понятно, что монстром уже никого не напугаешь, а потому авторы Лен Уайзман («Другой мир») и Джеймс Ван («Пила», «Астрал», «Аквамен») превращают драму Холланда в историю про принятие другого — за это отвечает главная (фактически) героиня, влюбленная в Холланда доктор Эбби Аркейн (Кристал Рид). Добавьте к этому еще и антураж в лучших традициях южной готики, и получите омут, в котором совсем не зазорно пропасть на несколько часов. Правда, к сожалению, погружение будет единичным — сериал не продлили на второй сезон.

«Когда они нас увидят»

В 1989 году в Центральном парке изнасиловали женщину, совершавшую вечернюю пробежку. В преступлении обвинили пятерых подростков, которым устроили омерзительный показательный процесс, ожидаемым результатом которого был обвинительный приговор. Это реальная история, лежащая в основе четырехсерийного фильма, сделанного автором «Сельмы» Авой Дюверней для Netflix. Говорить про этот сериал можно, кажется, только короткими сухими фразами. Понятно, что это важная для современной Америки тема — так же, как понятно и то, насколько всему остальному миру этот разговор надоел. Дюверней действует плавно, история раскручивается очень неспешно. Находится, конечно, и место для тычка в адрес Дональда Трампа (в 1989-м он требовал для пятерки смертной казни). От происходящего немудрено задремать, но стоит дать себе труд, чтобы уже во второй серии увидеть, пожалуй, лучшую судебную драму года. Как и в «12 разгневанных мужчинах» Сидни Люмета, в фильме Дюверней идет речь не о социальной критике, а о необходимости и неизбежности справедливости. Лучшего подарка к недавнему 75-летию Люмета и не придумать.

«Самый громкий голос»

Семисерийный фильм «Самый громкий голос» поставлен по одноименному документальному роману Гэбриела Шермана, рассказывающему историю Роджера Эйлса — основателя канала Fox News и личного медиасоветника нескольких президентов от Республиканской партии, включая Дональда Трампа. Эйлс умер два года назад, лишившись поста в Fox News после обвинений в домогательствах — эпоха #MeToo сразила еще одно священное чудовище былых времен. Впрочем, к 77 годам Роджер успел столь многое, что имел право умереть с чувством выполненного долга. Теперь Эйлс впервые появился на экране — в невероятном исполнении Рассела Кроу.

Читать дальше. 

«Город на холме»

«Город на холме» не просто хроника победы человеческого разума над кровью и жестокостью. Это кино, пропитанное неподдельным духом девяностых — эдакие почти что «Улицы разбитых фонарей» по-бостонски. Мачизм и отмороженность главного героя Джеки Рора (Кевин Бейкон) — одна из тех примет прошлого, по которой нет-нет да и скучает каждый, кто вырос на крутых боевиках той эпохи. Формально «Город на холме» полностью отвечает современному запросу на сложного героя, но сам этот герой и неспешный уверенный темп повествования — из прошлого.

Читать дальше. 

«Пенниуорт»

Действие сериала о молодости будущего дворецкого Бэтмена стартует в конце 1960-х в Лондоне под звуки «Paint It Black» The Rolling Stones — и после такого эффектного начала (при должном уровне сентиментальности) можно простить все, что бы ни случилось дальше.

Читать дальше. 

«Четыре свадьбы и одни похороны»

В 1994 году поставленные Майком Ньюэллом «Четыре свадьбы и одни похороны» сумели не потеряться на фоне вышедшего тогда же «Криминального чтива» и других громких картин. Впрочем, если вы (ну вдруг) не видели исходник, можно сильно не переживать — поставленный для сервиса Hulu комедианткой Минди Калинг новый сериал не имеет с фильмом четвертьвековой давности примерно ничего общего.

Читать дальше.

«Террор», сезон 2

Решение о продолжении «Террора» удивило и заинтриговало. Автор литературного первоисточника Дэн Симмонс все-таки не просто беллетрист, а человек, вырвавшийся за границы фантастического гетто и признанный большим писателем даже теми, кто к подобного рода литературе относится с известной прохладцей. Дописать за ним продолжение — идея не просто смелая, а вполне себе наглая. Тем интереснее — даже скептикам — оценить результат.

Читать дальше.

«Почему женщины убивают»

Действие сериала разворачивается в 1960-е, 1980-е и нынешние 2010-е, отсылая к тезису Льва Толстого о том, что все несчастные семьи несчастливы по-разному. Впрочем, при всей разности причина в данном случае одна и та же. Домохозяйка из 1960-х Бэтт (Джиннифер Гудвин), светская львица 1980-х (Люси Лью) и адвокат нынешних свободных нравов (Кирби Хауэлл-Батист) при разных обстоятельствах сталкиваются с неверностью своих партнеров. Однако если условия одни и те же, то пути выхода из сложившейся ситуации у каждой разные.

Читать дальше.

«Становясь богом в центральной Флориде»

«Становясь богом» моментально интригует прежде всего своей непредсказуемостью. Уже в первой серии тут происходит одно совершенно неожиданное и, скажем прямо, травматичное для многих зрителей событие. Кроме того, все герои здесь ведут себя в традициях коэновской легкой экзальтированности. Этот мир едва уловимо сдвинулся с места или, скажем, чуть-чуть (но совершенно необратимо) накренился над пропастью абсурда. Обязательно досмотрите до эпизода, в котором Кирстен Данст покажет танец, с которым ее героиня победила на конкурсе красоты — ничего подобного в этом году вы, скорей всего, не видели.

Читать дальше.

«Карнивал Роу»

«Карнивал Роу» не пытается быть модным или современным, совсем напротив. Сериал берет тщательной проработкой деталей и глубиной погружения. То и дело здесь проскакивают занятные словечки (обратите внимание на названия дней недели, например), а сцена секса с феей (которые тут, конечно, служат в борделях) уже стала хитом обсуждения у критиков и пользователей соцсетей.

Читать дальше.

«Шпион»

За четыре года, проведенных под прикрытием (сначала в Буэнос-Айресе, а потом в Дамаске), израильский разведчик Эли Коэн (Саша Барон Коэн в редкой драматической роли) сделал не просто головокружительную, но и очень правдоподобную карьеру. Обнаружив невероятный талант к перевоплощению, он фактически растворился в своей легенде, превратившись в пламенного сирийского патриота Камиля Амин Таабета. Именно этому процессу и посвящен «Шпион», который больше похож не на триллер, а на производственный роман о человеке опасной профессии.

Читать дальше.

«Невероятное»

Несмотря на то что «Невероятное» — абсолютно актуальное произведение эпохи #MeToo, с точки зрения интонации и пафоса сериал отсылает скорее к судебным драмам Сидни Люмета. Безупречно расположенное в двух временных пластах действие здесь развивается неспешно, приглушенный тон не только требует от зрителя внимания к деталям, но и создает неожиданное для такого сюжета ощущение уюта. Фактически это история не просто о насилии и женской уязвимости, а об этом самом внимании — необходимости умения чутко слушать, сострадать и верить.

Читать дальше.

«Отмена»

Главная героиня «Отмены» по имени Альма Виноград-Диас (полумексиканка-полуеврейка) попадает в автокатастрофу, после чего вдруг начинает видеть давно погибшего отца. Теперь родитель требует, чтобы Альма в совершенстве овладела вновь открывшейся ей способностью перемещения во времени и спасла его от гибели — или, как он предполагает, убийства. Как происходит, собственно, освоение методики преодоления границ реальности — главный аттракцион восьмисерийного мини-сериала.

Читать дальше.

«Политик»

Сатира — сложнейший жанр, в котором по определению редко бывают положительные персонажи, а потому зрительское сочувствие обычно не находит себе здесь места. «Политик» в этом смысле не исключение, и все герои здесь показательно омерзительны, от помешанного на мастурбации юного избирателя (есть тут и такой персонаж) до мамы главного героя Пэйтона в отважном исполнении Гвинет Пэлтроу (она же выступила постановщицей нескольких серий). Удерживающим внимание крючком здесь в итоге становится не эмпатия, а дьявольская изобретательность сценария и общий колючий и злобный драйв, с которым авторы подают свою историю. По уровню желчности «Политика», пожалуй, можно сравнить с таким шедевром, как «Гараж» Эльдара Рязанова.

Читать дальше.

«Екатерина Великая»

Женщина на троне — это, безусловно, актуальный сюжет, с достоверностью которого «Екатерина» справляется безупречно. Императрица мудра и чувственна одновременно, дикая жажда любви совершенно не мешает ей править огромной страной, а даже наоборот — союз с Потемкиным служит в этом деле не помехой, но надежной опорой. Важен, конечно, и сюжет с завоеванием Крыма — помнить о том, как эта территория впервые вошла в состав России, сегодня отнюдь не бесполезно.

Читать дальше.

«Крестный отец Гарлема»

«Крестный отец Гарлема» с первых кадров навевает ощущение какого-то невероятного комфорта и уюта. На экране знакомые все лица — помимо Фореста Уитакера и Винсента Д’Онофрио это еще и Луис Гузман и Джанкарло Эспозито. За кадром в безупречной пропорции смешиваются фанк, соул и абсолютно современный хип-хоп — новаторская идея Стивена Содерберга (речь о «Больнице Никербокер») устанавливать связь с прошлым при помощи музыки успешно стала общим местом. В «Крестном отце Гарлема» есть позабытый лоск, плавность и точность движений, свойственная эпохе дисковых телефонов, по которым здесь часто звонят. Уитакер так вжился в роль, что на то, как он перерезает горло очередному противнику, хочется смотреть раз за разом.

Читать дальше.

«Хранители»

Центральными темами экранизации легендарного комикса стали расовые и гендерные проблемы современной Америки. Действие не случайно перенесено из Нью-Йорка в захолустную Талсу — место, где в 1921 году случилась крупнейшая межрасовая резня (она показана в прологе). Смещается, таким образом, и общий фокус оригинальных «Хранителей» — от внешнего противостояния к решению внутренних проблем.

Читать дальше.

«Жизнь с самим собой»

Жизнь Майлза (Пол Радд) идет не то чтобы плохо, но как-то ни шатко ни валко. На работе скоро перестанут замечать, жена пилит по поводу похода в центр планирования семьи. Сценарий, который он уже давно мыслит чем-то вроде дела всей жизни, пишется без вдохновения. Однажды на рабочей вечеринке более удачливый коллега уговаривает Майлза отправиться в спа-салон. Там унылого мужчину поджидают два приветливых тайца, которые укладывают его на кушетку и надевают маску с сонным газом. Вернувшись домой после череды непредвиденных приключений, Майлз обнаруживает там собственного клона, то есть ту обещанную в рекламе салона «лучшую версию себя».

Читать дальше.

«Утреннее шоу»

«Утреннее шоу» делает ставку на одинаковую усталость зрителя как от суровых драм, так и от бодрых экранизаций новостной повестки. Абьюз и феминизация общества здесь не собственно тема для разговора, а драматургическое обстоятельство. Вместо очередного серьезного разговора (или фельетона в духе содерберговской «Прачечной») «Утреннее шоу» предлагает классическое по духу вечернее развлечение. То есть действие здесь разворачивается в мире, который очень похож на наш, но в котором люди чуть ровнее держат спину и в целом несколько лучше выглядят.

Читать дальше.

«Темные начала»

Самый дорогой сериал в истории канала BBC (снят совместно с HBO) — это стимпанковое фэнтези, мир которого хочется рассматривать бесконечно, тем более что первый сезон служит как раз для погружения зрителя в новую вселенную. Причем главное здесь не замечательно нарисованные звери и даже не новая интерпретация романа взросления, а схожесть происходящего на экране с нашим собственным миром, в котором привычный порядок вещей тоже неумолимо меняется.

Читать дальше.

«Мандалорец»

Если у руля перезапущенных «Звездных войн» встал человек из телевизора Джей Джей Абрамс, то «Мандалорцу» подарил жизнь режиссер большого кино — Джон Фавро. И это сразу бросается в глаза — даже на уровне изображения. Грозный наемник-мандалорец (Педро Паскаль), никогда не снимающий шлем и не выпускающий из рук оружия, получает задание найти некое 50-летнее существо. Им оказывается младенец, сердце воина смягчается, и он решает повременить с выполнением заказа. Это лишь сюжет сам по себе, однако вся соль проекта в том, как одновременно бережно и вольно Фавро поступает с лукасовским каноном.

Читать дальше.

«Рассвет»

Шоураннеры «Рассвета» Брэд Пейтон и Арон Эли Колейт — люди, про которых сказать особенно нечего. Пейтон сделал два боевика со Скалой («Разлом Сан-Андреас» и «Рэмпейдж»), Колейт подвизался сценаристом в сериале «Герои» и очередной инкарнации «Звездного пути». Тем удивительнее, что эти двое приготовили одно из лучших шоу сезона. «Рассвет» продолжает тенденцию создания подростковых по сути телешоу, которые при этом заставят родителей неоднократно ностальгически улыбнуться или даже прослезиться. В данном случае речь идет о скрещивании двух почтеннейших восьмидесятнических традиций. Одна — школьное кино имени Джона Хьюза: «Клуб “Завтрак”», тот же «Выходной день Ферриса Бьюллера» (Мэтью Бродерик не просто так играет здесь директора школы), отчасти — экшн-ответвление жанра в духе «Директора» с Джеймсом Белуши. Вторая составляющая — это, собственно, «Безумный Макс», причем в классическом исполнении.

Читать дальше.

«Дом с прислугой»

По форме «Дом с прислугой» — мрачный готический роман, в котором для пущего колорита есть даже рыжий британец Руперт Гринт (Рон Уизли из «Гарри Поттера»). Почти все действие разворачивается в пределах роскошного дома супругов Тернер. Здесь много крупных планов, в первой серии есть еще и пижонские развороты в пределах одного кадра, которые лишь усиливают клаустрофобичность происходящего. На уровне завязки из всего этого мог бы получиться пристойный камерный триллер с потенциалом долгой счастливой жизни на кабельном телевидении. Однако у идеолога проекта М. Найта Шьямалана, как водится, несколько иные цели.

Читать дальше.

«По правде говоря»

Почти два десятилетия назад публикации о деле юного убийцы Уоррена Кейва (Аарон Пол) сделали журналистку Поппи Парнелл (Октавия Спенсер) настоящей звездой. Сейчас Поппи — ведущая популярного криминального подкаста. Парень, обвиненный в убийстве отца близняшек Джози и Ленни Бернэм (обеих играет Лиззи Каплан), отбывает пожизненное, но тут Поппи обнаруживает неучтенную запись допроса, которая говорит о том, что, вполне вероятно, она сделала себе карьеру за счет невинно осужденного. Для того чтобы как-то разобраться с чувством вины, Парнелл запускает новую серию подкастов, встречается с Кейвом, который за решеткой стал нацистом, а по сути умудряется подробнейшим образом разворошить давным-давно дремавшее осиное гнездо семейных и соседских тайн.

Еще лет пять назад сюжет «По правде говоря» был бы материалом для тягучего артхаусного фильма о социальном и экзистенциальном тупике. На сей же раз у шоураннера Нишель Д. Трэмбл получилось яркое и энергичное действо, из тех, про художественные достоинства которых забываешь во время просмотра, как забываешь про них, читая бойкий бульварный роман.

Читать дальше.

«Эпидемия»

По степени элегичности «Эпидемия» напоминает «Бумер» — обстоятельства точно так же выбрасывают героев на просторы извечного русского «нигде». Но самое любопытное в том, как сериал непредвиденно и точно рифмуется с «Чернобылем». Там авария будто бы становилась следствием работы прогнившей и лживой государственной машины, здесь современная русская жизнь сама собой сгущается в смертельный вирус. Фактически «Эпидемия» — едва ли не единственный в этом году российский сериал, говорящий о современности с подобающей остротой и в то же время делающий это максимально доступным языком жанрового кино.

Читать дальше.